Алексей Иванов готовится к презентации своей скандальной книги о Екатеринбурге. Продюсер сделал заявление об угрозах в адрес писателя. И все из-за одной новеллы. Znak.com публикует текст спорной главы. Бонус - ФОТО

На днях в свет выйдет, пожалуй, самая скандальная книга известного уральского писателя Алексея Иванова – «Ёбург». Как передает корреспондент Znak.com, по крайней мере, так считает продюсер автора Юлия Зайцева, которая о готовящейся презентации сообщила сегодня на своей странице в Facebook.

«Я поняла это еще зимой, когда в «Новой» опубликовали несколько новелл, – пишет она. – Сразу начались звонки и письма. Один московский театр интересовался правами на постановку. Пару раз звонили политики, опасаясь необъективных оценок. Писали уже отсидевшие киллеры и очень аргументировано рассказывали Иванову, как все было в реале, пришлось даже вносить изменения в уже готовую верстку. Но самым проблемным неожиданно оказалось окружение художника Вити Махотина: писали, звонили, угрожали, что «не поздоровится», подозревали, что новелла (которую не читали) написана плохо. Вот мы и решили, что обязательно опубликуем ее отдельно накануне выхода «Ёбурга». Время пришло.

Вот та самая новелла:

ИЗ «ЁБУРГА»

ЧЕНЧ-МЕЙСТЕР

Художник Витя Махотин

«Станция вольных почт» сделала суперзвездой скромного самодеятельного художника-маргинала Виктора Махотина. Все всегда звали его просто Витей. На «вольных почтах» Махотин заметил, что среди городских творцов вообще много «Вить» - Викторов и Виталиев. И Витя Махотин с другом Витей Кабановым, тоже наивным живописцем, учредили общество «витьков» – ну, вроде «митьков». Правда, художественной программой «витьки» себя не озаботили: дружба была их художественной программой. Опчесство – это повод выпить в хорошей компании. Короче, Витя Махотин задал тренд на долгие годы. Точнее, на все девяностые.

Жизнь у Вити была пёстрой, хотя Витя много выдумывал, и шиш разберёшь, где правда, а где Витя сочинил. Родился он в 1946 году, а говорил, что родителей расстреляли в 37-м. Детдомовец. По малолетке сидел в колонии. Говорил, что сделал на лбу наколку «Раб КПСС», но начальник зоны срезал. Каким-то образом отучился в Свердловске в английской спецшколе. Много бродяжничал по Союзу. Говорил, что ходил пешком в Китай. В паспорте зачем-то записал себя евреем.

Витя Махотин был мастером – золотые руки. Он всё умел. Ни в коем случае Витя не был люмпеном: он работал реставратором, художником-оформителем, даже бутафором на киностудии. Поджимало – шил и продавал овчинные шапки. Потом неплохо зарабатывал продажей своих картин. В общем, Витя был очень правильным человеком. Когда его спрашивали: «Витя, как поживаешь?», он отвечал скромно и с достоинством: «Врать не буду, хорошо».

Он рисовал картины, стараясь, чтобы получилось красиво. Он действительно был самородком: чувствовал цвет, дыхание живой натуры, вибрации воздуха. На картинах Вити Махотина смеялись девчонки, пели птички, солнце отражалось в лужах, деревья топырили толстые ветки, собаки бежали по своим собачьим делам, враскос торчали кресты на куполах церквей. Витя старался применять выученные законы живописи, но работал по наитию – потому и был наивным художником. Его ничего не смущало, он писал без комплексов, вдохновенным экспромтом, он не терзался муками творчества, а творил свободно и счастливо – по любви.

Махотин жил в Пионерском посёлке, в двухэтажной трущобине по адресу улица Ирбитская, дом 10 а. Коммуналка. Общая кухня. Сортир во дворе. Соседи-алкаши. Как бывший беспризорник, Витя очень уважал свою недвижимость и других тоже заставил её уважать: в глухие времена застоя в своей комнатушке Витя устраивал выставки авангарда. При всей кажущейся простонародности, Витя Махотин был художником от андеграунда, а не «от сохи».

На домашних вернисажах и на «Станции вольных почт» Витя отработал уникальную практику – мгновенный обмен картин, «ченч». Один холст на другой, натюрморт с чебуреками на портрет жены, будку Бобика на абстрактную мазню, подражание Дега на школу Иогансона. Сложно сказать, зачем это было нужно. Витя действовал стихийно: словно перемешивал искусство в общем котле. Кому-то «ченч» казался гениальным менеджментом, кому-то – вдохновенной нелепицей.

Весёлый «флэш-ченч» был органичен природе Вити Махотина, а Витя всегда жил естественно. Он был добр. Он был прост. Он всегда был какой-то приватный, домашний, душевный, и товарищам он запомнился в синих трениках и в клетчатой рубашке. Светлый человек. Божий. Он каждому гостю радовался, будто лучшему другу, хотел что-нибудь подарить. Он и раздаривал всё, что у него было, щедро раздавал деньги. Он несколько раз женился, и всё на девушках с амбициями – на художницах, искусствоведах. Брака с бессребреником девушки не выдерживали, да и сам Витя был свободолюбив, но потом дружил с бывшими жёнами и с тремя своими детьми. А ещё деятельный и любопытный Витя любил раскопки во дворах домов, приговорённых к сносу, находил печные дверцы и гвозди – и радовался.

В середине 90-х Витя Махотин, «ченч-мейстер», обретёт в городской среде свою резиденцию: станет хранителем водонапорной башни на Плотинке. Башенка была филиалом музея имени Свердлова, и Витя устроит здесь выставку кузнечного искусства. В башню к Вите начнёт таскаться вся разудалая городская богема, и башня превратится в культовую площадку – уменьшенную версию «Станции вольных почт». Здесь будут и «флэш-ченчи», и выставки, и выпивки.

Витя всегда выглядел бодрым и здоровым. В 2002 году коллекционер и меценат Евгений Ройзман затеет издание первого альбома наивного художника Виктора Махотина. 19 декабря Витя внимательно и с наслаждением рассмотрит подготовленный к печати макет книги, подпишет акт и уйдёт на свою «Ирбитскую-стрит». А 20 декабря Витю найдут дома мёртвым. Сердце. Всего-то 56 лет.

Альбом выйдет к сороковому дню. И на сороковую ночь после того, как Витя улетел на небо, где птички и ангелочки, легендарный барак на улице Ирбитской с протяжным стоном, окутавшись облаком снежной пыли, обрушится сам в себя.

А в общественном сознании пример Вити Махотина закрепит логическую цепочку ценностей: простодушный человек – добрая жизнь – наивное искусство. Вот это – настоящее, вот это – правильное: то, что нужно именно сейчас. Картины наивных художников не столько эстетические достижения, сколько артефакты, которые фиксируют ценности в мире, где ценности как-то исчезают».

Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Новости России
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.