Доллар
Евро

«Мне намекают, раз поменяли всех, не пора ли и тебя заменить»

Челябинский омбудсмен - о планах по участию в выборах, семейном бизнесе и о разнице в подходах к работе Юревича и Дубровского

На Южном Урале на этой неделе заговорили о возможном уходе с поста уполномоченного по правам человека Алексея Севастьянова. Поводом стала информация о том, что в сентябре у Севастьянова заканчивается срок полномочий и губернатор Борис Дубровский выступил с предложением к общественникам выдвигать своих кандидатов на должность. Кроме того, появились слухи о переводе челябинского омбудсмена в Москву, в аппарат Эллы Памфиловой. О том, какие планы по дальнейшему трудоустройству есть у самого Севастьянова, а также реализованных и нереализованных задачах – в интервью Znak.com.

- Алексей Михайлович, вчерашнее обращение губернатора к общественным организациям оказалось для вас неожиданным?

- Это не было неожиданностью. Мы подобную позицию согласовывали с правительством Челябинской области, обсуждали с губернатором Борисом Дубровским, а также федеральным омбудсменом Эллой Памфиловой. Решение дать общественникам возможность принять участие в выборах уполномоченного по правам человека, на мой взгляд, справедливое.

- Но, когда вас выдвигали на первый срок, подобного не было.

- Тогда процедура была упрощена. Если вспомнить историю создания института уполномоченного по правам человека в области, то в первый раз мы с 30 общественными организациями внесли в Заксобрание соответствующий законопроект еще в 2000 году. Он пролежал там 10 лет. Когда губернатором стал Михаил Юревич, мы решили, что пора принимать закон, и глава региона нас поддержал. Мы тогда внесли уникальную для России норму согласования кандидатуры омбудсмена с Общественной палатой области. Оно было получено достаточно быстро. Сегодня есть время провести более широкое общественное обсуждение, будем ждать предложений, кандидатов.

- Может быть, вы кого-то предлагали на этот пост?

- Я считаю, что будет неправильно, если я, находясь в должности, будут кому-то навязывать свое видение. Пусть решают общественники. Сейчас высказывается мнение, что это должен быть человек с опытом работы в надзорных органах. Это сразу сужает круг кандидатов. Мое окружение, скорее, больше связано не с надзорными органами, а с общественными проектами. Насколько мне известно, активность кандидатов есть. К примеру, в выборах могла бы поучаствовать Наталья Коркина, вице-президент «Лиги медиаторов Южного Урала». Она активно сотрудничает с ФСИН, работает в «Компаньоне», уже 7 лет оказывает бесплатную юридическую помощь гражданам, попавшим в трудную жизненную ситуацию. По нашим заявкам проводит более 300 консультаций в год. Есть и другие достойные кандидаты. Владимир Филичкин, например. Формальных оснований для того, чтобы его не избрали, нет. Он попал под амнистию, все судимости погашены. Человек пострадал за совесть, свои журналистские расследования. Юрий Гурман активно работает. Алексей Ковалев с его опытом работы в прокуратуре и полиции мог бы претендовать на должность.

- Он ведь ваш помощник, не готовили его на замену?

- Да я вообще-то сам не против поучаствовать, если общественные организации выдвинут меня.

- У кого-то есть такие намерения?

- Вчера, когда в СМИ появилась информация, я находился в Новогорном, где мы отправляли в больницу гуманитарную помощь. Мне позвонили представители порядка 30 организаций, спросили, нужна ли поддержка. Звонки были от организаций, которые делают огромную работу, - это объединения инвалидов, социально ориентированные, женские, правозащитные. Я был потрясен такой поддержкой. Настроение от этого очень радостное. В такие моменты думаешь, как люди оценивают работу. Ведь в ней, как везде, есть и негативные моменты.

- Как будете из этих 30 организаций выбирать одну?

- А мне не нужно ничего выбирать. Общественники сами будут направлять свои предложения на электронный ящик.

- Ходили слухи, что у вас есть другие планы относительно дальнейшего будущего. Например, о переходе на работу в аппарат федерального омбудсмена.

- Если меня поддержат, я будут участвовать в конкурсе. Но вообще я защитил в Российской академии госслужбы диссертацию и стал кандидатом социологических наук. Так что могу продолжить работу по этой линии. Разговоры о переходе в аппарат Эллы Памфиловой считаю преждевременными. Меня за время работы куда только ни делегировали.

- До 10 июля, когда закончился срок подачи документов от кандидатов в Заксобрание, было много разговоров о том, что вы планируете поучаствовать в выборах. Рассматривали для себя такую перспективу?

- Я уже работал в Челябинской городской думе. Этот этап жизни считаю пройденным.

- Зато среди кандидатов есть ваш брат. Вы его поддерживаете?

- Яков – мой старший брат. Он всегда занимался благотворительностью, помогал мне, а теперь решил попробовать свои силы на выборах. Человек созрел и понял, что хочет заниматься политикой. Серьезных задач не ставит, но, чтобы понять какой-то процесс, нужно стать его участником. Я на него влиять не могу. Но считаю, что любое подобное начинание способствует развитию человека, поэтому поддерживаю.

- Прямой вопрос о бизнесе – говорят, у вас он есть (стоянки, кафе). Действительно это так? Или, может, это какой-то семейный бизнес?

- У меня нет бизнеса и не может быть, поскольку я являюсь госслужащим. Бизнес есть у моей семьи, брата. Но там все легально. У него более 200 сотрудников, успешно работающее охранное предприятие. Он платит налоги, вовремя выплачивает зарплату. Мой отец на заре перестройки был инженером, потом стал коммерческим директором СК «Турбина», затем ушел в частный бизнес, которым продолжает заниматься. Я помогаю им, но исключительно как юрист.

- Вы начали говорить про негативные моменты в работе уполномоченного по правам человека. О чем речь?

- Работа уполномоченным специфическая. Когда я начинал, то не предполагал, какие большие проблемы есть в регионе с правами человека. Многие не слишком позитивно воспринимают мои посещения изоляторов, тюрем, то, что когда-то я делал акцент на них, на работе психбольниц и вообще учреждений здравоохранения. Но я считаю, что уполномоченный должен этим заниматься. Становится не по себе, когда видишь, в каких условиях находятся люди в изоляторах: в подвалах, без света, без лампочки даже… Целыми днями! А ведь они еще не осуждены. Психиатрические больницы вообще как параллельный мир, где на полдник на выбор есть чай и чай с сахаром, и это весь рацион. Каша не меняется уже несколько месяцев, потому что не хватает финансирования. Беспомощных людей, которые болеют, кормят на 30 рублей в день…

- Что-то изменилось за время вашей работы?

- Я описываю нынешнее положение дел. Мы готовим специальный доклад по состоянию дел с инвалидами, надеюсь сдвинуть проблему с мертвой точки. Порой отсутствие изменений ведет к тому, что теряется стимул работать. Нахождение этих пороков выявляет системные нарушения. Становится ясно, что государство не справляется со своими функциями. Приходится иногда менять функционал и брать на себя управленческие решения, которые не входят в компетенцию уполномоченного.

- Это какие, например?

- Например, по сбору гуманитарной помощи для больниц. В Новогорном, Биргильдах, Миассе больницы 20 лет не получают должного финансирования. Мы видим там разбитые корпуса, сломанный фонтан, погнувшуюся беседку, ржавый забор… А там лежит 140 человек. Я мог бы просто ограничиться заявлением, что там все плохо. Но изменения не наступают, поэтому мы решили собрать гуманитарную помощь.

- Кто согласился помочь в этом?

- В Новогорный помощь отправил благотворительный фонд «Теплый дом». Тот самый, у которого недавно отобрали муниципальные помещения и детскую деревню. То, что происходит с общественными организациями в последний год, – отдельная проблема, и я пока не знаю, как ее можно решить. Случай с «Теплым домом» показал, что пропаганда без каких-либо подтверждающих фактов может сыграть решающую роль. На основе анонимных рапортов были проведены проверки, в результате которых ничего не нашли. Убийств детей не было, забора квартир – тоже. Но общественную организацию растоптали. Я надеюсь, что у Михаила Щапова хватит сил, чтобы восстановить работу. Надежда Кутепова (руководитель озерской общественной организации «Планета надежд», которую назвали иностранным агентом. – Прим. ред.), опасаясь за своих детей, фактически покинула наш регион, и у нее нет желания возвращаться. Надеемся, что это временно. Только спокойствие Андрея Талевлина (руководитель фонда «За природу», которого также признали иностранным агентом. – Прим. ред.) позволяет ему переносить все сложности. В «Русский центр», который открылся около Биргильдов, после пресс-релиза от православной церкви о том, что там проводятся обряды и его надо закрыть, приехала проверка. Хотя туда ездят дети, там чтут русские традиции. Они готовы и православную церковь построить, но никто не разбирается, все ищут врагов. Я не могу спокойно на это смотреть, поэтому заступаюсь за такие организации. Потому что понимаю: сегодня нашли маленький повод, попробовали – сработало, завтра еще найдут. Так можно убрать массу активных людей, которые чем-то недовольны и формируют негативную повестку. Несмотря на то, что они делают добрые дела, занимаются благотворительностью. Но надо находить врагов и отчитываться об этом.

- Кому это нужно?

- До конца непонятно. Даже президент Владимир Путин говорил о том, что закон далек от идеала и некоторые обвинения появляются на пустом месте. С другой стороны, мы видим, что развиваются военно-патриотические организации, и мы это поддерживаем. У меня появился почетный диплом международной организации «Альфа», мы уже 3 года поддерживаем военно-патриотический клуб «Воин» - ребят, которые интересуются историей, готовятся к службе в армии. Я являюсь президентом шахматной федерации. В последние годы во всех детских домах появились шахматные комнаты.

- Можете назвать самые важные свои достижения?

- Главное, что о правах человека в Челябинской области заговорили. В 2010 году никто не знал, что это такое. Мы каждый день создавали информповоды, потому что было столько горячих точек, которые нужно было «взорвать», показать, что проблема есть. Постепенно стала формироваться дискуссия, общественное мнение. Мы, конечно, при поддержке ГУФСИН повысили прозрачность закрытых учреждений области. Пять лет назад об этом даже речи не шло. Если в 2010 году было 20 выездов гражданских врачей в закрытые учреждения, то сейчас их по 600 в год. Люди получили возможность получения более квалифицированной медпомощи. Удалось внедрить права человека при библиотеках. В области при библиотеках работают 42 информационно-правовых центра, куда можно обратиться за консультацией. Это заслуга министерства культуры.

- Вы очень много помогали простым людям по самым разным вопросам. Можете вспомнить ситуации, которые выделялись из общей массы?

- Мы изменили ситуацию с черными риелторами в Магнитогорске. Теперь, если они есть, то единичные. Когда мы стали получать об этом информацию, были поражены тем, что работает целая сеть, миллионы рублей в обороте, и никто даже дело уголовное не завел. Потребовалось вмешательство Генпрокуратуры, Общественной палаты РФ, потому что возбудить его на Южном Урале сил не хватало. Многие расследования только сейчас доходят до результата. Но главное, что массовый обман граждан прекратился. Активно занимались приватизацией общежитий. К сожалению, вопрос удалось решить не до конца. Осталось порядка 20 общежитий, которые не приватизированы, и людей оттуда постепенно выселяют. Для нас это тоже был шок, поскольку работа проведена большая и все застопорилось из-за заключения правового управления. Несмотря на то, что на пермских и свердловских примерах видно, что вопрос можно решить.

- Что написано в этом заключении?

- Что государственную собственность передать просто так невозможно. Из-за этого дело больше 2 лет не продвигается вперед. Мы создали совет общежитий, к решению проблемы подключился спикер Заксобрания Владимир Мякуш, губернатор Борис Дубровский запретил выселять людей. Но права на жилье они не получили. В прошлом году также провели порядка 400 инспекций одиноко проживающих пенсионеров. Они получили дополнительную помощь, за что спасибо социальным службам. Вообще людей на прием приходит очень много, иногда до 50 человек в день. Я благодарен администрации города, что очень много ситуаций по переселению погорельцев было решено оперативно. Мы находили одиноких ветеранов и поселяли их в дома для ветеранов, в нормальные квартиры, а не в приюты. Челябинская городская дума принимала по нашим заключениям отдельные решения.

- Вы успели поработать при двух губернаторах – Юревиче и Дубровском. С какой командой было комфортнее взаимодействовать, почувствовали ли разницу?

- Большой разницы я не ощущаю. Есть власть, и надо с ней работать. Если что-то не получается, то проблема в тебе. Конечно, у губернаторов подходы разные. Во времена Михаила Юревича решения принимались быстрее, были намечены проактивные задачи по изменению ситуации. Вспомним, к примеру, ситуацию по обманутым дольщикам. В Челябинской области работала одна из самых сильных групп по решению проблемы, остро поднимались вопросы бездействия правоохранительных органов, об этом говорилось напрямую. Сейчас эта группа превратилась в формальный инструмент, который больше направлен не на то, чтобы решать проблему, а на ведение реестра. Зато благодаря деятельности Бориса Дубровского многие внутриэлитные конфликты ушли в прошлое. Люди занимаются своими делами, реализуют социальные проекты, больше внимания стало уделяться образованию. В этой стабильности есть плюсы. Но, к сожалению, бесконфликтная среда формирует больше уступок элитам, нежели гражданам.

- Имеете в виду экологические вопросы?

- Михаил Юревич поднимал вопросы экологии достаточно остро. Сейчас тема ушла из повестки, хотя для людей это актуально. Также все, что касается застроек, уплотнения. Мы и Юревичу, и Давыдову (бывший сити-менеджер Челябинска Сергей Давыдов. – прим. ред.), и теперь Тефтелеву (глава администрации Челябинска Евгений Тефтелев. – прим. ред.) направляли заключения о том, что порядок проведения публичных слушаний надо менять. При всем уважении к газете «Вечерний Челябинск» - ее читают не все, как и сайт администрации города. И говорить о том, что виноваты люди, которые не знали о рассмотрении на слушаниях вопроса о застройке территории, не стоит. Лучше разработать форму и раскидывать сообщения по почтовым ящикам, чем потом получать конфликты с органами власти, протесты в соцсетях. Технологию можно отработать. Пока мы не получили ответа по этому поводу ни от кого из адресатов. И я, как и большинство жителей, понимаю, почему это происходит. Но надеюсь, что это временное явление и изменения будут. Пока же в этих конфликтах побеждают элиты, а не граждане.

- Видимо, потому что у них больше денег…

- Не всегда. Им проще донести свою позицию до органов власти. Я считаю очень важным шагом со стороны главы региона Бориса Дубровского – собрать представителей всех правозащитных организаций. Это было в прошлом году. В этом правозащитники тоже надеются на такую встречу, и, думаю, она состоится. Борис Александрович очень мудрый губернатор, который был избран населением на альтернативных выборах. А значит, именно такой человек нужен жителям и способен отстоять их интересы. У нас с ним, кстати, сложились добрые, хорошие отношения. Губернатор поддержал наш проект «Гражданская амнистия».

- А еще при вас поменялись все руководители силовых ведомств…

- В связи с чем мне иногда намекают, мол, раз поменяли всех силовиков, не пора ли и меня заменить. (Смеется).

- Может быть, у вас есть претензии к кому-то из них? Давление на вас оказывали?

- Владимир Путин на своих встречах расставил все приоритеты. Он сказал, что мы должны говорить правду, никого и ничего не бояться, он нас в этом поддержит. А после последней встречи в 2014 году уполномоченный по правам человека в РФ Элла Памфилова внесла коррективы в федеральный закон, и теперь мы можем проводить проверки и в отношении федеральных органов власти, находящихся на территории субъектов РФ, в том числе МВД и других структур. А конфликты, конечно, бывают. Иногда эмоции зашкаливают. Особенно когда видишь, что по 150 обращениям, касающимся избиений в полицейских участках и ИВС, выносятся отказные решения. Мол, сказки все это. Мы прекрасно понимаем, что в реальности ситуация другая, но формальные ответы получены.

- Удалось ли с кем-то из силовиков выстроить конструктивные отношения?

- Мы стараемся работать со всеми структурами. Активно взаимодействуем с новым председателем областного суда. 16 июля открываем кабинет медиации в Калининском районе. Убеждаем судей бесплатно консультировать граждан, в том числе инвалидов. Договорились о тесном сотрудничестве с новым прокурором. Предоставили ему информацию по психиатрическим больницам, невыплатам зарплат, по общежитиям и многим вопросам, где ждали поддержки прокуратуры.

- С Войтовичем (экс-прокурор Южного Урала Александр Войтович. – прим. ред.) так работать не получалось?

- Почему же? Наглядный пример – когда фонд «За природу» подал иск к Министерству обороны РФ касаемо полетов СУ-24 над городом. Суд тянулся год. Войтович тогда подал иск в поддержку общественной организации, и суд был выигран. Решение долго не исполнялось и не исполнено до конца, потому что сейчас над городом летают самолеты ТУ и шуму от них не меньше. Но люди в том суде победили, был создан прецедент. Ситуацию со взрывами боеприпасов на Чебаркульском полигоне, когда в Челябинске тряслись дома, тоже удалось решить. Помню, мы приехали с инспекцией и обнаружили, что в госпитале лежат 7 человек с переломами пальцев рук и ног, которые вручную таскали эти боеприпасы. Сейчас такой проблемы в Челябинске нет. Мы старались реагировать на подобные ситуации быстро.

- Зато Министерство обороны никогда не торопилось.

- Но после этих историй ясно, что подобные действия незамеченными не останутся. У нас есть отдельная общественная приемная по защите прав военнослужащих. Я вспоминаю, как мать 10 лет не могла добиться признания того, что ее ребенок погиб при исполнении служебных обязанностей. Его уволили задним числом. Мы расследовали это дело, в итоге суд признал факт потери кормильца, офицер, сфальсифицировавший документы, был уволен. Ко мне приходил бывший прапорщик, которого незаконно уволили, лишили жилья, он работал дворником, чтобы жить в колясочной, и ее у него тоже собирались забрать. Это человек, который служил в Чечне, защищал Родину. В результате наших действий его восстановили в должности, разово выплатили 800 тысяч рублей и вернули квартиру.

- В последнее время в Челябинской области расследуется много коррупционных преступлений. Вы интересуетесь судьбой фигурантов?

- Коррупционные преступления бывают разные. По делу директора 31 лицея Александра Попова (обвинялся в получении взятки, был оправдан. – Прим. ред.) мы делали заключение о том, что там нет коррупционной составляющей. Хотя и заявитель тоже ни в чем не виноват, он посчитал, что у него вымогают деньги.

- А из чиновников кто-нибудь к вам обращался за помощью?

- Обращалась жена вице-губернатора Николая Сандакова. На наш взгляд, там есть нарушения прав человека в части проведения религиозных обрядов, общения с семьей. По этому поводу я лично передал обращение Элле Памфиловой, оно находится у нее в производстве. Ожидаем позитивного результата. Вообще посадить человека у нас достаточно легко. Сегодня, если человек оказался в полиции, многие считают, что на нем уже есть какая-то статья. Обращения из мест лишения свободы занимают второе место по количеству после нарушений жилищных прав. Но мы приговоры не пересматриваем. Поэтому иногда с большой горечью приходится писать формальный ответ, что мы помочь не можем, обратитесь туда-то. Но жалобы относительно условий содержания, соблюдения прав всегда проверяем.

- Не видела в СМИ вашей позиции по делу Дениса Механова – бывшего начальника ИК-6.

- В 6-й колонии действительно было много нарушений, но Денис стал заложником ситуации. Когда пишут, что на «Мисс УИС» нужно собрать 800 тыс. рублей, человек начинает искать их с помощью инструментов, которые у него есть, - предоставления услуг за деньги. Вроде как это была легальная схема. Хотя были и серьезные проблемы, которые скрывались. Но это не основание делать человека козлом отпущения всей системы. Не думаю, что Механов был виноват во всех грехах. Круг принятия решений, участников процессов там гораздо шире. А еще я никогда не соглашусь, что на территории области просто так собралось 300 человек в один из дней. В этой истории пока больше вопросов, чем ответов. Я поддерживаю позицию правозащитников, что надо менять ситуацию. Думаю, что с помощью общественной наблюдательной комиссии она уже очень изменилась. К сожалению, в колонии №1 по всем признакам происходит нечто похожее на то, что было в 6-й. Мы до сих пор не получили ответа относительно убийства заключенного в 2010 году. Согласно независимой экспертизе, он 70 раз ударил себя дубинкой, в том числе в область паха, а потом повесился. Я не представляю, как нормальный человек может сделать подобное, но расследование прекращено в связи с тем, что он совершил самоубийство. Но что этому предшествовало? Версия о том, что он сам разбегался и ударялся головой об стену, в связи с чем получил ушибы, неубедительна. Заставляет задуматься факт отсутствия фиксации показаний первого эксперта на фото и видео. Когда тело достали через 3-4 месяца, восстановить картину было невозможно. Мне кажется, происходящее сейчас – это последствие тех событий. Но Алексей Иванович (Титов, директор колонии. – Прим. ред.) патриот, который радеет за ситуацию. Я надеюсь, что ему удастся переломить ситуацию.

- Расскажите о ваших планах на ближайшее будущее?

- Надо догулять отпуск. На День рождения запланирован большой благотворительный вечер. А в сентябре у нас пройдет конференция по социальной медиации, которую мы проводим вместе с «Лигой медиации Южного Урала» и ЧелГУ. И, конечно, объезды, инспекции, встречи, приемы граждан. У меня нет времени подумать, чем буду заниматься, если мои полномочия не продлят. Хочется по максимуму доделать все, что начинал. И, конечно, сказать спасибо всем СМИ, которые освещали нашу деятельность.

Читайте также
Новости России
Валерий Меладзе
Россия
СМИ: Валерий Меладзе попросил Минюст Грузии предоставить ему гражданство
Россия
В Башкирии глава центра адаптации приговорен к 9 годам тюрьмы за гибель пациентов в пожаре
Россия
В Подмосковье умер пятилетний мальчик. Мать на три часа оставила его в запертой машине
Россия
Самому младшему террористу в Чечне было 11 лет, старшему — 17 лет
Россия
Баянист Сергей Войтенко: Выступать на свадьбе главы МИД Австрии позвали за несколько дней
Митинг против сроков за лайки и репосты, Барнаул
Россия
Znak.com стало известно, как именно ОНФ и АП предлагают смягчить УК в части наказаний «за лайки»
Наина Ельцина
Россия
Вдова Ельцина прокомментировала слухи о его планах бежать в посольство США в 1991 году
Россия
В попечительском совете фонда Доктора Лизы сомневаются, что СК возбудил дело
Россия
«Незыгарь»: В АП объявили новые требования к докладам чиновников президенту
Россия
Представители крупнейших пабликов в соцсетях выступили с открытым письмом к властям
Россия
«Исламское государство» взяло на себя ответственность за нападение на полицейских в Чечне
Константин Прокофьев
Россия
ВАК намерен лишить ученой степени и. о. ректора Курганского госуниверситета за плагиат
Россия
Андрей Турчак предложил отменить пенсионные льготы депутатам и сенаторам
Россия
Виталий Милонов предложил создателям школьной формы помнить о Гарри Поттере
Россия
В соцсетях обратили внимание на то, что у ЧВК «Вагнера» есть собственные награды за Сирию
Россия
Четверо из пяти боевиков, атаковавших чеченских полицейских, ликвидированы
Россия
Instagram киллера Леши-Солдата удален после того, как на него обратили внимание СМИ
Россия
В Чечне почти одновременно совершены четыре террористические атаки. Есть жертвы
Россия
Светлана Хоркина в большом интервью рассказала, почему она считает, что в РФ все хорошо
Россия
В Череповце подростка будут судить за кражу чипсов стоимостью 27 рублей
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно