Доллар
Евро

«Идея России как органической части «большого Запада» явно не состоялась»

Мы «обречены» на дружбу с Китаем, Европа – на блок с США. Возможна и война

Александр Задорожный
РИА Новости/Егор Слизяк

Ведущий российский журналист-международник, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель президиума Совета по внешней и обороной политике (СВОП) Федор Лукьянов видит: постепенно формируется новый миропорядок, государства распределяются по двум «блокам» — условно американскому и китайскому. При этом на данный момент Запад в автоматическом режиме продлевает антироссийские санкции, в то же время наш товарооброт с Китаем значительно сокращается. Что предпринимать? Куда податься? Своими суждениями Федор Александрович поделился в интервью Znak.com

«Если в США решат, что Китай для них – угроза, конфликт  произойдет раньше, чем мы думаем»

—  Китайские (а вслед за ними и все мировые) биржи лихорадило все второе полугодие  прошлого года, а по итогам 2015-го Китай впервые за много лет продемонстрировал  торможение экономического роста, до 6,9%. Будьте добры, объясните нашим  читателям: в чем суть экономических проблем КНР и насколько они остры?

— Само по себе то, что страна на протяжении 30 с лишним лет неуклонно росла темпами, доходившими до 10,5% в год, в принципе поразительно, но рано или поздно происходит циклический спад, а потом новый подъем. Нынешняя коррекция в Китае вызвана тем, что прежняя модель, основанная на дешевой рабочей силе, исчерпала свой потенциал роста, по крайней мере, значительно снизила его: по мере формирования среднего класса доходы растут, соответственно, издержки производителя тоже. Таким образом, китайцы оказываются в том же положении, в котором раньше по отношению к ним находились западные страны, которые размещали производство в Китае именно по той причине, что рабочая сила там была очень дешевой. Сегодня китайцы сами начинают переносить производство в страны, находящиеся на более низком уровне развития, например в Камбоджу.

Федор Лукьянов: "Мирить нас с Европой Китай не станет, он вообще не понимает: почему вы не можете договориться, вы же одинаковые!"Федор Лукьянов: "Мирить нас с Европой Китай не станет, он вообще не понимает: почему вы не можете договориться, вы же одинаковые!"Совет по внешней и оборонной политике

Но это только одна сторона. В Китае по-прежнему очень много людей, живущих крайне бедно, но для производства сложной, конкурентоспособной продукции уже нужна более квалифицированная рабочая сила. Просто взять из деревни очередные 50-100 млн крестьян и пересадить их на производство не получится, необходима более высокая подготовка, квалификация.

Наконец, довольно давно, как минимум после кризиса 2008-2009 годов, пишут о том, что китайская модель экономического роста и развития, основанная исключительно на экспорте, себя исчерпывает. В каком-то смысле ситуация схожа с российской, только мы в основном экспортируем сырье, а китайцы – ширпотреб, но и в том, и в другом случае очень сильна зависимость от конъюнктурных рыночных колебаний, причем в условиях крайне нестабильного мира - и политически, и экономически. Отсюда идеи о необходимости развития внутреннего рынка, использования в качестве драйвера, механизма экономического развития этого самого возникшего среднего класса, более-менее платежеспособной прослойки. Для китайского руководства это залог стабильности, устойчивости, поддержания социальной гармонии внутри страны, где гигантское количество людей ждут, что их благосостояние, как и в предыдущие 30 лет, пусть медленно, но все-таки будет расти.

В Китае к 2021 году, когда будет отмечаться столетие правящей компартии (а в Китае к этим датам относятся очень серьезно, гораздо серьезнее, чем мы)…

"Едва ли Китай будет претендовать на мировую гегемонию, но требования равноправия и уважения будут усиливаться""Едва ли Китай будет претендовать на мировую гегемонию, но требования равноправия и уважения будут усиливаться"cnbc.com

—  У нас просто правящая компартия до столетия не дожила…

— Ну, у нас она доживала до других «круглых» дат, и это всегда было поводом для пропаганды, но не для качественных изменений. Так вот, на столетие Коммунистической партии Китая придется пик правления нынешнего председателя КНР Си Цзиньпина, который будет на этой должности до 2022 года. И официально поставлена задача, чтобы к 2021 году Китай стал обществом средней зажиточности.

—  Есть ли уверенность, что на этом пути китайцам удастся сохранить общественную  стабильность? 

— На Западе, действительно, всегда были широко распространены идеи о том, что формирующийся китайский средний класс с неизбежностью, как это происходило в Европе и Америке, начнет требовать другой политической системы, учета своего мнения, представительства, демократии. И опыт Южной Кореи или Тайваня это вроде бы подтверждает. Однако Китай пока выбивается из этого ряда (как, кстати, и Сингапур, где демократия довольно своеобразна и относительна).

Надо отдать должное руководству китайской компартии, которая, не меняя названия, сохраняя идеологический фасад, нашла способ сочетать авторитарную форму правления и меритократию, то есть механизмы выделения наиболее талантливых и ценных кадров и их дальнейшего продвижения. Это бросается в глаза и поражает в том же Сингапуре, где тоже китайская традиция, правда, еще приправленная вестернизацией: любой чиновник — отборный специалист, который обладает исключительными знаниями, умениями, талантами. Так вот, китайское руководство сумело создать модель, при которой сменяемость высшей власти обеспечивается без демократических выборов по западному образцу. Это отличает Китай и от Запада, где сменяемость неразрывно связана с выборами, и от нас, для кого сменяемость вообще не считается ценностью.

После негативного примера длительного правления Мао Цзэдуна, после распада Советского Союза, пример которого в Китае изучали и изучают очень пристально, с 1990-х годов там установилось жестко соблюдаемое правило ротации кадров на самом верху: два срока для высших руководителей и плавная смена аппарата. Это очень большое достижение, позволяющее предположить, что китайский средний класс вполне удовлетворен существующими политическими механизмами и не требует введения западных, поэтому вся система в целом не буксует, а развивается.    

"Китайско-американский конфликт, который может разгореться из-за споров об островах в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, способен привести к серьезным потрясениям""Китайско-американский конфликт, который может разгореться из-за споров об островах в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, способен привести к серьезным потрясениям"businessinsider.com

Китай вообще очень озабочен тем, что они называют борьбой против дискурсивной власти Запада, то есть понятийного аппарата для описания политических и социальных процессов. На Западе есть представление о том, что существуют некие универсальные, обязательные общественные категории, институты, механизмы и такой же универсальный язык для их описания. Китайцы правильно понимают, что это очень мощная сила, и пытаются создать собственный язык, собственный понятийный аппарат, который, с их точки зрения, правильно описывает их внутренние процессы. Причем их сверхзадача не только внедрить его в головы своих граждан, но и добиться того, чтобы весь мир описывал Китай в их, китайских, категориях. Задача титаническая, и, честно говоря, я не думаю, что она может быть выполнена в отношении внешнего мира, конкретно Запада, но то, что внутри страны идет мощнейшая обработка умов, чтобы снизить зависимость населения от западной картины мира, это совершенно очевидно. Огромное подспорье в этом – китайская история и культура, им есть на что опираться. (У нас происходит примерно то же, но довольно искусственно, потому что мы сами по себе являемся одним из изводов западной философии).

Идеологический и политический успех китайской модели будет означать выход Китая на новый уровень международного влияния, когда он сможет вступить в серьезную конкуренцию с США. Едва ли Китай будет претендовать на мировую гегемонию, это не в его стиле, они видят мир по-другому. Но требования равноправия и уважения, что они считают основой любой гармоничной системы, в том числе мировой, будут усиливаться.

На самом деле все зависит от того, как поведут себя США, как они отнесутся к этим требованиям. Примут их как эволюционную неизбежность и будут спокойно адаптироваться к китайскому росту, понимая, что каждое столетие происходит ослабление доминирующего игрока и усиление других? Или сочтут это угрозой? Если второе, то китайско-американский конфликт, который может разгореться в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) по поводу споров об островах в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, способен привести к серьезным потрясениям. Более того, если США придут к заключению, что рост Китая является для них угрозой, то конфликт может произойти раньше, чем мы думаем.

"Ни о каком участии России в конфликтах в Китайских морях, ни о каком военно-политическом блоке и речи быть не должно. Единственно допустимая позиция  – балансира""Ни о каком участии России в конфликтах в Китайских морях, ни о каком военно-политическом блоке и речи быть не должно. Единственно допустимая позиция  – балансира"ukraina.ru

 То есть АТР, который называют эпицентром экономического развития в XXI веке, в действительности может оказаться  эпицентром глобального военного противостояния? Но ведь Китай и Америка –  крупнейшие торгово-экономические партнеры.  

— До недавнего времени, примерно до конца прошлого десятилетия, по умолчанию исходили из того, что экономическая взаимозависимость является если не гарантом от столкновения, то очень серьезным фактором, купирующим угрозы. Сейчас такой уверенности уже нет. Например, очень высокая экономическая взаимозависимость России и Евросоюза, как мы видим, не уберегла от резкого обострения отношений. Напротив, тесная связь обернулась противоположностью, то, что, казалось бы, должно служить предпосылками к миру и стабильности, - стало оружием: для давления используется угроза разрыва связей, применяются санкции. Яркий пример противоположного - Северная Корея: можно до посинения вводить санкции против нее – они не срабатывают, ей все равно.

«Стабильные  отношения с Россией становятся для Китая большой ценностью»

—  Насколько можно судить, российский «поворот на Восток», по крайней мере пока,  не принес ощутимых результатов: газовые проекты повисли в воздухе, наши  компании так и не получили широкого доступа к китайским кредитам и инвестициям,  «Шелковый путь» идет в обход России, товарооборот между нашими странами в  прошлом году упал почти на 30%, а в январе еще на 9% в годовом исчислении. В  чем вам видятся основные противоречия российско-китайских торгово-экономических  отношений? 

— Проблема не в Китае, а в структуре российской экономики. До тех пор, пока наша экономика является сырьевой, в значительной степени зависимой от внешних обстоятельств, от колебаний рыночной конъюнктуры, пропорционально падению цен на углеводороды будет падать и товарооборот, это первое. Второе: в отличие от нас, китайцы умеют планировать наперед, не на 50-100 лет, это легенда, но довольно далеко. Причем, осуществляя масштабные проекты, они не ждут от них немедленного эффекта. Потому что глубоко уверены в том, что будущее за Китаем, что Китай - великая страна, которая всегда была великой и останется великой, а периоды упадка – неизбежность, которая не меняет сути. У нас не так, у нас гораздо более короткий горизонт и более эмоциональный подход к собственным проблемам и провалам: «шеф, все пропало, гипс снимают, клиент уезжает!». Такие же эмоции - по поводу «поворота на Восток». Тогда мы впали в какую-то труднообъяснимую эйфорию: ну все, сейчас как повалят деньжищи из Китая - и Запад утрется! Теперь, наоборот, сильное разочарование: деньжищи не повалили, значит, «шеф, все пропало!».

"Китай считает американскую внешнюю политику опасной. Но бросать вызов или присоединяться к нему не готов, он будет стимулировать на это Россию""Китай считает американскую внешнюю политику опасной. Но бросать вызов или присоединяться к нему не готов, он будет стимулировать на это Россию"РИА Новости/Алексей Дружинин

Во-первых, пресловутый «поворот на Восток» - процесс стратегического характера, поэтому долгий, на годы. Страна, которая столетиями фиксировалась на Западе, на Европе, не может резко, в течение месяцев, двинуться в другую сторону. Даже если представить, что наша государственная машина переродилась и работает, как в Сингапуре. А у нас далеко не Сингапур, наша административная система принятия решений далека не то чтобы от идеала - от минимально приемлемых уровней эффективности.

Как следствие, это во-вторых, китайцы не готовы кинуться сюда с чемоданом денег, потому что им, по большому счету, ничего для них привлекательного не предлагают. Мы завязли в своих внутренних согласованиях, обсуждениях, в своих специфических условиях. На этом фоне Китай не страдает отсутствием альтернатив, он работает по всему миру, старается использовать любую возможность. Для него нет ситуации, когда Россия нужна позарез, не надо строить иллюзий.

 С другой стороны, есть один распространенный страх, что недавняя отмена в Китае  принципа «одна семья – один ребенок» приведет там к демографическому взрыву и  китайцы устроят оккупацию наших восточных земель.  

— Отмена этого правила - мера вынужденная и принята она очень поздно, поскольку китайцы политикой сдерживания рождаемости довольно сильно осложнили свою демографическую ситуацию, баланс внутри общества: ведь, имея возможность родить только одного ребенка, родители предпочитали сыновей. Спрашивая у китайских коллег об отношении к этим послаблениям, я в основном слышал скептические отзывы: «Ну, да, но все это не значит, что все кинутся рожать». Тот же средний класс к этому не стремится, им и один-то ребенок приносит достаточно забот, как и в таком же урбанизированном западном обществе.

"Тогда мы впали в эйфорию: сейчас как повалят деньжищи из Китая - и Запад утрется! Теперь, наоборот, сильное разочарование: деньжищи не повалили, значит, «шеф, все пропало!»"Тогда мы впали в эйфорию: сейчас как повалят деньжищи из Китая - и Запад утрется! Теперь, наоборот, сильное разочарование: деньжищи не повалили, значит, «шеф, все пропало!»РИА Новости/Сергей Гунеев

Что касается страхов, то они существуют давно, был период, когда они сознательно подпитывались местными властями на Дальнем Востоке: в 1990-е были губернаторы, которые, спекулируя на страхах, получали разнообразные дивиденды. Эти страхи эмоциональны и иррациональны, практических подтверждений им нет, китайцев, заполоняющих Дальний Восток и Сибирь, не существует. Я неоднократно слышал от коллег из наших приграничных регионов, из Забайкалья, что проблема ровно противоположная: нам нужны китайцы, но они к нам не идут. Китай, конечно, отличается довольно жестким режимом, но это вовсе не сталинизм, и волевым образом отправить людей жить в другое место, неизвестно куда, в непонятные условия, невозможно. А наши экономические возможности, действительно, не соответствуют ожиданиям китайцев. Одним словом, угрозы попросту нет - и на сегодня, и на достаточно длительную перспективу. Это хорошо понимают наши соотечественники, плотно взаимодействующие с китайцами и знающие реальное положение дел.

Но и впадать в другую крайность – безнадежность от ощущения своей непривлекательности – тоже не надо. На самом деле Россия Китаю нужна – прежде всего как гарант стабильности его развития. Ведь если посмотреть на антураж по периметру китайских границ, то картина для китайцев не очень радостная. Кроме северной границы с Россией, по всем прочим направлениям ситуация ухудшается: обостряются геополитические проблемы, накапливаются разные причины для потенциальных военных конфликтов. А китайцы этого не любят, они довольно нервно относятся к тому, что военно-политическая нестабильность подбирается все ближе, они привыкли, что это где-то в другом месте и всегда есть возможность каким-то образом от этого дистанцироваться. А тут спрятаться уже не получается и не получится: даже если считать, что у Китая нет геополитических амбиций, их ждут от него и ведут себя так, как если бы они были.    

И то, что КНР в связи с ухудшением ситуации на тихоокеанском пространстве в Юго-Восточной Азии не берет на вооружение стратегию «поворота на запад», в частности его проект «Экономический пояс Шелкового пути» (система трансъевразийских транспортных коридоров – ред.), это, помимо прочего, говорит о желании уйти туда, где меньше сопротивления, повернуть туда, где нет риска конфликтов. Сейчас Евразия для Китая - наименее конфликтное, наиболее благоприятное направление развития. Таким образом, стабильные, предсказуемые отношения с Россией становятся для Китая большой ценностью, и это не стоит недооценивать нашей стороне, напротив, этим надо пользоваться и извлекать новые возможности.

"Китайцы не готовы кинуться сюда с чемоданом денег, потому что им, по большому счету, ничего для них привлекательного не предлагают""Китайцы не готовы кинуться сюда с чемоданом денег, потому что им, по большому счету, ничего для них привлекательного не предлагают"РИА Новости/Михаил Климентьев

 Но, честно говоря, складывается впечатление, что Китай использует Россию в  основном именно как военно-политический ресурс - в своих играх с США, на  Ближнем Востоке, в борьбе с исламским фундаментализмом, одновременно выдавливая  Москву из Центральной Азии. Разделяете ли вы эти ощущения? 

Китай не стремится разорвать наши отношения с центральноазиатскими республиками, вообще с постсоветскими государствами, никоим образом не толкал нас к войне на Украине или в Сирии. Мы присутствуем там не потому, что это нужно Китаю, а потому что сами решили, что нам это надо, это наше суверенное решение, и никто, кроме нас, за него ответственности не несет. Что касается конкретно Ближнего Востока, то у Китая нет там таких интересов, чтобы он сам или через кого-то пытался реализовать их силовым методом. Китай, наоборот, постарается уклоняться от всяких силовых мероприятий – во всяком случае, пока, думаю, в ближайшие лет десять.

Другое дело, что, скажем, на площадке Совбеза ООН, вообще на мировой арене, в отношениях с США, с Западом Китай уступает России лидирующую роль и возможность проявлять себя, самоутверждаться, при этом аккуратно поддерживая нас, но не ввязываясь в наши конфликты. Китайцев, безусловно, устраивает ситуация, что кто-то теребит Америку, критикует. Китай совсем не является поклонником американской внешней политики, он считает ее опасной. Но бросать вызов или присоединяться к нему он не готов, это не соответствует его интересам, поэтому до тех пор, пока есть возможность самому не участвовать в противостоянии, он будет стимулировать на это Россию. Более того, попытки использовать нас как военно-политическую силу теоретически могут быть предприняты, если будут обостряться конфликты в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях.

"Китайцев, заполоняющих Дальний Восток и Сибирь, не существует. Проблема противоположная: нам нужны китайцы, но они к нам не идут""Китайцев, заполоняющих Дальний Восток и Сибирь, не существует. Проблема противоположная: нам нужны китайцы, но они к нам не идут"www.rt.com

 А в Афганистане? Эту страну называют еще одним кандидатом в «горячие точки»  наподобие Сирии.  

— И в Афганистане, да. Но Афганистан для Китая все-таки менее важен, чем то, что происходит непосредственно вокруг него. Вот там Китай будет очень заинтересован в том, чтобы Россия выступила его активным союзником.

 Так стоят ли эти риски плодов нашего сотрудничества с КНР? 

— Именно по причине рисков, возникающих из-за сложной ситуации, которая складывается в Юго-Восточной Азии, России совершенно не нужно замыкаться на Китае. И мы видим, что Россия этого не делает, несмотря на намеки со стороны Китая, наше руководство занимает уклончиво–нейтральную позицию, и правильно делает. Ни о каком участии России в конфликтах в Китайских морях, ни о каком военно-политическом союзе, блоке и речи быть не должно. Единственно допустимая и достаточная позиция России в этом регионе – позиция балансира. Точно так же как Китай, в целом поддерживая Россию по Украине, по крайней мере не противодействуя, не предпринимает никаких активных действий. 

«Европа скорее не  готова рвать или даже ослаблять связи с США»

—  Ну а в восстановлении отношений с Евросоюзом, одним из крупнейших торговых  партнеров Китая, наш восточный сосед может нам поспособствовать? 

Им малоинтересно, как складываются наши отношения с Европой, хотя наш конфликт с европейцами и может оказаться некоторой помехой в реализации их собственных стратегий. Различия между нами и китайцами в отношениях с Европой очевидны и непреодолимы: мы – часть европейской культурной и исторической сферы (хотя Европа со времен распада СССР воспринимает нас как нечто подлежащее адаптации под ее собственную модель), а они - нет. Соответственно, наше отношение к Европе никогда не было чисто прагматическим, мы переполнены разного рода эмоциями, комплексами и подходить к Европе холодно, деловито, только как к важному экономическому и политическому партнеру, не можем до сих пор, все время чего-то ожидаем сверх того, что следовало бы.

У Китая с Европой ничего такого нет. Да, Европа важна для него как рынок сбыта, но это не конечная точка его устремлений, его интересует Евразия как комплекс. К тому же он не понимает «интеграцию», как принято понимать у нас, имея в виду какие-то политические формы. Ему близка интеграция как сплетение сети совместных интересов. Значит, мирить нас с Европой Китай не станет, ему это не нужно, он вообще не понимает: почему вы никак не можете договориться, вы же одинаковые?!

—  Наряду с китайским проектом «Экономического пояса Шелкового пути» реализуются и  масштабные американские проекты – Трансатлантического и Транстихоокеанского  торговых партнерств. Как вы считаете, китайская и американская инициативы –  альтернативны, конкурентны друг к другу или в перспективе смогут «рифмоваться»,  гармонизировать, взаимодействовать? И если второе – не уготовано ли России  место на периферии этих глобальных программ?    

— Нам вообще сложно остаться на периферии, потому что мы находимся на пересечениях всего. Соглашение по Транстихоокеанскому торговому партнерству подписано в прошлом году, но процесс еще не завершен, предстоит ратификация, в том числе и в США, а там немало противников. С Трансатлантическим партнерством (с Евросоюзом – ред.) еще меньше ясности, хотя предпринимаются большие политические усилия. В любом случае логика этих двух начинаний объективно толкает Россию и Китай навстречу друг к другу, потому что и то, и другое не предусматривает нашего участия. Вернее, американцы говорят: пожалуйста, но только на наших условиях. Говоря о Транстихоокеанском партнерстве, Обама вообще открыто (что нетипично) заявлял, что США формируют это союз для того, чтобы правила торговли, экономического взаимодействия в этом регионе не мог диктовать Китай. То есть он фактически признал, что эта инициатива направлена против Китая. Это новая интонация, так как раньше было не принято произносить такие вещи вслух, сейчас уже другая эпоха.

«Наша болезненная зависимость от того, что про нас думает Запад, сильно отвлекает от главных задач»«Наша болезненная зависимость от того, что про нас думает Запад, сильно отвлекает от главных задач»РИА Новости/Владимир Сергеев

И куда деваться двум очень крупным, значимым странам, которые образуют львиную долю Евразии и заведомо оказываются за пределами этих проамериканских океанических мегаблоков? Естественно предположить, что они каким-то образом объединяют усилия, и вырисовывается картина, которая напоминает и прежнюю двуполярность, и классические геополитические построения XIX-го -начала XX-го веков. Сейчас это имеет совсем другое, не военно-политическое, а внешнеэкономическое наполнение – правила и стандарты международной торговли. Тем не менее, смею предположить, что мы имеем дело с достаточно медленным, но объективным и логичным процессом формирования новой базы мирового устройства, нового мирового баланса, о котором все твердят последние четверть века, но который пока никак не выстраивается.

 И как поведет себя Европа? С кем она останется? Возможен ли еще проект «единого  евразийского пространства от Лиссабона до Владивостока», о котором много лет  писал основатель СВОП Сергей Караганов?   

— Это один из очень серьезных вопросов - не вспыхнет ли вдруг что-то вроде борьбы за Европу? Европе самой по себе особо выбирать, в общем-то, не приходится, потому что она сильно привязана к США. После Второй мировой войны была выстроена система глубочайшей интеграции, а попытка Европы в конце XX века сформулировать собственный проект, который был бы равновелик американскому, не удалась. Поэтому сейчас, несмотря на большие внутренние разногласия по Трансатлантическому партнерству, Европа, скорее, не готова рвать или даже ослаблять связи с США, даже если экономические или какие-то другие предпосылки манят в другую сторону.

"Попытка Европы в конце XX века сформулировать собственный проект, который был бы равновелик американскому, не удалась""Попытка Европы в конце XX века сформулировать собственный проект, который был бы равновелик американскому, не удалась"РИА Новости/Владимир Родионов

Что касается идеи «единого евразийского пространства», о которой вы упомянули, то Сергей Александрович писал на эти темы до тех пор, пока оставались надежды на то, что Россия все-таки займет равноправное место в том, что можно назвать «расширенным Западом». Сейчас, как мне кажется, с этими ожиданиями можно попрощаться, идея России как органической части «большого Запада» явно не состоялась. И говорить о «большой Европе» или «большой Евразии» от Лиссабона до Владивостока или Шанхая с Пусаном, исходя из предпосылки о том, что Европа будет готова отдаляться от США, сегодня неактуально.

Тот же Сергей Караганов больше пишет о Центральной Евразии, где некое ядро формируется совместно Россией и Китаем. Это не означает, что Европа будет отделена забором, но я бы предположил, что произойдет межевание на две системообразующие группы, которые останутся в состоянии взаимозависимости и взаимосвязи, но управляться будут по-разному.

 Как говорится, «лишь бы не было войны». 

— Это тоже не исключено. Но именно участие во всей этой новой конструкции Китая, которому эскалация военного противостояния, а уж в особенности с Европой, совершенно не нужна, и является мощным сдерживающим фактором.

 «России, заряженной на успех в Азии, пока нет»

Тогда о мирных перспективах. С самого начала нашего «поворота на Восток»  эксперты, в том числе и вы, указывали на необходимость развития отношений не  только с Китаем, но и – для их уравновешивания – с другими ведущими азиатскими  странами. Можно ли говорить о каких-то успехах на этом направлении? 

К сожалению, у нас все делается гораздо медленнее, по причинам, упомянутым выше. Но вот на этом направлении, мне кажется, как раз что-то происходит. Наши связи с остальной Азией, помимо Китая, за последний период довольно заметно активизировались. Пример – российско-японские отношения, которые развиваются, невзирая на санкции и очень серьезное давление на Японию американцев. Не только мы понимаем, что нельзя замыкаться на одном Китае. Но и там, в Азиатско-Тихоокеанском регионе, в том числе в Японии, понимают, что Россия становится весомым фактором и этот фактор не должен работать исключительно на Китай.

"Российско-японские отношения развиваются, невзирая на очень серьезное давление на Японию американцев""Российско-японские отношения развиваются, невзирая на очень серьезное давление на Японию американцев"www.politico.com

Совсем недавно я побывал в Томске, где у нас состоялся семинар на тему «Возможна ли «азиатская Россия»: что нас ждет в «век Азии» и как его обернуть себе на пользу». Так вот, Томск как научно-образовательный, интеллектуальный центр федерального значения связывает практическое сотрудничество не только с Китаем, но и с Южной Кореей, Японией, Вьетнамом, Сингапуром. Эти страны заинтересованы в России и ищут возможности в интеллектуальной сфере, тянутся к соответствующему региону, который ближе к ним. И нам нужно использовать в своих интересах их опасения, что мы окажемся в слишком серьезной зависимости от Китая, подталкивать их развивать совместные проекты, потенциал здесь есть.

«Поворот на Восток» - это действительно шанс для Восточной Сибири,  российского Дальнего Востока, пока остающихся «на задворках империи». Насколько  эффективно используют этот шанс российские власти, бизнес? 

Все впереди. России, заряженной на успех в Азии, пока нет. В первую очередь это ментальная проблема: наше общество в целом и особенно наш политический класс оказались в какой-то, я бы сказал, болезненной зависимости от Запада. Сейчас это порой принимает карикатурные формы, когда чем хуже отношения – тем больше хочется доказать, убедить, что мы и есть «настоящий» Запад, «настоящая» Европа, утереть нос, воткнуть шпильку.

У того же Китая этого нет вообще, им безразлично, что про них думают американцы, европейцы, потому что они уверены в своем превосходстве. А мы все время ищем каких-то внешних подтверждений принадлежности к западному миру. Конечно, этот вопрос не решается ни постановлением правительства, ни пропагандистской кампанией, но надо хотя бы осознать наличие проблемы.

Во-первых, мы никому ничего не докажем, эти попытки бессмысленны. Во-вторых, наша болезненная зависимость от того, что про нас думает Запад, сильно отвлекает от главных задач, от важнейшего приоритета в нашем развитии на ближайшие годы, а может, и десятилетия – от создания «азиатской России», не в пику «европейской», а в дополнение к ней. Я не сторонник «теории заговоров» и думаю, что в основном их не существует, но если считать, что украинский конфликт специально спровоцировали какие-то сверхмудрые и хитрые люди на Западе, то задачей могло быть только одно - чтобы Россия увязла в этой теме, в общем-то, периферийной с точки зрения стратегического развития страны, и отвлеклась от гораздо более перспективных и важных занятий, которые сделают ее куда более мощной на международной арене. Однако, по-моему, мы пока не дошли даже до осознания их важности.

Читайте также
Комментарии
Все комментарии проходят премодерацию. К публикации не допускаются комментарии, содержащие мат, оскорбления, ссылки на другие ресурсы, а также имеющие признаки нарушения законодательства РФ. Премодерация может занимать от нескольких минут до одних суток. Решение публиковать или не публиковать комментарии принимает редакция.
Реклама на Znak.com
Новости России
Россия
КНДР взбудоражила мировых политиков испытанием баллистической ракеты
Россия
МИД ответил на реплику Белого дома об изоляции России в ООН
Россия
В Сибири введен режим ЧС из-за пожаров, жители массово предлагают помощь погорельцам
Россия
В Центре Рерихов начались обыски и изъятие картин
Россия
Следователи готовы передать в суд дело об аварии в ХМАО, в которой погибли 10 детей
Россия
Полиция задержала 12 активистов «Открытой России» в Санкт-Петербурге
Россия
Член совета директоров «Сибура» может вылететь из рейтинга Forbes
Россия
Путин и Порошенко тайно общаются, несмотря на взаимные обвинения на официальном уровне
Россия
Вручая звезды Героев труда, Путин назвал качества, которые ведут человека к успеху
Россия
Минюст РФ обжаловал решение ЕСПЧ, уверяя, что Навального семь раз арестовывали обоснованно
Россия
Просветительский фонд «Эволюция» собирает деньги на свою деятельность
Россия
В Москве неизвестный брызнул активистке «Яблока» химическим раствором в лицо
Россия
Михаил Веллер заявил, что ждет извинений от «Эха Москвы»
Россия
Защитники «традиционных ценностей» решили устроить крестный автопробег от Магадана до ДНР
Валерий Рашкин
Россия
ФСБ засекретила ответ на депутатский запрос, касающийся расследования о Медведеве
Россия
Правительство РФ не поддержало исключение «статьи Дадина» из Уголовного кодекса
Россия
Мэрия Москвы предварительно согласовала митинг против сноса пятиэтажек
Россия
Рэпер Птаха записал клип об участниках митингов 26 марта
Тюмень
Тюменский суд оправдал трех соратников Навального, ранее привлеченных к наказанию по КоАП
Россия
Вице-губернатор Петербурга ответил Навальному на обвинения в удорожании «Зенит-арены»
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно