Главный налоговик Зауралья - о «тюменизации», офшорах и поступлениях в период кризиса

«Иммунитета нет ни у кого»

Главный налоговик Зауралья - о «тюменизации», офшорах и поступлениях в период кризиса

Владимир Рыжук уже полтора года возглавляет управление Федеральной налоговой службы России по Курганской области. В регионе его встретили настороженно. Одни считали, что Рыжук в Кургане долго не задержится. Другие заметили, что он привел с собой целую команду из Тюмени и инициировал серьезные кадровые перестановки. Третьи жаловались на давление на бизнес со стороны нового руководящего состава УФНС. В интервью Znak.com Владимир Рыжук рассказал, как изменилась работа налоговой службы под его руководством и как изменился он сам, переехав в Курган. 

- Владимир Алексеевич, когда вы прибыли в регион, многие думали, что в Курган вы ненадолго и скоро уйдете на повышение в Москву. Не собираетесь ли уезжать?

- Я исполняю обязанности руководителя УФНС России по Курганской области с октября 2014 года, назначили меня в декабре 2014 года. С тех пор работы меньше не стало, а задачи лишь добавляются. От меня не много зависит в вопросе, где я буду работать. Когда я работал в Москве, меня направили в Тюмень. В Тюмени я получил телеграмму – меня направили в Курган. У нас нет особого выбора. «Где родился, там и пригодился» - так не получается. Максимальный срок пребывания – 5 лет. Если посчитать, то до 2019 года потрудимся на благо курганского управления, если, дай Бог, все будет нормально. 

- Поделитесь своими впечатлениями от области.

- Если говорить о налогоплательщиках, специфика Кургана такова, что в большинстве случаев это добросовестные налогоплательщики. У недобросовестных же все нарушения лежат на поверхности. Как правило, по контрольным мероприятиям у нас большинство выявленных случаев – это работа с однодневками, обналичивание. 

А сам Курган мне очень нравится. Нравится коллектив: работоспособный, готов трудиться, как и прописано в должностных инструкциях, ненормированный рабочий день. 

Стараюсь общаться с сотрудниками на равных - для них это ново. Ведь не секрет, что в организациях, в том числе в государственных структурах, существует правило «стойла», когда вчерашний студент приходит на службу и сталкивается с таким явлением: год или более он должен добиваться внимания к себе; должен доказывать матерым профессионалам, уже давно работающим, что он достоин того, чтобы его учили, давали ему советы. От этого правила мы сейчас уходим. На сегодняшний момент мы наблюдаем в налоговых органах Курганской области продуктивный симбиоз опытных сотрудников и вчерашних студентов. У нашей молодежи много энтузиазма, работоспособности и новых идей. Благодаря работающим родителям у них не так остро стоит финансовый вопрос. А еще большая мотивация получить знания и уникальные навыки, стремление стать ценным профессионалом перевешивает желание сиюминутного материального обогащения.

- После назначения вы привели за собой нескольких сотрудников из Тюменской области. Сколько их было назначено и с чем это связано?

- Всего их было 10, трое уже ушли. Я благодарен тем людям, которые поехали за мной. Если сравнить Курган по уровню жизни с Тюменью, становится понятно, на что шли люди. Это энтузиасты своего дела. По материальным благам, уровню зарплаты, к сожалению, наша служба уступает коммерческим структурам, но она привлекательна за счет возможности роста. 

Я приехал в Курган в октябре. Первые сотрудники из Тюмени стали приезжать в ноябре. При этом они шли на вакантные должности.

В свое время, когда я только поступал на службу, у меня был куратор Петр Дорош. Когда я приехал сюда, зная его опыт, я пригласил его к себе помощником. Он поработал, понял, что все процессы отлажены, и сказал, что ему здесь делать нечего. Уехал «на пенсию», как он говорит. Также уехала от нас начальник отдела управления Мария Сенькова, профессионал, который на моих глазах за короткий срок вырос с низшей должности инспекции – специалиста 1 разряда - до руководящего состава управления субъекта. Это серьезные потери.

Если брать начальников отделов и инспекций, мы попрощались более чем с 20 сотрудниками. Мы принимали управление в восьмом десятке по рейтингу из 90 субъектов. Времени на раскачивание не было. Мы ставили жесткие задачи сотрудникам управления и инспекций. Многие не выдерживали: кто-то уходил сам, кого-то мы «уходили». Как правило, с начальниками отделов и инспекций заключаются срочные контракты. Если не было должной эффективности, мы просто их не продляли. Так получилось в Шадринске, Кетово, Каргаполье, Юргамыше, Кургане. 

Но принцип такой: иммунитета нет ни у кого – даже у тех, кто приехал за мной. 

- У вас какой-то курс на «тюменизацию» налогового управления?

- Нет. Если бы были условия, я бы с удовольствием кого-то и из Москвы или других субъектов пригласил. 

- То есть привлекаете более сильные кадры?

- Я бы не сказал, что в Тюмени более сильные специалисты. Просто в тот момент я знал потенциал людей, знал, на что они способны, знал, какие задачи здесь стоят. Исходя из этих условий, принимались решения. 

Я бы не говорил о «тюменизации» – я не считаю себя тюменцем, я не смог им стать. Курганцем стать бы. 

Считаю себя викуловчанином, ценю свою малую Родину – село Викулово Тюменской области. Именно там я начал формироваться как человек, на примере отца и его отношения к делу, на примере мамы - она у меня бывший налоговик.

Сейчас у нас очень много курганцев среди начальников отделов. К примеру, сейчас в Москве проходит согласование на должность заместителя руководителя Наталья Романенко, которая всю жизнь эффективно работает в налоговых органах. В городской инспекции тоже руководитель курганский. Много курганской молодежи на руководящих должностях и в управлении, и в инспекциях на текущий момент. В Курганской области отсутствует кадровый дефицит для работы в налоговых органах, у нас много возможностей для профессионального роста талантливых и эффективных сотрудников.

- По руководителю ИФНС в Кургане решение было принято совсем недавно – Ольга Тарасова сменила Андрея Трощенко. С чем это связано?

- По сути, городская инспекция у нас – это второе управление по объему работы и грузу ответственности. Мне нужен был эффективный человек, который бы полностью отдавал себя работе, понимал, что требует сейчас Федеральная налоговая служба. Налоговое законодательство часто меняется. Стал очень ориентированный подход на поступления в бюджет. Нам не нужны какие-то мнимые проверки, доначисления, «палочная система» - мы это полностью убрали. Нам нужен результат. 

Я видел, как Ольга Тарасова работала в Лебяжье. Затем поставил ее на Кетово – это более сложная задача. Село Кетово вообще раньше считалось «офшорной зоной» Курганской области. Из этой «офшорной» инспекции создался дееспособный налоговый орган, который зачастую был в лидерах среди инспекций. 

У нас начальники инспекций назначаются по эффективности. 

- В ближайшее время готовятся новые кадровые перестановки?

- Мы динамично пошли с первого дня. Думаю, сейчас всё устаканилось, найден баланс, когда все на местах. Но будет изменение в Шумихе. Там закончился контракт у начальницы межрайонной инспекции. Туда пойдет заместитель начальника ИФНС по Кургану - Александр Сковородин. Сейчас согласовываем документы. Так получилось, что времени внедрить новые механизмы налогового администрирования, перейти на новый принцип взаимодействия с налогоплательщиками Шумихинской налоговой потребовалось гораздо больше, чем остальным. Наше терпение закончилось, возможностей перестроиться было достаточно, но увы…

- Вы упомянули, что Ольга Тарасова ранее работала в Кетовском районе. По нашим данным, за последнее время много налогоплательщиков из этого района перевелись на учет в Курган. Вы заметили такой переток? 

- Переток, конечно, есть. Можно взаимозависимость проследить: Тарасова приходит в Кетово – налогоплательщики уходят. Но мы их догоняем сейчас – она же назначена в Кургане (смеется). 

Смысл этих передвижений для налогоплательщиков отсутствует. 

Не важно, где ты будешь администрироваться и какая это область - у нас единая концепция по всей стране. Сейчас создается единая федеральная база. Это раньше было три уровня: федеральная, региональная и местная базы, и потеряться можно было элементарно. Сейчас с этим нет проблем – если я уже проработал налогоплательщика, а он снимается с учета и уходит в другой субъект, там видят мой предпроверочный анализ, предполагаемые нарушения и историю этого плательщика. Механизм, который раньше существовал для недобросовестных плательщиков, искавших определенную выгоду от миграции, сейчас практически отсутствует. А «прыгания» внутри субъекта – это вообще абсурд. Уменьшить налоговое бремя от миграции невозможно.

- Некоторые бизнесмены регулярно закрывают свои фирмы и открывают новые. Это делается, чтобы сэкономить на налоговых платежах? 

- Что касается оптимизации налогов в связи с переходом на упрощенную систему, то есть критерии, за рамки которых нельзя выходить, – численность работников, обороты. У нас единый подход к каждому налогоплательщику. Мы внимательно смотрим за всеми. Но чего-то жесткого нет – нет задачи по кратному росту суммы доначислений, по увеличению числа возбужденных уголовных дел. Наша главная задача – работа с «налоговым разрывом». Сначала с помощью комиссии, консультаций по итогам камерального контроля. А если это не дает результата, выходим на выездной контроль. У нас нет задачи кого-то «зажать», мы, наоборот, даем все возможности для добровольного исполнения бюджета. 

- Бывает ли, что предприниматели пытаются «договориться», пытаясь избежать налоговых санкций и проверок? 

- Я их прекрасно понимаю, потому что сам не так давно в налоговой службе – с конца 2009 года. Я был по ту сторону баррикад, занимался бизнесом, работал в госструктуре, где была цель, грубо говоря, извлечение прибыли. Ты оцениваешь риски и находишь максимально оптимальный вариант – встречаешься, разговариваешь, еще что-то.

Но здесь такого не было. С самого начала все притаились. 

А потом мы озвучили свою позицию в СМИ и на разных совещаниях: единый подход ко всем везде – платить налоги надо честно. Есть Налоговый кодекс, есть территориальный налоговый уровень, который мы администрируем. Все четко прописано. 

- И все начали по этим правилам существовать?

- Да. У нас хорошие показатели. Если мы выходим на комплексную выездную проверку, она на 100% результативна, пустых проверок нет. Доля низкорезультативных проверок у нас снижается с 67 до 32%. У нас очень хороший процент взысканий, поступления в бюджет реальных денег: раньше он был ниже 40%, сейчас – больше 70%. В судах мы практически ничего не проигрываем: от 80 до 90% споров разрешаются в пользу налоговых органов. Это говорит о том, что мы четко выстроили работу. И бизнес понимает: у него была возможность легализовать свою налоговую базу, а если уже мы пришли к нему с проверкой – то знаем, что искать. Мы не выходим на проверки, которые не обеспечат поступления в бюджет. 

- Какова на данный момент ситуация с налоговыми поступлениями в регионе? 

- Если в абсолютном выражении, за первый квартал 2016 года налоговые поступления в бюджет Курганской области составили 2 млрд 852 млн 291 тыс. рублей. По сравнению с аналогичным периодом 2015 года областной бюджет прирос почти на 195 млн рублей (7,3%). Это достаточно хорошо в той ситуации, которая складывается в стране и в нашем регионе сегодня. Львиную долю прироста по поступлениям дают контрольные мероприятия. У нас были серьезные проверки в 2015 году, поступление средств как раз пришлось на 2016 год. 

- Ранее озвучивалось, что сумма сокрытых налогов в регионе превышает 3 млрд рублей. Эта цифра актуальна?

- В 2015 году налоговый разрыв был просто сумасшедший – 3 млрд рублей. Когда мы озвучивали эти данные, волосы вставали дыбом. Сейчас анализ будем делать после апреля. Но в 2015 году мы отработали цифры, которые озвучивали. 

У нас было достаточно серьезное снижение по плательщикам, которые находятся на территории области, но мы их не администрируем. Как пример – Курганмашзавод. 

Он стоит на учете в межрегиональной инспекции по крупнейшим налогоплательщикам №8, администрируется в Санкт-Петербурге, то есть повлиять на процессы налогового администрирования мы не могли. Там было очень серьезное снижение по налогам – порядка 600-700 млн рублей. Большие снижения - порядка 1,6 млрд рублей по налогам на прибыль и по НДФЛ - были в таких обособленных подразделениях, как филиалы Сбербанка, РЖД, ВТБ, «Почте России» и др. Но за счет администрирования на своем уровне местных налогоплательщиков мы приросли – и благодаря этому обеспечили стабильную динамику поступлений. 

Сейчас у нас налоговая нагрузка по ряду отраслей приравнена к среднероссийской, а по ряду – выше. Это говорит о том, что за счет дополнительных фискальных функций налогового администрирования бюджет уже не получит дополнительных средств, – будет «пережим». Мы стараемся придерживаться адекватной налоговой нагрузки. 

- Вы упомянули КМЗ. Решается ли вопрос о его переводе на налоговый учет в Зауралье?

- Да, эта задача стоит, мы ее решаем. КМЗ сейчас отвечает двум основным критериям, чтобы мы могли его перевести обратно на учет в Курганскую область. Но должно быть желание собственника. 

- Расскажите про работу с фирмами-«однодневками». Это серьезная проблема для области?

- Да, конечно. 80% контрольных мероприятий связано с фирмами-«однодневками». Это одна из примитивных схем по наращиванию расходов и уменьшению налоговой базы. При этом в 2015 году «фирмы-однодневки» в числе контрагентов проверяемого налогоплательщика устанавливались в каждой 8-й выездной налоговой проверке, то есть чаще, чем в 2014 году, когда «однодневки» фигурировали лишь в каждой 39-й выездной налоговой проверке. 

По доначислениям мы приросли более чем в 2 раза. За 2015 год установлено подобных нарушений на общую сумму 179 млн рублей – это примерно 20% от суммы всех выявленных нарушений. А в 2014 году такая сумма составила 68,5 млн рублей (10 % от суммы всех выявленных нарушений). 

Должен сказать, что успешного результата в данном направлении нам позволила достичь организованная работа единой команды, в которой и сотрудники инспекций, и сотрудники управления. Кроме того, важную роль в нашей работе выполняют силовые ведомства Курганской области. В настоящее время с ними выстроено конструктивное взаимодействие, которое и позволяет нам решать задачу по возмещению ущерба государству, нанесенного в результате налоговых правонарушений, а в каких-то случаях и преступлений. 

- Налоговая служба часто становится истцом в делах о банкротстве. В частности, УФНС стала инициатором банкротства ООО «Икар КЗТА». Временный управляющий усмотрел в его банкротстве признаки преднамеренности. Видело ли такие признаки управление?

- По «Икар КЗТА» наше управление выявило обстоятельства сокрытия имущества и обратилось в правоохранительные органы. Следственный отдел по Кургану 3 февраля 2016 года возбудил уголовное дело по признакам преступления, предусмотренным статьей 199.2 УК РФ. На территории области было создано юрлицо, в которое выводилось имущество «Икар КЗТА» в процедуре банкротства. Речь идет о компании со схожим названием, теми же аффилированными лицами и аналогичным профилем деятельности. 

- Увеличилось ли количество дел о банкротстве, инициированных УФНС? 

- Нет, я бы не сказал. Как правило, большинство дел о банкротстве и введении в отношении должника процедуры наблюдения, в которых мы участвуем, инициируют третьи лица. В 2015 году нами направлено в арбитражный суд 44 заявления о признании должника банкротом, все они приняты судом в производство. В 2014 году в арбитражный суд было направлено 75 таких заявлений, из них к производству приняты 68. 

В первом квартале этого года ни одного заявления не направлено, хотя в результате мониторинга выявлено 26 налогоплательщиков, отвечающих признакам несостоятельности. 

Мы ведем с ними соответствующую работу. Данная проблема была озвучена на итоговом собрании курганского отделения Российского союза промышленников и предпринимателей. Договорились, что мы держим руку на пульсе – и с правительством области, и с РСПП.

- Можете назвать крупные предприятия, которым сейчас грозит банкротство?

- Шадринский пивзавод, но там инициирование идет третьими лицами. А также подано заявление на ликвидацию предприятия самим собственником. Решением Арбитражного суда Курганской области от 18 апреля 2016 года ООО «Шадринский пивзавод» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. У предприятия очень серьезная задолженность перед бюджетом по налогам: задолженность по уплате налоговых платежей на 6 апреля 2016 года составляла более 90 млн рублей, включая основной долг, пени и штрафы. 

При этом Шадринский пивзавод - единственный в области производитель алкогольной продукции крепостью свыше 9%. У него есть действующая лицензия до конца 2017 года. А тенденция по России складывается такая, что лицензии мало у кого есть. И мы его теряем. Надеемся, что туда придет эффективный собственник. Насколько я знаю, есть инвесторы, готовые и в процедуре банкротства заходить, выкупать имущество, гасить долги.

- На бизнесе сегодня серьезно сказывается экономический кризис. За последний год работы в таких условиях сократилось ли количество предприятий и индивидуальных предпринимателей в регионе? 

- На начало года в области зарегистрировано 16 тыс. 201 юридическое лицо и 17 тыс. 446 индивидуальных предпринимателей. В 2015 году учреждено 924 организации (в 2014 году – 1 тыс. 197), прекратили свою деятельность (в результате ликвидации, реорганизации и т. п.) 733 юридических лица (в 2014 году – 1 тыс. 149). За 2015 год приобрели статус ИП 2 тыс. 727 человек (в 2014 году – 2 тыс. 925), прекратили свой статус 2 тыс. 800 лиц (в 2014 году – 2 тыс. 808). На мой взгляд, ничего критического нет. Это нормальная ситуация: кто-то создает предприятие, кто-то ликвидирует. 

Что касается миграции, в другие субъекты из Зауралья ушло порядка 31 млн рублей по налоговой базе. Пришло – 29 млн рублей. 

То есть налоговая база почти не изменилась, есть баланс. Это право налогоплательщика, где ему встать на учет. Бизнес не привязан к определенному региону. 

- Есть ли в Курганской области чиновники, которые не платит налоги?

- Я могу вам гарантировать: если они не платят налоги, то они заплатят. Это дело времени и размера пени и штрафов. У нас сложилась такая практика по имущественным налогам, когда руководителю предприятия представляют список должников. В частности, с правительством области и региональным парламентом, органами исполнительной власти, бюджетными учреждениями так работаем. У нас нет такого, что правительство либо какая-то государственная структура, допустим федеральная (в том числе МВД), стоят особняком, – нет. И, кстати, среди влиятельных персон неплательщиков налогов, как правило, нет. 

- Можете как-то оценить свою работу и деятельность УФНС под вашим руководством?

- Не знаю, как управление, но я точно изменился. Добрее стал, что ли, профессиональнее. Были колебания: справишься – не справишься. А потом начинает получаться, получаешь хорошую оценку от вышестоящих налоговых органов, от коллектива. Мне кажется, мы работаем хорошо, достойно. Я не видел серьезных вопросов, которые бы мы не решили. 

- На что вы будете нацелены в ближайшее время? 

- Попытаться во всей истории сокращения федеральных структур остаться при дееспособном коллективе, который бы отвечал всем функциям, которые на нас дополнительно нагружают. Не секрет, что нам передают часть функций Росфиннадзора (валютный контроль), решается вопрос о передаче нам обратно администрирования страховых выплат (их забрали в 2009 году). Росалкогольрегулирование будет передавать нам функции (будем возвращаться к старой схеме, когда марки мы выдавали), федеральная таможенная служба (но еще нет регламентирующего документа, как это будет). 

По налоговой нагрузке мы должны как минимум сохраняться на уровне 2015 года. По показателям внутреннего рейтинга – быть в лидерах по налоговому администрированию. По итогам третьего квартала 2015 года мы были в первой десятке лучших региональных управлений, думаю, что и по итогам года будем там же. А в первом квартале 2016 года (итоги еще не подведены), думаю, еще выше. 

Сокращаться мы не намерены, но уменьшим количество инспекций. Сейчас их восемь. Я думаю, что в конечном итоге будет четыре. 

Но на первом этапе оптимизируем до шести. Дело в том, что нет смысла в инспекциях, где работают 40 человек. Мы будем укрупняться, оптимизировать расходы. При этом на базе инспекции, которая будет присоединена к более крупной, будут созданы ТОРМы (территориально обособленные рабочие места), всем сотрудникам предложат новые места. Территориальное представительство инспекции должно быть более серьезным – не с двумя-тремя сотрудниками, как сейчас, а с 8-10 работниками в каждом районе. 

Это ненормально, когда у нас, к примеру, есть инспекция в рабочем поселке Лебяжье (и она администрирует в том числе Петуховский район), но нет в городе Петухово. При этом количество жителей Петухово в несколько раз больше, чем в Лебяжье. Та же ситуация в Юргамыше и Куртамыше. В Далматово хорошая инспекция, работает эффективно, но она маленькая, ее целесообразно укрупнить – соединить с Шадринской. 

Таким образом, данное изменение структуры сработает в первую очередь в пользу налогоплательщиков, так как эффективные ТОРМы дадут возможность получения всего комплекса государственных услуг без обращения в центральный офис, а мы сократим издержки на управление и за счет этого привлечем больше профильных специалистов. Будем работать с этой несправедливостью. Преобразования начнем в этом году. 

Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Новости России
Россия
Россиянин поругался с домофоном, не пустившим его в подъезд
Россия
Москвич, жестоко избитый в метро, выписался из больницы и хочет «додавить» нападавших
Россия
WP: обыски в домах, связанных с Дерипаской, проходят в рамках уголовного расследования
Санкт-Петербург
«В статистику жертв пандемии»: Матильда Шнурова закрыла петербургский ресторан
Курган
СК по Курганской области подтвердил смерть троих человек от суррогатного алкоголя
Россия
Школьника, устроившего стрельбу, отправили к психиатру
Россия
Представитель Дерипаски прокомментировал обыски в доме бизнесмена в Вашингтоне
Россия
Акции «Русала» упали на 6% после сообщений об обысках у Дерипаски
Россия
NBC: ФБР проводит обыск в доме Олега Дерипаски в Вашингтоне
Россия
В Уфе возле школы заметили волка. Он покусал сотрудников МЧС
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.