Доллар
Евро

«Выборы я выиграл ногами»

Депутат Госдумы Владимир Бурматов – о пиаре, оппонентах и работе в «Единой России»

В первом после выборов в Госдуму интервью депутат Владимир Бурматов, а с недавних пор и руководитель Центрального исполкома партии «Единая Россия», рассказал Znak.com о своих впечатлениях от прошедшей избирательной кампании и своих соперниках Алексее Севастьянове и Василии Швецове, о «классическом» подходе к выборам и тысяче встреч во дворах, о парламентариях-прогульщиках и новом формате работы Госдумы.

- Владимир Владимирович, вы теперь можете по праву считаться ветераном Госдумы. Ваши впечатления от предвыборной кампании по сравнению с кампанией 2011 года?

- Меня уже второй раз за день назвали ветераном Госдумы, неловко мне так именоваться в 35 лет. Если говорить о прошедшей федеральной кампании и оценивать «послевкусие» от этих выборов, то оно совершенно другое по сравнению с выборами в прошлую Думу. Помните, после выборов 2011 года реакция части общества была негативной? Отчасти, наверное, из-за того, что часть этого самого общества тогда вообще оказалась не представлена в Госдуме, отчасти из-за заявлений о том, что были нарушения, отчасти – потому что часть граждан тогда просто не пошла на выборы и выбор сделали за них те, кто на участки пришел. Это все тогда сформировало определенную повестку. Вспомните, протестные мероприятия, которые закончились 6 мая провокациями и прямыми столкновениями (имеются в виду события на Болотной площади в Москве 6 мая 2012 года – прим. ред.), и стали причиной внесения поправок в законодательство, повысивших ответственность за нарушение законов, регламентирующих проведение массовых мероприятий, более пристального внимания к организациям, занимающимся политической деятельностью на средства иностранных государств и так далее. Отчасти это стало политической повесткой первой части шестого созыва Госдумы.

В 2016 году история совершенно другая, при том что в седьмом созыве сохранили свое присутствие в Госдуме те же четыре парламентские фракции, а «Единая Россия» даже увеличила свое присутствие в Думе.

Мы собрали крупнейшую фракцию не то что за историю Госдумы – за всю историю российского парламентаризма. 

И при этом реакция общества на то, что у нас сегодня 343 депутата из 450, гораздо более спокойная и доброжелательная, чем пять лет назад, когда мы получили 238 мандатов.

- Почему так произошло?

- Во-первых, выборы стали более конкурентными: в бюллетене было такое количество партий, что точно можно было сделать выбор исходя из любых предпочтений. Во-вторых, по сравнению с 2011 годом существенно повысилась прозрачность и открытость этой процедуры, а значит – и доверие к ней. Не в последнюю очередь потому, что люди получили своих представителей в парламенте за счет одномандатников, которые вернулись в Думу впервые с 2003 года. Это же уже совсем другая канва кампании.

- Получается, люди голосовали не столько за партию, сколько за конкретную личность?

- Я бы сказал: не только за партию, но и за конкретную личность. Я в день голосования 18 сентября ездил по городу, был и в Металлургическом, и в Тракторозаводском районах, общался с челябинцами. А учитывая, что во время избирательной кампании несколько раз ногами прошел по каждому двору, я там многих по имени-отчеству знаю. Многие мне говорили: «Я проголосовал за «Единую Россию» и за вас». Но пара человек сказали, что по одномандатным спискам выбрали меня, а партию указали в бюллетенях другую. Наверное, и это тоже отчасти стало причиной, что люди приняли результаты 18 сентября 2016 года.

И еще момент – на этих выборах все-таки не было очень уж громких скандалов в целом по стране. У нас в округе не было вообще ни одного скандала. 

Недавно Валерий Гартунг, выступая на совещании у полпреда, прямо сказал, что у справедливороссов по Металлургическому округу нет замечаний. Хотя эсеры проиграли там целого Швецова (депутат шестого созыва Госдумы от «Справедливой России» Василий Швецов – прим. ред.), на которого очень рассчитывали! И я понимал, что они шли на победу, там был брошен «Справедливой Россией» очень серьезный ресурс. Но все-таки Гартунг нашел в себе мужество на совещании у Холманских признать, что там вопросов к «Единой России» у «СР» нет. Хотя у нас тоже к ним нет особых вопросов: все было достаточно корректно. Борьба была напряженная и жесткая, учитывая, что у нас на округе было два нацеленных на победу конкурента, заводивших в округ и силы, и финансы – это Василий Швецов и бывший омбудсмен Алексей Севастьянов. Севастьянов, помнится, вообще в начале кампании заявлял, что я ему не конкурент. Я как-то уважительнее отношусь к оппонентам. Многие, например, недооценивали Виталия Пашина (руководитель регионального отделения ЛДПР – прим. ред.), а он в итоге занял третье место, уступив только двум действующим депутатам Госдумы! И он прошел в Думу по спискам, и прошел с серьезным результатом, проведя достойную кампанию!

- Вы говорите, в вашем округе не было скандалов. А как же история с украденными в августе в Озерске газетами Алексея Севастьянова и Василия Швецова? Оба прямо обвиняли в этом инциденте именно вас. А потом в ночь на 19 сентября эти же издания Севастьянову некто вывалил на дворе перемешанными с навозом.

- Было бы странно, если бы они не обвиняли меня вообще во всех смертных грехах. Особенно с учетом того, что шла политическая борьба, и не воспользоваться случаем и не обвинить своего оппонента в том, что сделал кто-то или даже сделал сам обвиняющий, было просто недальновидно. Я читал, недавно был задержан водитель КАМАЗа, доставивший Севастьянову «посылку». Пишут, он все рассказал в полиции, что он делал, почему и для кого. И писавший заявление в ГУ МВД Алексей Михайлович почему-то не делает после задержания этого водителя громких заявлений. Судя по всему, это все же были какие-то бытовые «разборки» Севастьянова то ли с собственным штабом, то ли с обманутыми агитаторами. Если люди «замазаны» в куче всяких «интересных» историй, то эти истории им и аукаются. Этот случай оба моих оппонента пытались использовать в контрпропагандистских целях. Не совсем удачно, правда.

- Почему же вы не ответили тем же? Вот в Златоустовском и Коркинском округах настоящие поединки шли: Литовченко против Гартунга, Колесников против Вайнштейна…

- Мне как одномандатнику сегодня четко ясно, что не выиграть выборы скандалами и политтехнологиями, громкими заявлениями или сотнями баннеров. У меня, например, оппоненты завешивали баннерами все дороги и торцы домов! Сколько потом из баннеров теплиц и палаток сделают… Но не работает эта штука!

Колесников и Литовченко во многом были заложниками ситуации в своих округах: там у них с оппонентами была настоящая «баннерная война». И плюсов-то она, я уверен, никому не давала: если убрать у всех соперников в их округах баннеры, то результаты, уверен, были бы примерно теми же.

Меня тоже постоянно пытались вытянуть на такой спарринг. Взять хоть эту историю с газетами, заявления через СМИ – это все были вызовы. Но мне такая повестка, медийная, политтехнологическая, была не нужна. В день голосования она не стоит выеденного яйца. Вместо этого мы шли к людям. И, кстати, ни на одной из встреч про эту ерунду никто ни разу не спросил. Люди живут-то совсем другими проблемами! Людей интересует дата второй индексации пенсий, а не очередной скандал! Когда я в Озерск приехал, где оппоненты пытались раскрутить эту тему с газетами, меня спрашивали не про это, а про городской транспорт и про качество питьевой воды. И сейчас мы, кстати, нашли схему, как дополнительно 300 млн рублей направить на введение в эксплуатацию второй очереди очистных сооружений. Город Озерск перестанет быть заложником проблемы грязной воды. И по закупке автобусов уже торги прошли. 

Или другое ЗАТО, Снежинск: там меня спрашивали, что делать с озером Синара, откуда браконьеры уже всю рыбу выловили и варварски уничтожают главный для снежинцев источник питьевой воды. Мы добились полного запрета промышленного рыболовства. А до этого десятилетиями вопрос не решался! То же, кстати, и на Шершнях. Мы спасли два водоисточника, на круг – для полутора миллионов человек, от экологического дисбаланса. 

Я вот эти результаты считаю более важными: сколько детских площадок поставлено по нашим программам, в скольких детсадах и школах мы заменили окна, в скольких поселках освещение появилось, сколько сельских школ отремонтировали, сколько дворовых спортплощадок построили, сколько объектов благоустроили. У нас счет только по итогам летних месяцев идет на десятки. Завтра я провожу прием, и он традиционно начнется с того, что придут люди рассказать, что их вопросы решены. У меня все приемы граждан с этого начинаются: приходят те, кто уже были раньше, рассказать, что у них проблема устранена, а вот теперь мы привели еще человека – родственника, как правило, или сослуживца, помогите теперь и ему.

- Поверить сложно.

- Приходите и посмотрите сами. С этого начинается каждый прием. Мы же предвыборную кампанию распланировали еще до праймериз, поставили себе задачу: провести с начала года до 18 сентября тысячу встреч в коллективах. Получалось шесть-семь встреч в день. Были сорокаминутные встречи, часовые, полуторачасовые. Всегда просили, чтобы встречи были добровольными: мероприятие, куда кого-то загоняют насильно, идет кандидату только в минус. В итоге мы провели 1006 встреч с жителями округа с середины января и по середину сентября. Через них прошли 40 тыс. человек, это половина того числа людей, что за меня проголосовали. Если учесть, что у участников наших встреч есть еще семьи, то вот вам результат: я кампанию выиграл ногами. Все остальное – газеты, средства наружной рекламы – не более чем фон. Я почти все дворы Тракторозаводского и Металлургического районов Челябинска обошел на два раза. Объехал практически все села, даже самые отдаленные. И команде я говорил: у нас выиграет выборы только тот человек, который проведет больше встреч с избирателями, чем мы. Четкая задача: максимизировать число личных контактов. У меня, единственного из челябинских кандидатов, не было в штабе политтехнолога, не было начальника штаба – я координировал кампанию сам.

Кстати, и в прошлом созыве я, несмотря на то, что был списочником, каждую неделю появлялся на своей территории. У меня между Челябинском и Москвой набирается около ста перелетов в год. Челябинск в прошлом созыве в мою территорию не входил, поэтому, может быть, о моей работе не писали журналисты. Но в моем округе нет ни одной школы, где бы я не побывал и не встретился с коллективом, я директоров почти всех детских садов знаю по имени. Политтехнолога вот не было, да. Зато три водителя посменно работали. В неделю в среднем – 18 населенных пунктов, две тысячи километров пути. Это спидометр на машине, его не обманешь. Летом 2016 года я даже рейтинги не заказывал, не интересовался соцопросами. А зачем? У нас шесть-семь встреч в день, у соперников – две. Вот единственная значимая статистика.

- Интересный подход.

- Да он, на самом деле, классический. У меня были встречи, на которые приходили человек по шестьсот. Учителя, например, кипящие от политики экс-министра образования Ливанова. А я целенаправленно добивался его отставки и добился ее. Ну как они еще после этого могли голосовать? Я потом, уже после выборов, общался с политологами, с пиарщиками. И они мне сказали: такое ощущение, что вы проводили кампанию по учебнику: абсолютно классически. В том смысле, что у нас не было лозунгов типа «За все хорошее против всего плохого», каких-то дорогих и модных политтехнологических ухищрений мы не применяли. У нас был слоган: «Депутат, который работает». И вся кампания была в общем-то демонстрацией правдивости этого тезиса. И дальше продолжаем работать. 

- Но все-таки считается, что решение хозяйственных проблем, все эти детские площадки и окна в школах, – это уровень местных депутатов, районных, городских. Депутат Госдумы – он ведь законы должен разрабатывать?

- Для меня не стоит вопрос, кто должен чем заниматься. Местный депутат вам скажет, что «окна в школах» – полномочия муниципальной власти, а глава района скажет – мне денег на это не дали. А у меня на встречах живые люди, для которых дети, мерзнущие в группе детского сада, – вопрос номер один. Мне в Снежинске по их главному источнику питьевой воды – озеру Синара, которое погибало, принесли обращение, подписанное 10 тыс. человек! В городе, где 30 тыс. избирателей это значит, что его каждая семья подписала! А заниматься проблемой рыбной ловли по идее должна госструктура, находящаяся в Екатеринбурге, которая стабильно согласовывала этим варварам, выкачивающим рыбу из озера, разрешения и квоты. А потом принимала бумаги, где значилось, что за последние пять лет эти квоты не были выбраны ни разу. Судя по всему, деньги шли кому-то в карманы. И вот ко мне приходят люди, говорят: помогите. И мне их посылать к тем парням, которые, судя по всему, получают деньги от браконьеров? Или все-таки найти инструмент, чтобы спасти озеро от браконьеров? Мы нашли этот инструмент. Как вы думаете, после этого где у меня самый высокий результат был 18 сентября? Правильно, в Снежинске.

А вопросы ко мне как к законодателю, конечно, могут быть. Но за те законы, которые я инициировал, ни на одной встрече в меня никто камнем не бросил. Есть коэффициент, определяющий, сколько ты законов внес и сколько было принято. И у меня один из высоких показателей по проценту принятых законов в прошлом созыве. Большая часть моих законопроектов касалась системы образования. Например, разрешение школам снова выдавать золотые медали отличникам, возвращение льгот для поступающих в вузы детей-сирот и ветеранов боевых действий, установление верхних пределов оплаты за студенческие общежития, всего – примерно полтора десятка. Законы подписаны президентом, вступили в силу. Сюда же – закон о парламентском контроле.

Я опубликовал в прошлом году 34 антикоррупционных расследования с общим объемом ущерба в 30 млрд рублей. Часть этих денег нам удалось вернуть! Такого вообще не было раньше, чтобы депутат, без прокуратуры и следствия, добивался возвращения денег в бюджет. 

Там же доходило до смешного, и не только в системе образования. Госкорпорации на страховки своему топ-менеджменту, на отбеливание зубов и страхование от болезней, передающихся половым путем, тратило порядка полутора десятков миллионов рублей. Мы заставили вернуть эти деньги в бюджет. Пусть пойдут на более полезные дела.

Есть, конечно, и неудачи. Не удалось пробить закон о полном запрете алкоэнергетиков, имеющий, кстати, прямое отношение к образованию, ведь основные потребители этой дряни – пяти-, шестиклассники. Не успели его принять в прошлом созыве, будем принимать сейчас.

- За прошедшие полтора месяца вы уже, наверное, успели присмотреться к депутатам-новичкам, оценить работу нового созыва? Что-то изменилось по сравнению с прошлым созывом, кроме реакции общества? Ваши коллеги жаловались, что им через месяц после выборов даже кабинетов еще не выделили.

- Мне тоже кабинет только недавно выделили. Но я не считаю наличие кабинета определяющим фактором в эффективности депутата. Это же не мешает ходить на заседания. В прошлом созыве я работал в комитете по образованию, в этом вошел в комитет по регламенту. Вижу, что тут я могу быть полезнее, в том числе и той преподавательской, учительской аудитории, из которой сам вышел. Главная проблема прошлого созыва – депутаты-прогульщики. Случалось видеть на заседаниях лишь половину зала. Треть, четверть зала. Потом, этим летом, приходил к людям на встречи, у меня спрашивали: «Мы вас по телевизору видели, вы нажали кнопку за себя и «за того парня». Почему вы так сделали?» Я объясняю: он оставил мне доверенность. Закон это позволяет. Но мы ведь все понимаем, что это неправильно! Ведь тому-то парню никто доверенность от его избирателей не давал! Ему же никто не говорил: «Вот, мы тебя выберем, а ты там занимайся отдыхом, лечением зубов, бизнесом. А голосовать и работать в думе передоверь Бурматову». И в комитет по регламенту я пошел, потому что таков был наказ моих избирателей.

Включите сегодня телевизор: из 450 депутатов на заседаниях Госдумы присутствуют 440, а у десяти – больничные листы. Вместо ста вопросов за день обсуждаются от силы два десятка. Потому что депутаты выступают, спорят, министрам задают сложные вопросы.

- Может, это эффект новизны?

- Это эффект нововведений, которые проходили через наш комитет по регламенту и были инициированы специально для более глубокой проработки законов в Госдуме. Пусть решаются вопросы помедленней, зато эффективнее. Мы поставили в график по три недели в месяц для работы на пленарных заседаниях вместо двух прежних. И если работа прошлого созыва началась с дележа комитетов и кабинетов, то в нынешнем созыве – с публичных парламентских слушаний по бюджету. Мы впервые отдали бюджет страны на обсуждение экспертов, в региональные законодательные органы, а не принимаем кулуарно. И доверенности запретили: или сам голосуй, или никак. Если не подействует, будем вводить штрафы за пропуск заседаний, будем мандаты забирать за прогулы! Да, кто-то из коллег недоволен. Но ведь все знали, что в Государственной думе надо работать. Вот и работайте.

- Планов много, но вот будет ли результат? Несмотря ни на что, критика «Единой России» не прекращается.

- Есть в социологии «эффект отскока». Как правило, в конце предвыборной кампании рейтинг партии подрастает, а сразу после выборов несколько падает. Так вот прошедший сентябрь стал единственным исключением: рейтинг «Единой России» после выборов в Госдуму вырос на 2%. У нас многие партии оппозиции в принципе не могут набрать 2%! За счет чего такой рост? Да вот за счет того, что по телевидению люди видят работу, знают, что фракция «ЕР» в Госдуме открыто обсуждает проект бюджета страны, что мероприятия в регионах не прекращаются. И все эти действия – не политтехнология, это выстраивание коммуникаций с гражданами.

- Есть другая сторона медали. Три «парламентских» недели в месяц автоматически ограничивают депутата во времени работы в регионе.

- Немножко не так. Для таких депутатов, кто постоянно летает в регион, есть возможность отработать «пленарку» в Москве со среды по пятницу. А в субботу улететь в округ. И работать там – субботу, воскресенье, понедельник, вторник. Есть возможность четыре дня в любую неделю работать в регионах, если ты готов выдержать такой график. И в первую «региональную» неделю, которая завершилась несколько дней назад, все депутаты были на месте, в регионах. Они проводили встречи с фракциями в Законодательном собрании и местных депутатских советах, обсуждали бюджет, встречались с партийным активом, проводили встречи на предприятиях, в коллективах, участвовали в сходах граждан, проводили приемы граждан. И это, полагаю, правильно.

- Вы очень много говорите о работе в регионах. Связано ли это с вашей новой должностью руководителя Центрального исполнительного комитета партии? В Челябинске, по слухам, назначение депутата Бурматова многих единороссов даже напугало: ждут «чисток» из-за неэффективности работы с населением.

- Про «чистки» может сказать разве что человек, который меня не знает. Подход простой. У меня 85 региональных отделений, и все они для меня одинаковы.

- А времени хватит на партийную нагрузку?

- В предыдущем созыве я был первым заместителем председателя комитета, это огромная нагрузка: у меня только девять экспертных советов было. Плюс руководство межрегиональным координационным советом «Единой России». Это тоже партийная нагрузка. Плюс крупный партийный проект – Центр оценки эффективности федеральных целевых программ. Мы занимались, и сейчас продолжает центр заниматься, например, мониторингом строительства всех школ во всех регионах РФ и расследованием нарушений и финансовых злоупотреблений. Эту историю я тоже тянул.

Особенно ничего и не поменялось. По-прежнему есть партийная нагрузка – Центральный исполнительный комитет партии. Есть нагрузка думская – комитет по регламенту, есть региональная – мой округ. 

Было бы непрофессионально выделять для себя какое-то региональное отделение. Свое, чужое… 

Почему такого не пишут в Свердловской области, в республике Коми, Пермском крае, ХМАО, ЯНАО, Кургане, Тюмени, которые я курировал в МКС (Межрегиональном координационном совете партии – прим. ред.)? А я ведь там занимался избирательными кампаниями, партийными назначениями. Так что о чистках пишут, наверное, потому, что надо что-то писать. Но для меня, повторюсь, все одинаковы. Нет симпатий, нет антипатий. С руководством Челябинского отделения партии мы работаем вместе с 2005 года. Личные отношения – хорошие, но в работе для меня не бывает отношений.

- То есть оргвыводы могут быть сделаны и по руководителю челябинского отделения «ЕР» Владимиру Мякушу?

- Да при чем здесь «оргвыводы»? Партия – это коллектив. Решения там принимаются коллективные. Я руковожу исполнительным комитетом. Это совершенно понятная, близкая мне работа. Я с 2005 года прошел все ступени партийной работы, начиная от секретаря партийной первички. Потом местное отделение, региональное отделение, региональное отделение «Молодой Гвардии», Центральный штаб «Молодой Гвардии». А дальше как раз Центральный исполнительный комитет партии. У меня в трудовой книжке написано, что я с 2010 года был советником секретариата президиума Генсовета «Единой России». Потом Межрегиональный координационный совет партии. Я всю эту систему знаю изнутри. Я постепенно прошел эти ступеньки, мне нравится эта работа. Я буду выполнять задачи, которые поставит Президиум Генсовета партии. Это коллегиальный орган, он принимает решения, а наше дело – их исполнять. Что же касается кадровых решений, о которых вы меня спрашиваете, то это полномочие региональных партийных органов – конференции партии. Сейчас начался процесс отчетно – выборных мероприятий, и все наши партийцы будут решать, как отработало каждое первичное, местное и региональное отделение. Ориентироваться будут в том числе на результаты выборов, потому что это – главный показатель уровня доверия граждан. 

Новости России
Россия
В «социально значимые сайты» включен ресурс, на котором можно купить фальшивую диссертацию
Россия
Путин подписал указ о выплатах семьям, имеющим детей до трех лет
Россия
В «Газпроме» из-за пандемии коронавируса увеличат сроки вахты
Россия
Эксперт ответил Путину, можно ли сократить число нерабочих дней из-за коронавируса
Россия
На блогера, заявившего, что коронавирус создали в центре «Вектор», завели дело о фейках
Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Россия
Экс-сенатору Рауфу Арашукову предъявлено окончательное обвинение
Россия
«Медуза»: мэрия Москвы купит бордюры в фирме доверенного лица Путина
Россия
Путин: пик эпидемии коронавируса в России еще не пройден
Россия
МИД Израиля рассказал, как Благодатный огонь будет доставлен в Россию перед Пасхой
Россия
В Мурманске женщину затравили в соцсетях из-за ложного сообщения штаба по коронавирусу
Россия
У главврача московской больницы обнаружили коронавирус
Россия
В Коми еще у 111 человек подозревают коронавирус
Санкт-Петербург
В больнице Петербурга, где медсестры жаловались на отсутствие респираторов, нашли COVID-19
Россия
В Удмуртии бизнесмен получил предостережение прокурора за обращение в мэрию о помощи
Россия
WhatsApp вводит запрет на массовые сообщения, чтобы побороть фейки о коронавирусе
Россия
Путин не появляется на публике, пресс-релизы похожи на «консервы». Россияне обсуждают, что президент «в бункере»
Россия
В Москве врача, пожаловавшегося на недостаток масок и градусников, вызвали в прокуратуру
Россия
Профессор ВШЭ считает, что угроза новых эпидемий дает шанс небольшим российским городам
Россия
В Кремле не увидели противоречий между Мишустиным и Кадыровым
Россия
В России начались клинические испытания препаратов от коронавируса
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно