«То, что у церкви много денег – это миф»

Владыка Иосиф: о проблемах Курганской епархии, конфликте с Дедовым и памятнике Красину

Владыка Иосиф уже полтора года управляет Курганской и Белозерской епархией и является главой Курганской митрополии. За это время с его именем были связаны не только значимые события в церковной жизни региона, но и громкие истории, в том числе – лишение церковных постов протоиерея Владимира Дедова и сбор подписей за перенос памятника советскому политическому деятелю Леониду Красину от Богоявленского храма. В интервью Znak.com митрополит пояснил, что послужило поводом для принятия этих решений, и рассказал, с какими проблемами сталкивается церковь в регионе.

- За прошедшие полтора года как вы освоились в Кургане? Удалось ли наладить общение с местными элитами?

- Мы всех стараемся приглашать на свои мероприятия, иногда руководству области время позволяет на них присутствовать, иногда возникают коллизии. Это понятно, в области есть много и других проблем. У нас работы тоже очень много, времени на все не хватает. Мне трудно оценить, как я освоился: в круговерти повседневной жизни некогда об этом раздумывать.

- Переехав в Курган, вы увидели все местные приходы воочию. В каком состоянии сегодня храмы Зауралья?

- Сказать о том, что в крупных поселках и селах храмов нет совсем, уже нельзя. Даже в небольших селах у нас есть храмы или приспособленные под них помещения.

К сожалению, ситуация такова, что из нашего культурного наследия сохранились большие храмы в очень плохом состоянии именно в тех населенных пунктах, которые вообще сегодня перестали существовать или уже доживают, это очень слабенькие села. Село вымирает, и перспективы восстановления таких храмов фактически нет. Это удручающее состояние, безвыходное.

- Зато много храмов появляется в больших городах, но в селах их восстановить сложнее.

- Вот в этом и беда. В этом году святейший Патриарх Кирилл добился возможности финансирования не только храмов, которые являются федеральной собственностью, как было раньше, но и всех других объектов культурного наследия, в том числе и вновь выявленных памятников архитектуры.

- Какие храмы вы предполагаете включить в эту программу?

- Например, в селе Усть-Суерское есть двухэтажный прекрасный храм! Мы должны подготовить документацию, и тогда у нас появится возможность попасть в программу федерального финансирования таких храмов.

- Вы упомянули о Патриархе Кирилле. В прошлом году в одном из своих интервью вы говорили о планах пригласить его в Курган. Остались ли у вас такие намерения?

- Вопрос не в том, буду ли я приглашать Патриарха или нет. Это рано или поздно случится без моего желания и согласия, потому что Патриарх живо интересуется тем, что проходит на местах, как протекает церковная жизнь в регионах, и рано или поздно такое предложение поступит. Другой вопрос – готовы ли мы?

- А готовы?

- На данный момент, я считаю, что нет. У нас собор Александра Невского требует пристального внимания и участия, там многое нужно сделать. Второе – это Богоявленский собор, где тоже еще очень много недоделок, хотя там уже и идут службы. Даже не штукатурены стены – мы только начали левый придел. Есть люди, которые помогают, дело потихоньку идет. Но если мы найдем какую-то помощь, этот процесс будет идти успешнее.

- В Екатеринбурге собор Александра Невского спустя семь лет отреставрировали благодаря серьезным вложениям местных спонсоров. Каково отношение меценатов к церкви в Кургане?

- За время моего пребывания в Кургане у меня сложилось такое понимание, что… (задумался и вздохнул) здесь не понимают нужд Церкви. Почему-то всем кажется, что у Церкви сегодня много возможностей, что она даже сама может участвовать в значимых благотворительных проектах. А то, что необходимо принять участие в церковном строительстве, благоукрашении храмов – такого понимания я не встретил.

Достойно завершить строительство Богоявленского собора можно только общими усилиями. Люди знающие, которые сталкивались со строительством храмов, прекрасно понимают, что возведение стен – это одна треть затрат. Еще две трети – это внутреннее наполнение (иконостас, иконы, киоты, роспись, утварь). А у нас этот процесс только в самом начале. Без этого храм незаконченный, он и выглядит так. Будем надеяться, что встретим в этом отношении понимание и будем заканчивать храм так, чтобы он действительно был настоящим украшением города.

- Вы также говорили о том, что Кургану не хватает женского монастыря. Остается ли актуальным вопрос его создания?

- Вопрос остается, но, к сожалению, никак не решается – проблема скорее кадровая. Не думал, что будет такая ситуация. Даже желающих посвятить свою жизнь монашеству и людей, которые умеют организовать (этот процесс), нет. Пока не получается.

- Вас можно назвать жестким руководителем?

- Я не знаю (смеется), вам виднее. По-моему, я очень мягкий человек, но принципиальный. Я готов многое прощать, на многое закрывать глаза, но я должен видеть, что, если человек ошибается, он готов исправляться. Я недавно еще раз перечитал книгу «Несвятые святые». Есть там такой момент, когда отец Иоанн Крестьянкин пишет, что прощение начинается с наказания. Если человек не готов принять наказание, то он не чувствует своей вины, то он не исправится. А человека, не исправляющегося, нельзя простить. Прощение начинается с наказания. Человек оступился, он готов принять наказание – это значит, что у него начинается путь духовного выздоровления. Но если, сделав ошибки, человек не признает этого, о каком прощении может идти речь? В таких вещах я принципиален.

- Именно такую принципиальность вы и проявили в истории с протоиереем Владимиром Дедовым, который был лишен своих церковных постов после того, как попал в ДТП? Курганская митрополия сообщала, что вы лично приняли такое решение.

- Да, это было мое решение, но нужно понимать, что и епархия, и приходы осуществляют свою деятельность на основании устава. Устав разрабатывается Священным Синодом Русской Православной Церкви, согласовывается с Министерством юстиции и принимается каждой религиозной организацией. Поэтому и епархия как централизованная организация, и приход как местная организация в своей деятельности основываются на уставе.

Мною был сделан целый ряд замечаний отцу Владимиру Дедову по храму Святого Великомученика и Целителя Пантелеимона. 

Это было еще до того, как я перевел Дедова. У меня были претензии богослужебного, административного, финансового, хозяйственного порядка – целый ряд претензий, которые я как правящий архиерей имею право предъявить настоятелю по уставу. В ответ (я полагал, что другого выхода не может быть) отец Владимир должен был мне сказать: «Владыка, я понял свои ошибки, я сделаю все, чтобы их исправить». К сожалению, я услышал другие слова: «А у меня все хорошо, меня все устраивает». Я ему сказал, что в таком случае я вынужден его сместить с этой должности. Он мне ответил «Я буду бороться».

Бороться с кем и за что? С епископом, который наделен правами и обязан требовать выполнения священником своего долга как пастырь и администратор? Бороться за что? За право жить, как хочу, и попирать церковные и гражданские устои? Такого быть не может! Это недопустимо! Поэтому я принял решение освободить отца Владимира от занимаемой должности. Он со мной не согласился и включился в борьбу. Считаю, что бороться в таком случае можно одним способом – доказать, что ты поступал правильно, что претензии безосновательны. Я знаю, что отец Владимир просто попирал правила православной Церкви, совершая богослужение не на пяти просфорах, а меньше, используя не служебные просфоры, как положено, а те маленькие, которые раздают для народа.

- Для чего? Это экономия?

- Видимо, экономия, не знаю. Просто священник решил, что этим можно пренебрегать – а это то, чем нельзя пренебрегать, это кощунство. Мне говорят, что будто бы он сам пек просфоры. Но просфора – это не пирожок, чтобы испечь ее, нужны определенные условия. Пусть мне покажут, что они там были!

В уставе также четко записано, что епархия имеет право контроля финансовой деятельности прихода. Я получаю квартальный отчет, сравниваю с предыдущими квартальными отчетами, и у меня очень большие вопросы. Допустим, я приехал сюда в мае 2015 года. За первый квартал есть отчет, и если его сравнить с третьим кварталом того же 2015 года, то доход от реализации предметов церковной утвари, книг и свечей упал не в три раза, (пауза – далее проговаривает по слогам) а в трид-цать три ра-за! Такое возможно? Это по отчету, на нем стоит подпись Дедова, печать прихода. Прошу предъявить документацию – он не предъявляет. На что в таком случае надеется?

И вместо того, чтобы доказать свою правоту, опровергнуть претензии, делается другой ход – собирают подписи за отставку митрополита. И начинаются выискивания – а что мы можем предъявить митрополиту? В моей деятельности начинают выискивать недостатки, откровенную клевету возводят. На что они рассчитывают?

Дальше - собирается ряд мирян и священников и обсуждают вопрос: что мы можем накопать на митрополита? Сегодня я могу предъявить этим священникам (берет листок, лежащий рядом с принтером и читает): «18 правило 4 Вселенского собора и 34 правило 6 Вселенского собора. Если некие клирики усмотрены будут вступающими в соумышление или скопища, или строящие ковы епископам или соклирикам совсем да низвергаются со своей степени». Собрались и делают заговор.

- И во имя чего это все?

- Чтобы возвратиться на прежнюю должность во что бы то ни стало.

- А как можно после таких распрей работать вместе?

- Это вопрос не ко мне. Цель одна – вернуться на прежнее место и показать, что епископ – не хозяин епархии, что он ею не управляет.

- В итоге только Дедов лишился должности?

- Не только, подобный случай был и в другом приходе. Когда я, делая объезды приходов, стал интересоваться у настоятеля вопросами, которые он не может не знать, отец-настоятель ответил: «Владыка, я не могу вам сказать, спросите вон там у кого-то». Я ему просто сказал: «Батюшка, тогда какой же вы настоятель, если не можете на элементарный вопрос жизни прихода ответить?». На следующий день он получил указ о переводе в другое место службы. Он это воспринял спокойно, не возникло никакой проблемы.

Бывают такие случаи, когда мы вынуждены применить меры прещения к священникам. Если они это правильно сознают – честь и хвала им! Если, когда указывают на недостатки, обещает привести все в порядок, зачем мне его менять? Но если священник просто не признает своего архиерея, отказывает в том, что он над ним начальник и имеет право проконтролировать исполнение обязанностей, как можно тогда работать? Ни один руководитель такого не сможет терпеть.

- Где Владимир Дедов теперь?

- В августе я перевел его вторым священником в Троицкий храм города Кургана.

- В итоге была какая-то ревизия?

- Отец Владимир Дедов, видимо, не признает Указ архиерея. Прошло три месяца. Он не сдает бухгалтерскую документацию, отказывается передать учредительные документы, он не выходит на место своего нового назначения.

- Что вы планируете предпринять?

- Документы мы можем истребовать в судебном порядке, он обязан их передать. Я уже говорил, что мы действуем на основании устава – в уставе прихода прописаны права епархиального архиерея. Он назначает и освобождает от должности настоятеля, нигде не прописана демократическая процедура избрания, утверждения. По уставу это мои полномочия, я не обязан их ни с кем согласовывать. И никто в это не вправе вмешиваться – ни приходской совет, ни прихожане, ни благотворители, ни гражданские власти. Нельзя говорить, что вот мы собрали 1 тыс. подписей, чтобы оставить священника на каком-то месте, поэтому ты, Владыка, закрой глаза на злоупотребления, которые он делает в приходе. Люди должны быть в этом отношении осторожными: если они до конца не знают, что происходит, зачем ставить такие подписи?

- Ситуация с Дедовым – не единственная история, благодаря которой церковь вошла в публичную плоскость, и ее действия широко обсуждались общественностью. Еще один повод – сбор подписей за перенос памятника Красину от Богоявленского храма. Вы еще не комментировали это публично. Пожалуйста, поясните: что послужило причиной для этой инициативы?

- Построили прекрасный храм, украшение города, изюминку! Хоть он еще и не отделан внутри, но уже привлекает людей – у нас приезжает много паломников (в прошлое воскресенье были из Омска, Челябинска). Но беда в том, что к храму нет нормального подхода. К нему ведет узенькая тропочка – по ней идти-то неприятно. Пишут, что «церковь хочет отхватить кусок земли». Да не хотим мы отхватывать никакой кусок земли!

Когда выделяли землю под строительство храма, часть земли между оградой и музыкальной школой тоже отдали нам. Но позже мэрия обратилась с просьбой вернуть участок, поскольку он нужен, чтобы обустроить набережную. Мы согласились. Но со своей стороны высказали три предложения, как возможно разрешить эту ситуацию с удобным подходом к храму.

Первое – переместить памятник на набережную, между оградой храма и музыкальной школой, сделав там зеленую зону. А здесь получилась бы площадка перед храмом. 

Второй вариант (по-моему, он был изначально – я у многих людей спрашивал, которые прежде были у руководства) – переместить памятник в другое место, например, к вокзалу. 

Третий вариант – перед памятником есть большая площадка, там ничего не проходит. Говорят, что там молодежь собирается, но я ведь езжу со службы на службу – никто там не собирается, там кусты до последнего времени нам самим приходилось вырубать, все заросло. Площадка очень большая, если бы сократить ее часть, сровнять и сделать более широкий подход к храму – кто от этого пострадает? Такие были наши предложения. Если бы это был не храм, а объект культурный, социальный или образовательный – давно бы уже этот вопрос подняли. Нет подхода!

Вопрос все равно будет вставать, пока не найдется взвешенного продуманного решения, потому что храм будет набирать популярность. Я не собираюсь махать кулаками и чего-то добиваться, я обозначил проблему.

- А сколько человек подписалось под предложением епархии?

- Мы собирали подписи не по всему городу, а только среди прихожан Богоявленского храма – более 700 человек почти за месяц. Это те, кто видит эту проблему. Общественная палата города ее поняла. Мэрии поручили выработать предложения, проработать возможность расширения подхода.

- Расскажите, какие еще проекты вы сейчас осуществляете?

- Мы продолжаем проект «Чужих детей не бывает», который вел владыка Константин. Благодаря размещению информации в разных источниках 150 детей обрели семью.

Также мы стараемся контактировать со школами, проводим лекции. Мы не можем охватить сразу все школы, потому что лекции читают одни и те священники. И когда они приходят в одну школу, мы из других слышим претензии – «А почему к нам не пришли?». Потихоньку будем устанавливать контакты со всеми – город немаленький.

Скоро будем проводить Рождественскую акцию. Традиционно люди обмениваются подарками, но есть те, кто больше всего в этом нуждается. В этом году мы работаем с малышами-отказниками из домов малютки и с заключенными. Проводим сбор вещей в храмах города. Для заключенных это вязаные носки (многие прихожане умеют это делать и с любовью делают), если нет такой возможности – можно поучаствовать материально. 8 января мы завершим эту акцию, передав нуждающимся все, что собрали за это время.

Также мы готовимся к Рождественской елке для детей прихожан и детей из малообеспеченных семей – эту деятельность нужно расширять. 

То, что у церкви много денег – это миф, причем неоправданный. Ведь мы живем за счет средств наших прихожан. 

Они что-то покупают, ставят свечи, заказывают что-то – это довольно небольшие средства, подчас их не хватает просто на содержание храма (отопление, электроэнергия, содержание персонала, певчих), поэтому на другие проекты не остается средств. Одна из наших задач – это обустройство епархиальной библиотеки. У нас очень много книг, есть помещение по улице Пичугина, мы его отремонтировали, но нет средств на приобретение стеллажей.

Общих дел у нас хватает – просветительская, благотворительная деятельность, строительство и восстановление храмов. Задача, чтобы два наших храма – Александра Невского и Богоявленский собор – были настолько красивыми и боголепными, чтобы стали визитной карточкой города: «А у нас в Кургане во-от такие храмы!». Это та работа, которая сегодня может объединить людей не на подавление одних другими, а, наоборот, для общей пользы. Главное – искусственно не нагнетать обстановку и быть элементарно честными. Не надо никого шельмовать, придумывать проблемы – их и так хватает. Нужно объединяться не для борьбы друг с другом и за свои интересы, а объединяться для того, чтобы вместе сделать что-то положительное и доброе. 

Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Новости России
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.