Доллар
Евро

Крах большевистской империи: как гласность «довела» СССР

В эти дни в 1990 году с восстания в Азербайджане начался юридический развал Советского Союза

Сергей Титов/РИА Новости

Мало кто сегодня помнит об этой дате, а зря: именно 19 января 1990 года начался юридический развал Советского Союза: чрезвычайная сессия Верховного Совета Нахичеванской АССР, входящей в состав Азербайджана, приняла постановление о провозглашении независимости автономии и ее выходе из СССР. Затем ее примеру последуют Литва, Армения, Грузия… Через пару лет СССР испустит последний вздох, чтобы тлеть и смердеть, пока не придут и не закопают те, для кого он – незнакомые, не вызывающие никаких воспоминаний и ассоциаций останки. 

 «Смотреть на эти трупы было страшно» 

Решение Нахичевани было продолжением взрыва азербайджанского национализма в Баку (об этом чуть ниже). А начиналось по другую сторону армяно-азербайджанской границы, в Нагорном Карабахе. В 1923 году эту исконно армянскую территорию (на момент рождения СССР армянское население там составляло почти 95%) большевики «пришили» к Азербайджану. С началом горбачевской перестройки, как только прежде туго натянутые вожжи в руках московской метрополии стали ослабевать, жители Нагорного Карабаха поставили вопрос о возвращении к матери-Армении. С середины 1987 года начались конфликты между армянами и азербайджанцами, потоки азербайджанских беженцев сконцентрировались в основном в районе Сумгаита, что на восточном, прикаспийском крае Азербайджана, недалеко от Баку. А 22 февраля 1988 года, через два дня после того, как власти Нагорно-Карабахской автономной области обратились к Москве с просьбой передать НКАО в состав Армении, в межнациональной стычке пролилась первая кровь: погибли двое азербайджанцев. Множились сведения о массовых издевательствах со стороны армян.  

27 февраля азербайджанцы ответили изуверствами в Сумгаите. Началось с митинга под лозунгами «гнать и убивать армян», к вечеру он перерос в погромы. Затем, распаленные призывами, многочисленные банды, состоявшие из беженцев, селян, городской бедноты и вооруженные заточенной арматурой и обрезками труб, врывались в жилища армянских семей, забивали до смерти, выбрасывали с верхних этажей, сжигали заживо, насиловали (здесь обязательно нужно упомянуть, что находились и такие азербайджанцы, что, наоборот, спасали от расправ своих армянских соседей). Город превратился в зону боевых действий: разгромленные здания, разбитый транспорт, изуродованные тела, вопли о помощи. 

Жертвами межнациональных конфликтов на территории бывшего СССР стали армяне и азербайджанцы, абхазы, осетины, грузины, ингуши и чеченцы, украинцы, молдаване и русские, казахи, узбеки, киргизы и таджики, немцы, турки и евреи… Аргумент «хотя бы не как в Югославии» - бледнеетЖертвами межнациональных конфликтов на территории бывшего СССР стали армяне и азербайджанцы, абхазы, осетины, грузины, ингуши и чеченцы, украинцы, молдаване и русские, казахи, узбеки, киргизы и таджики, немцы, турки и евреи… Аргумент «хотя бы не как в Югославии» - бледнеетАндрей Стенин/РИА Новости

В замечательной, очень подробной книге публициста и писателя Олега Мороза «Крах большевистской империи» (любезно предоставленной книжным магазином «Пиотровский», что в Ельцин Центре) приводятся воспоминания эмиссара ЦК КПСС Григория Харченко: «Я не хочу показывать вам фотографии. Я просто их уничтожил. Но я собственными глазами видел растерзанные трупы, одно тело было изрублено топором, ноги отрублены, руки, практически от тела ничего не осталось. Они собирали палую листву с земли, насыпали на трупы, потом сливали бензин из стоящих рядом машин и поджигали. Смотреть на эти трупы было страшно». 

Итог насилия: по официальной версии – три десятка убитых, по неофициальным – сто, двести и даже полтысячи. Союзный Центр отреагировал только на следующий день: в городе ввели военное положение, посланные войска штурмовали бандитов, сконцентрировавшихся – по жуткой иронии — на перекрестке улиц Мира и Дружбы. (Впоследствии, чтобы скрыть масштаб зверств, из нескольких тысяч погромщиков осудили лишь около сотни, причем по ординарной статье «хулиганство»). 

«Советская армия – фашистская армия» 

Зыбкий порядок, постоянно прерываемый митингами и столкновениями, навели лишь на время. 31 декабря 1989 года азербайджанские националисты захватили ту самую Нахичевань, кроме того, были «взяты» Джалилабад и Ленкорань, разрушен 700-километровый участок государственной границы с Ираном. А 13 января армянские погромы, при полном попустительстве милиции («У нас приказ не вмешиваться»), начались в Баку. Сценарий (сначала митинг) и картина насилия – та же, что в Сумгаите, с той разницей, что там события разворачивались стихийно, а бакинские — организованно: в Баку армян убивали по заранее составленным спискам. Количество жертв, по разным сведениям, составило от полусотни до трех сотен. 

Поразительно, но и на этот раз центральная власть вмешалась лишь постфактум, хотя Народный фронт Азербайджана, добивавшийся независимости республики, бесчинствовал и попирал авторитет компартии на протяжении всего предшествовавшего года. Только когда разъяренная толпа заняла телецентр, осадила здания республиканского ЦК и правительства и установила напротив них виселицы, а председатель Совета Союза Верховного Совета СССР Евгений Примаков, командированный в Баку, сообщил о готовящемся штурме, Москва выпустила указ о введении чрезвычайного положения. Вошедшая в Баку только в ночь на 20 января, то есть спустя неделю (!) после погромов, 50-тысячная войсковая группировка расстреливала и давила бронетехникой, не разбирая боевиков и мирных жителей, взрослых и детей. В боях погибли до 140 горожан, более 30 военнослужащих и милиционеров. 

Ельцин Центр, дискуссия, посвященная распаду СССР: «Упущенных возможностей не было, потому что вообще никаких возможностей не было: деньги кончились. Союз был банкротом и в экономическом, и в политическом смысле»Ельцин Центр, дискуссия, посвященная распаду СССР: «Упущенных возможностей не было, потому что вообще никаких возможностей не было: деньги кончились. Союз был банкротом и в экономическом, и в политическом смысле»Яромир Романов/Znak.com

Партийный и советский контроль над республикой был восстановлен, но на следующий день на здании азербайджанского ЦК появились надписи: «Долой советскую империю!», «Долой КПСС!», «Советская армия – фашистская армия!». Таким образом, в ходе карабахского конфликта, резни в Сумгаите и Баку Кремль потерял как Армению, так и Азербайджан: армяне увидели, что Москва неспособна их защитить, а азербайджанцы не простили «черный январь». Армения приняла Декларацию о независимости в августе 1990-го, одной из первых среди «советских социалистических республик»

Полкоролевства за корону

26 апреля 1990 года был принят союзный закон «О разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами федерации». По названию документа кажется, что его функция – навести порядок в полномочиях участников Союза. Но истинным назначением этого документа было уравнять в правах «большие» союзные республики и автономные. Зачем? С первого взгляда может показаться – чтобы успокоить автономии типа Нагорного Карабаха, унять уже воспламенившиеся конфликты и не дать вспыхнуть следующим. Сергей Шахрай, в то время народный депутат РСФСР в интервью Znak.com утверждает, что в действительности у закона была другая подоплека.

«Думаю, что Горбачев и его советники прекрасно понимали, что в основе союзного государства лежит «мина замедленного действия» – статья 72: «За каждой союзной республикой сохраняется право свободного выхода из СССР». То есть в любой момент любая союзная республика собрала вещички и ушла. Как показала история, монолит СССР держался на власти КПСС. Когда монополия КПСС в конце 1980-х стала ослабевать, эта «мина замедленного действия» начала громко тикать – Эстония, Литва, Латвия, Азербайджан… В этой ситуации была изобретена конструкция: Центр соглашается на новый Союзный договор (его инициатором на Съезде народных депутатов СССР в 1989 году выступила литовская делегация – ред.), но с условием, что помимо 15 республик, у которых есть право сецессии, в его подготовке и подписании будут участвовать еще и 20 автономий (три четверти их находились в составе РСФСР). При этом автономиям обещано повышение статуса до союзных республик, а в обмен из нового договора должна исчезнуть запись о праве на свободный выход. Вот такой простенький размен, но, разумеется, красиво завернутый в слова о свободе, экономической самостоятельности и повышении статуса».

Законом о разграничении полномочий Михаил Горбачев «убивал» и еще одного «зайца» - оспаривал политическое лидерство у глав «больших» республик, становящихся все более влиятельными и самостоятельными, ставил их на место. Прежде всего – Бориса Ельцина. Совершенно очевидно, что при этом под «сложносоставные» советские республики типа РСФСР закладывалась мощная бомба. Но Михаила Сергеевича в пылу политических битв за привилегию быть первым в Советском Союзе это, видимо, не смущало.

Самым упрямым «сепаратистом» в РСФСР был Минтимер Шаймиев (справа). В августе 1991 года, находясь в Москве, он, как и другие руководители автономий, проигнорировал Ельцина, но побывал у ГКЧПистов. Казанский митинг в поддержку демократии был разогнан, антипутчистские публикации - запрещеныСамым упрямым «сепаратистом» в РСФСР был Минтимер Шаймиев (справа). В августе 1991 года, находясь в Москве, он, как и другие руководители автономий, проигнорировал Ельцина, но побывал у ГКЧПистов. Казанский митинг в поддержку демократии был разогнан, антипутчистские публикации - запрещеныМаксим Богодвид/РИА Новости

Уже в августе-сентябре суверенитет провозгласили Карелия, Татарстан, Удмуртия, Якутия, по телу Российской Федерации прошли угрожающие трещины. Во время визита Бориса Ельцина в Казань татарстанские националисты заявили ему: «Мы в Россию не входили!» Председатель Верховного Совета Татарской АССР Минтимер Шаймиев не стал ввязываться, отвернулся и промолчал. Борису Николаевичу пришлось тушить пожар огнем, в тот же день он произнес свое знаменитое: «Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить». Сколько раз потом ему ставили в вину эту фразу. Но если разобраться, выбирая мирный, ненасильственный путь, тогда, в годы тотального обнищания, удержать автономии в составе РСФСР и так спасти республику (то есть нашу сегодняшнюю Россию) от распада можно было только так – предложив больше, чем Кремль.

Руководители автономий, конечно, ухватились за горбачевский закон и ельцинские слова. Когда началось обсуждение нового Союзного договора, они поставили условие: будем подписывать наравне с «большими» союзными республиками, «как взрослые». В мае следующего, 1991 года, они выпустили совместное заявление: «Как будут подписывать Союзный договор бывшие (уже «бывшие»! – ред.) автономные республики – в составе делегации той самой республики, в которую они входят, или самостоятельно, - это могут решить только Верховные Советы самих бывших автономий». Дольше всех, вплоть до провала путча ГКЧП, после которого надобность в Союзном договоре отпала, настаивал тот самый Минтимер Шаймиев. Сегодня, в день чествования 80-летнего Минтимера Шариповича, нелишне об этом напомнить.

«Долой русский империализм!»

Но первым в Советском Союзе взбунтовался Казахстан, еще в декабре 1986 года. Также по причинам, непосредственно связанным с перестроечным движением. Возглавив КПСС, Михаил Горбачев избавлялся от самых одиозных фигур «застоя», среди которых особо выделялся казахстанский лидер Динмухамед Кунаев, ставленник и любимец Леонида Брежнева, трижды Герой Социалистического Труда, более 30 лет возглавлявший республику. 16 декабря в связи с обвинениями в коррупции Кунаева сняли с должности первого секретаря ЦК компартии Казахстана, на его место избрали Геннадия Колбина. Кадровый выбор Горбачева вызвал массовые митинги в Алма-Ате: протестовавшие, в основном молодежь, желали видеть своим руководителем казаха или уроженца Казахстана (например председателя республиканского Совета министров Нурсултана Назарбаева), а не русского «варяга». Было объявлено чрезвычайное положение, на усмирение митингующих брошены войска, милиция, дружинники. 

Геннадий Колбин - уроженец Нижнего Тагила, в 1970-х – второй секретарь Свердловского обкома, претендовал стать первым, но уступил этот пост Борису Ельцину, затем – второй после Эдуарда Шеварднадзе человек в ЦК компартии Грузии, персек Ульяновского обкома (крайний справа – преемник, Нурсултан Назарбаев)Геннадий Колбин - уроженец Нижнего Тагила, в 1970-х – второй секретарь Свердловского обкома, претендовал стать первым, но уступил этот пост Борису Ельцину, затем – второй после Эдуарда Шеварднадзе человек в ЦК компартии Грузии, персек Ульяновского обкома (крайний справа – преемник, Нурсултан Назарбаев)Владимир Федоренко/РИА Новости

Из воспоминаний первого заместителя председателя КГБ СССР Филиппа Бобкова: «Собравшиеся на площади с громкими криками бросились на штурм здания ЦК, пытаясь опрокинуть шеренги солдат, милиции и пограничников. Завязалась драка. В ход пошли колья, арматура, камни, солдаты вынуждены были применить ремни и дубинки. Число погромщиков множилось. Попытки усмирить толпу оказались безрезультатными. Появились раненые с обеих сторон, и был зверски убит дружинник — работник местного телевидения. Я видел потом кадры видеозаписи, и меня поразила жестокость возбуждённой толпы… Во время описываемых событий погибли три человека. Это уже упомянутый мною дружинник Савицкий и шестнадцатилетний русский мальчик, заколотый ножом в автобусе довольно далеко от площади: он что-то дерзкое сказал кондуктору и стоявший рядом вонзил ему нож в сердце. Третий погибший — казах, раненный в драке на площади и скончавшийся через три дня». Назывались и другие цифры – от 10 до 150 жертв. Одних якобы столкнули с крыш высоток, других вывезли за город и бросили замерзать без зимней одежды. В 1989 году Назарбаев все-таки сменил Колбина.  

Весной того же 1989-го, то есть между Сумгаитом и Баку, вспыхнула Грузия. В марте абхазы потребовали выхода из состава Грузинской ССР на правах еще одной союзной республики. Читаем у Олега Мороза: «В ответ в разных районах Грузии начались «антиабхазские» выступления. 4 апреля в Тбилиси на проспекте Руставели перед Домом правительства начался бессрочный митинг. Вскоре стало ясно, что он не ограничивается «грузино-абхазской» темой и даже – что не эта тема главная: уже 6 апреля появились лозунги «Долой коммунистический режим!», «Долой русский империализм!», «СССР – тюрьма народов!», «Долой Советскую власть!». 

Андрей Захаров, редактор журнала «Неприкосновенный запас»: «Советский Союз был обречен еще при монтаже: он предоставлял уникальное право на самоопределение вплоть до отделения. Так большевики показывали всем, что их Союз – самый свободный: двери открываются и на вход, и на выход. Избавиться от этого принципа было невозможно, в итоге он существовал как «спящая» норма. Но такие нормы рано или поздно просыпаются»Андрей Захаров, редактор журнала «Неприкосновенный запас»: «Советский Союз был обречен еще при монтаже: он предоставлял уникальное право на самоопределение вплоть до отделения. Так большевики показывали всем, что их Союз – самый свободный: двери открываются и на вход, и на выход. Избавиться от этого принципа было невозможно, в итоге он существовал как «спящая» норма. Но такие нормы рано или поздно просыпаются»Яромир Романов/Znak.com

Одним из главных организаторов акции был Звиад Гамсахурдия – известный диссидент, один из лидеров грузинского национального движения, твердый сторонник выхода Грузии из состава Союза, позднее ставший первым президентом независимой Грузии… 7 апреля грузинский ЦК обратился к «центральному», московскому ЦК с просьбой о помощи… Было принято решение перебросить в Тбилиси дополнительные воинские части… Ночью с 8 на 9 апреля, в общем-то, мирный митинг, на котором собралось около 10 тысяч человек, был оцеплен милицией. В начале пятого утра солдаты начали вытеснять митингующих с площади. Они орудовали резиновыми палками и саперными лопатками, распыляли «черемуху» и более сильный Си-Эс… По-видимому, многие из митингующих готовы были покинуть площадь, но почти все выходы с нее оказались перекрыты баррикадами из грузовиков со щебнем, другими стройматериалами, автобусов, троллейбусов – их перегнали сюда наиболее активные молодые протестанты (и вот теперь благодаря этим баррикадам образовались ловушки для самих митингующих). Как всегда в таких случаях, возникла паника, давка… Кровавый итог тбилисской войсковой операции – 16 человек, в основном женщины, погибли на месте, трое скончались в больнице. Ранения получили то ли несколько сотен, то ли несколько тысяч человек. Среди раненых были не только участники митинга, но и солдаты, милиционеры… События 9 апреля дали мощный толчок движению Грузии к независимости. И провозглашена она была именно в этот день два года спустя – 9 апреля 1991 года». 

Вначале было слово

1989-й вообще потрясающий год: в июне о самоопределении объявляет Польша, в октябре «нет социализму» говорит Венгрия, в ноябре из соцлагеря выходит Болгария, а в Германии – падение Берлинской стены, в декабре тот же выбор делает Чехословакия, за несколько дней до Нового года казнят румынского диктатора Николае Чаушеску и его жену Елену (вот откуда и виселицы в центре Баку). И все это – благодаря персонально Михаилу Горбачеву и его грандиозной Перестройке. Но, освобождая Восточную Европу, он раскрепостил и центростремительную энергию в собственной стране, и она, вопреки его воле, начала расслаиваться и расползаться. 

В мае-июне из-за ничтожного бытового конфликта (не поделили клубнику на базаре) Узбекистан охватили побоища между узбекской молодежью и турками-месхетинцами. Разъяренные толпы узбеков, оснащенных палками, арматурой и камнями, захватили здания нескольких партийных комитетов, в том числе Ферганского обкома, отделов милиции с табельным оружием, кирпичный завод, вокзал, железнодорожные пути и состав с горючим. В общей сложности погибли более 100 человек. 

На подавление беспредела бросили Внутренние войска, впоследствии двух преступников предали смертной казни. (Через год нападениям узбекских погромщиков подверглись здания органов власти, милиции, объекты инфраструктуры в киргизском городе Ош. Многотысячные армии отморозков, двинувшихся «в поддержку» из Узбекистана к киргизской границе, крушили милицейские заграждения, атаковали воинские подразделения, сжигали машины. В ходе бесчинств погибли 1200 (!) киргизов).  

Горбачевская гласность делает достоянием общественности Секретный протокол к пакту Риббентропа-Молотова о насильственном расчленении Восточной Европы. Олег Мороз: «С чего начался уход Прибалтики из СССР? Возможно, с того, что на исходе лета 1989 года, 23 августа, жители трех прибалтийских республик – Литвы, Латвии и Эстонии – около двух миллионов человек, взявшись за руки, образовали живую цепь длиной почти в 600 километров, соединив таким образом столицы своих республик – Вильнюс, Ригу и Таллин. Акция была приурочена к 50-летию со дня подписания пакта Молотова-Риббентропа, который, как известно, открыл путь к оккупации Прибалтики Советским Союзом». 

Василий Жарков, Московская высшая школа социальных и экономических наук: «Как только ослабли «скрепы», на которых держался Советский Союз – насилие, страх, ложь, как только Съезд народных депутатов признал существование Секретных протоколов к пакту Риббентропа-Молотова, начался обратный отсчет»Василий Жарков, Московская высшая школа социальных и экономических наук: «Как только ослабли «скрепы», на которых держался Советский Союз – насилие, страх, ложь, как только Съезд народных депутатов признал существование Секретных протоколов к пакту Риббентропа-Молотова, начался обратный отсчет»Яромир Романов/Znak.com

Через полгода с небольшим, в марте 1990 года, Литва первой из прибалтийских «сестер» и вообще из «больших» союзных республик примет Акт о восстановлении независимости. 

В Молдавии полмиллиона человек митингуют за придание молдавскому языку статуса государственного и за запрет официального использования русского языка, в ответ гонимое русскоязычное население проводит референдум об учреждении Приднестровской ССР, она, на фоне угроз, столкновений и расправ, провозглашается в сентябре 1990 года, двумя неделями раньше предпринимается попытка создания Гагаузской АССР… 

Горбачев твердит как заведенный: никакого пересмотра границ, иначе потеряем страну; никакого кровопролития, иначе дискредитируем гуманистические и демократические ценности Перестройки. Но, говоря его же словами, «процесс пошел» — и нужно либо «ставить к стенке» сепаратистов, либо отваживаться на перекройку Союза. Генсек мечется: ему, всемирному олицетворению Перестройки, нельзя запятнать себя кровью — для Михаила Сергеевича Перестройка не только советский, а глобальный проект; но и мириться с разрушением государства (а значит, с устранением с внутри- и внешнеполитической арены собственной персоны) — немыслимо. В конце концов он выбирает возможность спрятаться за спины военных: «Надо наводить порядок. Действуйте, а я поддержу». Он не только в курсе военных операций в Тбилиси и Баку, он выступает их инициатором, но в глазах подданных и «мирового сообщества» Горбачев – жертва обстоятельств и чужих заплечных решений, в конце 1990 года он удостоится Нобелевской премии мира.  

Республики и Центр: революция отношений 

А в марте 1990-го, сразу после принятия литовского Акта о независимости, по Вильнюсу в порядке устрашения проходит до сотни боевых машин десанта. 15 марта, день в день с избранием Горбачева президентом СССР, всесоюзный Съезд народных депутатов объявляет Акт незаконным (что парадоксально: советская Конституция предоставляет право свободного выхода из Союза, а специального закона о процедуре выхода нет, он появится позже и будет «драконовским»). Но Литва не сдается. Тогда против нее вводят, как сейчас выражаются, экономические санкции, устраивают экономическую блокаду: прекращается подача горючего, отгрузка стройматериалов, бумаги, пищевых продуктов, как следствие, на территории Литвы останавливаются предприятия, электростанции и котельные, транспорт, простаивает сельскохозяйственная техника, без работы остаются около 40 тысяч человек. Но блокада лишь сплачивает литовцев и подталкивает Вильнюс к настройке независимых горизонтальных связей с соседями – странами Восточной Европы и Прибалтики, Россией, Украиной. 

Аркадий Дубнов, политолог: «Для меня реперные точки потери советского проекта – вход наших войск в Чехословакию в 1968-м, когда мы всем показали, что значит «завоевания социализма», и Чернобыль: невероятный уровень радиации, а в Киеве – первомайская демонстрация, колонны детей. Потом я узнал, что советские вожди сами не знали, что произошло, им боялись сказать правду. Такая страна не могла существовать дальше»Аркадий Дубнов, политолог: «Для меня реперные точки потери советского проекта – вход наших войск в Чехословакию в 1968-м, когда мы всем показали, что значит «завоевания социализма», и Чернобыль: невероятный уровень радиации, а в Киеве – первомайская демонстрация, колонны детей. Потом я узнал, что советские вожди сами не знали, что произошло, им боялись сказать правду. Такая страна не могла существовать дальше»Alexey Myakishev/Russian Look/Global Look Press

30 марта к восстановлению государственной независимости приступили в Эстонии. Через месяц протестующие русскоязычные работники эстонских заводов союзного подчинения устраивают было забастовку и даже предпринимают попытку захвата Верховного Совета (в Таллине говорят – «госпереворота»), Горбачев обещает отреагировать на зреющие межнациональные конфликты прямым президентским правлением, и тогда – какая уж тут независимость. Но на защиту своей власти выходят тысячи эстонцев. К тому же забастовка бьет по интересам заказчиков и смежников по всему Советскому Союзу, и Горбачев останавливает ее личным распоряжением. Схожая ситуация – в Латвии.

Итак, выходит, что Центр не столько препятствует самоопределению республик, сколько невольно стимулирует их. Это открытие переворачивает сознание Кремля. «Думаю, не надо сопротивляться превращению СССР в союз государств, конфедерацию, — записывает в дневнике помощник Горбачева Анатолий Черняев. — Тогда бы [Горбачев] правил над ними. А так, если Россия выйдет из его подчинения, как управлять остальной страной? Тут надвигается большой просчет. Скорей бы закрыть литовскую закавыку – по особому статусу для всей Прибалтики в Союзе. Конечно, и остальные захотят такого же статуса. Назарбаев уже бьет копытом, не говоря уж об Армении, Грузии, Азербайджане. Ну и что? Неизбежное не отвратить…»

В конце мая, буквально считанными голосами преодолев интриги Кремля и противостояние «несгибаемых коммунистов», догматиков из числа депутатов Верховного Совета РСФСР, Борис Ельцин избирается спикером российского парламента. Уже 12 июня тот же самый депутатский корпус принимает Декларацию о государственном суверенитете РСФСР. Ближайший соратник Ельцина Геннадий Бурбулис рассказывал в интервью Znak.com: «Смотрите, какой была историческая динамика: 29 мая, в третьем туре, в тяжелейшей борьбе, зыбким большинством, с результатом плюс всего 4 голоса к кворуму Ельцин наконец избирается председателем Верховного Совета РСФСР, главой республики, а через две недели тот же самый съезд практически единодушно голосует за Декларацию о государственном суверенитете. Каждый воспринимал ее дух, смысл и конкретный текст по-своему, но сущностный порыв был единым». 

Василий Жарков, Московская высшая школа социальных и экономических наук: «Смысл СССР – в противостоянии: во Второй мировой, в «холодной войне». В конце концов, стало понятно, что это чревато всемирной катастрофой и уничтожением человечества. Продолжать противостояние невозможно. Таким образом, миссия Союза оказалась невыполнимой – и как империи, и как утопического социального идеала»Василий Жарков, Московская высшая школа социальных и экономических наук: «Смысл СССР – в противостоянии: во Второй мировой, в «холодной войне». В конце концов, стало понятно, что это чревато всемирной катастрофой и уничтожением человечества. Продолжать противостояние невозможно. Таким образом, миссия Союза оказалась невыполнимой – и как империи, и как утопического социального идеала»Василий Малышев/РИА Новости

Речь не о независимости, не о выходе из Советского Союза, как в случае с Литвой, Ельцин (как и лидеры остальных республик, за исключением властей Армении, Грузии и прибалтийской тройки) – за обновление, но сохранение Союза, а Декларация устанавливает верховенство российского законодательства над общесоюзным. Это означает, что проект нового Союза должен строиться «снизу», в переговорах между республиками, а не спускаться директивно сверху. В течение лета 1990 года подобные Декларации о суверенитете принимают Украина, Узбекистан, Белоруссия, Туркмения, Таджикистан… Это поистине «революция в отношениях»: разве до сих пор республики могли ослушаться Кремля? Да они и пикнуть не смели. 

Голодные игры  

Анатолий Черняев прав: чему быть, тому не миновать. В те же летние дни 1990 года Михаил Горбачев соглашается: в обновленном Союзе полномочия Центра будут делегироваться с мест. Правда, сценарий конфедерации, Союза Суверенных Государств, его еще страшит, он за Союз как государство, за федерацию, то есть за более широкие полномочия Центра: оборона и ВПК, госбезопасность, граница и таможня, денежная, финансово-кредитная политика и ценообразование, золотой запас и алмазный фонд, внешняя политика и внешнеэкономическая деятельность, природоохрана, предотвращение и ликвидация природных бедствий и техногенных катастроф и так далее.

Аркадий Дубнов, политолог: «Потеряв поддержку союзного Центра, который перераспределял ресурсы и гарантировал «крышу», республиканские лидеры, например, в Таджикистане и Киргизии, сначала вздрогнули: неожиданно они оказались выброшенными на камни. Но потом бывшие коммунистические лидеры начали осознавать себя государственниками и националистами»Аркадий Дубнов, политолог: «Потеряв поддержку союзного Центра, который перераспределял ресурсы и гарантировал «крышу», республиканские лидеры, например, в Таджикистане и Киргизии, сначала вздрогнули: неожиданно они оказались выброшенными на камни. Но потом бывшие коммунистические лидеры начали осознавать себя государственниками и националистами»Яромир Романов/Znak.com

Республики считают: «жирно будет», но все равно казалось, что компромисс возможен. Началась подготовка нового Союзного договора, Горбачев и Ельцин согласовали единую программу экономических преобразований Станислава Шаталина и Григория Явлинского «500 дней», ключевые пункты которой – введение частной собственности, приватизация, отмена госконтроля за ценами. А значит – существенное сокращение функций союзного правительства. Председателя Совета министров СССР Николая Рыжкова это никак не устраивает, совместно с академиком Леонидом Абалкиным он выдвигает собственную, директивную, «вертикально-ориентированную» программу. Оказавшись меж двух огней, Горбачев сначала пытается скрестить ужа и ежа, а потом «500 дней» «сливает»: коммунист и генсек КПСС, он остается верен социалистическим принципам, частной собственности и свободным ценам в его системе ценностей места нет. А для острастки российского руководства в центр столицы по проверенному вильнюсскому сценарию вводят дивизии ВДВ. Но ненадолго: Горбачев справедливо боится повторения бойни в Тбилиси и Баку, так можно потерять главное – Москву, Россию.

Ельцин вне себя. Экономика не сползает, а уже несется в пропасть. Приведем лишь наиболее впечатляющие факты, почерпнутые из книги Олега Мороза «Крах большевистской империи» (может, кто забыл). Низкая конкурентоспособность советской плановой экономики, помноженная на гонку вооружений, резкое падение нефтяных цен и поддержку «братских народов» (ничего не напоминает?), приводит к превышению импорта над экспортом. Но в следующем, 1991 году, из-за долгов по оплате импортной продукции – сырья для промышленности и продовольствия - объем импортных поставок падает на две трети: у СССР нет ни денег, ни репутации платежеспособного партнера, Москве не доверяют и в долг уже не дают. А у Министерства внешнеэкономических связей нет средств не то что на зарубежные командировки – на оплату коммунальных счетов, здание отключают от электричества, тепла, водоснабжения, телефонной связи. Без материалов повсеместно встают предприятия. Катастрофически не хватает продуктов питания: по талонам отпускают (а очень часто уже нечего отпускать) не только мясо, молоко, масло, жиры и сахар, но даже хлеб – на закупку импортного зерна уходят последние золотовалютные резервы, а Казахстан свое зерно зажимает, муки остается на 10-15 дней в среднем по стране. Надвигается реальный голод, обессиленные и ожесточенные люди проводят в очередях по полдня и уходят ни с чем. Государство проело сбережения граждан. Впрочем, рубль превратился в бумагу и ничего не значит: в стране гиперинфляция, печатный станок Госзнака работает на полную мощность, в три смены, вместо денежных отношений приходит бартер. К концу существования СССР Госбанк прекращает финансирование выплат зарплат, пособий, стипендий, пенсий. Страна фактически банкрот.

Советскую «вертикаль власти» уничтожил еще и товарный дефицит. Егор Гайдар: «В первом полугодии 1991 года, еще до августовского путча, Россия получила от других республик лишь 22% запланированных поставок сахара, 30% чая, 19% крупы, 22% мыла». Москва была бессильна заставить республики выполнять план отгрузокСоветскую «вертикаль власти» уничтожил еще и товарный дефицит. Егор Гайдар: «В первом полугодии 1991 года, еще до августовского путча, Россия получила от других республик лишь 22% запланированных поставок сахара, 30% чая, 19% крупы, 22% мыла». Москва была бессильна заставить республики выполнять план отгрузокAnton Kavashkin/Russian Look/Global Look Press

Оперативные и решительные меры необходимы уже сейчас, в 1990-м, вместо этого коту под хвост целых три месяца, потраченных на утряску программы Шаталина-Явлинского. Начинается следующий этап разборок – «война законов»: раз суверенитет и приоритет республиканского законодательства, Россия реализует «500 дней» самостоятельно и оставит себе столько собственности (налогов, недр, природных и сырьевых ресурсов, предприятий и т.д.) и полномочий, сколько посчитает нужным. Более того, начался процесс заключения двухсторонних договоров между республиками, до конца года РСФСР подпишет такие договоры с Молдавией, Украиной, Казахстаном, Белоруссией. Таким образом реализуется принцип перепрограммирования Союза «снизу». (К слову, данный факт говорит о том, что прообраз будущего СНГ носился в воздухе: сначала – ядро славянских республик, к которым затем присоединяются другие желающие, называлось и место юридического оформления «ядра» – Минск; так что, вопреки расхожему мнению, проект СНГ не был ни страшным секретом, ни большой неожиданностью). 

Горбачев: под колпаком или в колпаке? 

Но для Центра российский и все остальные суверенитеты и «хотелки» по-прежнему пустой звук. Рыжков, а также будущие участники ГКЧП Крючков (КГБ), Язов (Министерство обороны), Лукьянов (Верховный Совет СССР), Болдин (аппарат президента) требуют показать силу, разогнать оппозицию, вернуть цензуру. В этот момент Горбачев, пожалуй, впервые остро ощутил себя не полновластным «царем горы», а заложником своего партийно-советского окружения. И еще стало ясно, что никакого компромисса между Ельциным и таким «коллективным Горбачевым» быть не может, запал перестройки исчерпан, впереди – кто кого, то есть силовая схватка. Опасения на декабрьском Съезде нардепов СССР сенсационно подтверждает министр иностранных дел Эдуард Шеварднадзе: наступает диктатура, в знак протеста ухожу в отставку. Потом выяснится, что именно в этот период верхушка КГБ действительно приступила к разработке плана по введению в стране чрезвычайного положения.

Горбачев говорит, что не приемлет диктатуры, до конца 1990 года он и Ельцин предпримут еще одну попытку договориться о конфигурации нового Союза: прекратить «войну законов», отбросить наконец социалистическую «рамку», договориться о разграничении полномочий. В конце ноября проект Союзного договора опубликован и, таким образом, как бы вынесен на всенародное обсуждение. Все перечеркнул тот самый декабрьский Съезд, отказавшийся признавать суверенитет республик, и новые кровавые события в Прибалтике, продолжившие траекторию Тбилиси и – отчасти - Баку.

Сергей Мошкин, Институт философии и права УрО РАН: «Съезд народных депутатов СССР, 1989 год, литовская делегация во главе с Витаутасом Ландсбергисом (на фото справа) предлагает Горбачеву: давайте обсуждать и заключать новый Союзный договор. Как отреагировал Горбачев? «Чего это вы там с голоса такие вопросы ставите?» Именно такое отношение радикализировало Литву. А если бы этому предложению придали подобающее значение? Все могло пойти совсем по-другому»Сергей Мошкин, Институт философии и права УрО РАН: «Съезд народных депутатов СССР, 1989 год, литовская делегация во главе с Витаутасом Ландсбергисом (на фото справа) предлагает Горбачеву: давайте обсуждать и заключать новый Союзный договор. Как отреагировал Горбачев? «Чего это вы там с голоса такие вопросы ставите?» Именно такое отношение радикализировало Литву. А если бы этому предложению придали подобающее значение? Все могло пойти совсем по-другому»Мариус Баранаускас/РИА Новости

2 января 1991-го ОМОН (по другим сведениям, под его «маркой» действовали спецподразделения КГБ) захватил рижский Дом печати, а в ночь с 12 на 13 января, «идя навстречу» прокремлевскому Комитету общественного спасения, десантники и «альфовцы» при поддержке танков и БТР захватили вильнюсский телерадиоцентр, во время штурма погибли полтора десятка безоружных защитников, более ста - ранены. Следующая – и основная - цель, литовский парламент, оказалась не по зубам: по призыву Верховного Совета Литвы на площадь перед ним пришли 80 тысяч граждан, в Риге в знак протеста и солидарности с литовцами на улицы вышли полмиллиона человек. Однако рижский ОМОН (или все-таки КГБ?) это не остановило: сначала «черные береты» заняли Высшую школу милиции, через несколько дней – здание МВД, при этом погибли еще пятеро. В те же дни колонны боевых машин десанта и военных грузовиков подошли к столице Эстонии. 

Таллин (да и всю Прибалтику) спасло гневное возмущение в мире и Москве: западные страны заморозили страшно необходимые кредиты и финансовую помощь на сумму 16 миллиардов долларов, а в манифестации на Манежной площади приняли участие полмиллиона человек. При этом впервые за все годы перестройки прозвучали яростные требования отставки Горбачева и суда над ним: президента подозревали в том, что он снова расположился за спинами военных — на это указывало то, что два замминистра обороны, генералы Ачалов и Варенников, орудовавшие в Прибалтике, не понесли никакого наказания, зато Горбачев попытался наложить запрет на журналистские расследования. В феврале во время прямого эфира на Гостелерадио к обвинениям Горбачева в диктаторских замашках и к призывам уйти в отставку присоединился Ельцин.

На всех парах навстречу путчу

Горбачев, конечно, не ушел, а ответил знаменитым референдумом 17 марта о сохранении СССР. Формулировка вопроса, вынесенного на всесоюзный плебисцит («Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?»), — в излюбленной горбачевской манере угодить и тем, и другим, а самому остаться над всеми. С одной стороны – наконец-то «суверенных». С другой — что значит «сохранить», почему опять «социалистических»? Насколько глубоко «обновить»? «Референдум проводится в расчете на то, чтобы получила поддержку нынешняя политика руководства страны, которая направлена на сохранение имперской унитарной сути Союза, системы», — заявляет Ельцин в эфире «Радио России» (на Гостелерадио его, разумеется, больше не пустили). Шесть из пятнадцати республик Союза — прибалтийские, Молдавия, Грузия и Армения — в референдуме не участвуют, но в остальных без малого 76,5% проголосовавших (около 80% от общего числа граждан с правом голоса) отвечают: да, сохранение Союза считаю необходимым. 

Василий Жарков, Московская высшая школа социальных и экономически наук: «Каждая попытка спасти СССР заканчивалась лишь дальнейшей дезинтеграцией. Свободные выборы в республиках привели к разрушению неэффективной административно-командной, гиперцентрализованной системы. Стремление ГКЧП спасти страну увенчалось полным параличом центральной власти, что окончательно добило Союз»Василий Жарков, Московская высшая школа социальных и экономически наук: «Каждая попытка спасти СССР заканчивалась лишь дальнейшей дезинтеграцией. Свободные выборы в республиках привели к разрушению неэффективной административно-командной, гиперцентрализованной системы. Стремление ГКЧП спасти страну увенчалось полным параличом центральной власти, что окончательно добило Союз»Владимир Родионов/РИА Новости

Окрыленные успехом, противники Ельцина готовят ему отставку с поста председателя Верховного Совета РСФСР, блокируют принятие закона о президенте России (граждане республики также одобрили эту идею на мартовском референдуме), в центре Москвы снова войска. Но демократы выводят на улицы и площади уже 700 тысяч ельцинистов, и реакция отступает. (Кстати, странно, на что рассчитывали будущие ГКЧПисты, зная о столь массовой гражданской активности москвичей). Выборы российского президента будут назначены на 12 июня, первую годовщину принятия Декларации о суверенитете РСФСР, первым за всю ее историю президентом России всенародным голосованием изберут Бориса Ельцина.

Горбачеву (который, помимо прочего, избран президентом СССР не всенародно, а на Съезде депутатов, то есть менее рискованным, но и менее легитимным способом, нежели Ельцин) приходится согласиться на новый вариант Союзного договора, по формуле «9+1» (9 оставшихся республик плюс Кремль): республики – суверенные государства, которые делят между собой союзную собственность и вправе распоряжаться заработанной ими валютой, верховенство на их территории принадлежит республиканским законам, у каждой – своя программа экономических реформ, Центр – вновь избранные союзный президент и парламент, функционирующие благодаря отчислениям от республиканских налоговых сборов — выступает лишь координатором единого экономического пространства плюс отвечает за общую оборонную, внешнюю политику и госбезопасность. (Почувствуйте разницу по сравнению с колоссальными полномочиями, которые Горбачев выторговывал еще за год до этого).

Теперь коммунисты-ортодоксы громят уже Горбачева, Пленум ЦК КПСС исступленно настаивает на его отставке: ведь им в Союзном договоре не оставляют никакого места. Но генсек идет ва-банк: на здоровье, вы тут решайте, а я пошел. Участники Пленума, струхнув, что тотчас останутся без рулевого, голосуют за «9+1». Однако рук не опускают: на июньском заседании Верховного Совета СССР из уст депутатов снова звучит призыв «Долой Горбачева!», союзный премьер Валентин Павлов (он полгода как сменил Николая Рыжкова и сразу «прославился» скандальной денежной реформой, а в августе войдет в ГКЧП) запрашивает чрезвычайных полномочий, угрожающие ноты звучат в речах Крючкова и Язова. (Депутат Элла Памфилова: «Считаю, что здесь совершается попытка государственного переворота»). 

Полезно помнить, что советские военные и спецназовцы отказывались стрелять по соотечественникам в Вильнюсе, Риге, МосквеПолезно помнить, что советские военные и спецназовцы отказывались стрелять по соотечественникам в Вильнюсе, Риге, МосквеФедосеев/РИА Новости

Их напряженность вызвана не только «покушением на идеалы социализма». С самого начала работы над Союзным договором Ельцин не скрывал, что Россия претендует представить кандидатуры союзного премьер-министра (на этот пост прочат Нурсултана Назарбаева), министров обороны и финансов. Так что и Павлов, и Язов, и другие старономенклатурные бонзы, как Крючков, вице-президент Янаев, министр внутренних дел Пуго, не могли не догадываться, что в следующее союзное правительство их не возьмут. Не догадывались – знали: КГБ прослушивал и Горбачева, и Ельцина, и обоих вместе. Власть будущих путчистов скукоживалась и выскальзывала из рук, как обмылок. То есть выступление ГКПЧ было предрешенным событием, и чем раньше началось бы заключение нового Союзного договора, тем раньше разразился бы и путч. 

Без царя в голове

В начале августа Горбачев объявляет по телевидению, что Союзный договор открыт к подписанию, процесс начнется 20 числа и завершится в октябре. И уезжает в отпуск, в крымскую резиденцию в Форосе, о которой через две недели узнает весь Советский Союз и весь мир. (Столь поразительная беспечность наводит на мысль, что, словами Геннадия Бурбулиса, поскольку «вопрос о введении чрезвычайного положения неоднократно рассматривался на Верховном Совете СССР, провожая Горбачева в Форос, ему еще раз сказали: надо. И Горбачев вроде бы ответил: «Ну, попробуйте», и это был сигнал»). 

Дальнейшее, легендарные три августовских дня, известно всем настолько хорошо, что не будем останавливаться на подробностях. После провала ГКЧП крах компартии и советской системы неочевиден разве что слепым. Первым среди них — Горбачев. Но Ельцин, истинный триумфатор рокового августа, сразу после подавления путча запрещает деятельность КПСС, Горбачев вынужден сложить полномочия генсека. Впрочем, отчего же «вынужден»? Теперь он может не оглядываться на «ястребов» из ЦК, а уверенно двигаться к подписанию договора о создании Союза Суверенных Государств (остановились на такой формулировке). 

ozon.ru

Да не тут-то было: в первые же дни и недели после поражения путчистов республики — Украина, Белоруссия, Молдавия, Азербайджан, Узбекистан, Киргизия, Таджикистан, Армения – друг за другом провозглашают независимость: республиканские элиты почувствовали прелесть самостийности - все свое, ни с кем не надо делиться, ни властью, ни ресурсами, твори у себя в «огороде» что хочешь (Горбачев как в воду глядел, когда предупреждал: распад СССР приведет к образованию множества мелких диктатур). Идея Союза новорожденных государств не ушла, но надобность в союзном Центре, даже в невыразительном качестве координатора, отпадала. Образованные государства могут договариваться между собой, причем о разных форматах объединения, тем более что у каждой республики – свое представление о политических и экономических реформах и свой темп преобразований, таковой была концепция так называемого «Меморандума Бурбулиса». Еще одна причина для осторожной, дифференцированной интеграции: пользуясь прозрачными границами, соседские спекулянты за еще советские, «деревянные» рубли и по фиксированным ценам скупали товары на российском рынке и с выгодой перепродавали их на своих. В пору тотального дефицита такое было непозволительной «роскошью».  

В начале сентября закономерно самораспустился Съезд народных депутатов СССР, на месте союзного правительства образовался аморфный и недолговечный Межреспубликанский экономический комитет. Оставалось отбрехаться от Горбачева, который еще наивно рассчитывал на главенствующее положение в структуре федерации, едином союзном государстве, тогда как лидеры образовавшихся государств думали в лучшем случае о конфедерации. 

Великий немой 

Задача была выполнена руками, вернее, голосами украинцев. Для начала украинская сторона проигнорировала дальнейшее обсуждение Союзного договора и в ноябре, да и то лишь для отвода глаз, подключилась к Экономическому сообществу (единое рублевое пространство, общий эмиссионный банк, беспошлинная торговля, синхронизированные экономические реформы). Однако 1 декабря на своем референдуме украинцы, более 90% проголосовавших, высказались за полную независимость, вне какого бы то ни было союзного государства, и избрали себе президента – Леонида Кравчука. (Кстати, очень активно голосовали на Донбассе, в Крыму и Севастополе). А без Украины что федеративное, что конфедеративное союзное государство, казалось тогда, теряло всякий смысл. «Президентом чего тогда будет Горбачев?» — поинтересовались у Кравчука сразу после референдума. «Не знаю!» — без всякого интереса отрезал новоиспеченный украинский президент. 

Журналист, писатель Олег Мороз: «После подписания Беловежских соглашений сначала позвонили президенту Бушу и только потом – Горбачеву. Он очень обиделся. Кричал в трубку Шушкевичу: «Кто вы такой! Дайте Ельцина! Немедленно выезжайте в Кремль!» Но дело было сделано»Журналист, писатель Олег Мороз: «После подписания Беловежских соглашений сначала позвонили президенту Бушу и только потом – Горбачеву. Он очень обиделся. Кричал в трубку Шушкевичу: «Кто вы такой! Дайте Ельцина! Немедленно выезжайте в Кремль!» Но дело было сделано»Яромир Романов/Znak.com

Через неделю, 8 декабря, в белорусских Вискулях Ельцин, Кравчук (с большой неохотой) и белорус Шушкевич зафиксировали смерть Союза ССР «как субъекта международного права и геополитической реальности» и учредили Содружество Независимых Государств, конструкцию, не предусматривающую какого-то Центра. Действовали не без опаски: «под» Горбачевым как главнокомандующим еще оставалась армия. Но министр обороны Евгений Шапошников, обязанный Ельцину своим назначением, выразил «беловежцам» полную лояльность. Да и вряд ли после многочисленных «подстав» и испытаний кровью в Тбилиси, Баку, Вильнюсе, после материальных и репутационных унижений военные пошли бы за Горбачевым. На совещании командующих округами, созванном Шапошниковым, к президенту отнеслись с нескрываемой враждебностью. 

Михаил Сергеевич еще пытался спасти Союз, дальновидно убеждал: границы между республиками зачастую произвольны, без Союза, без Центра начнется драка за территории, «кровавая баня». Убеждал пропустить проект СНГ через обсуждение другими республиками, созвать Верховный Совет СССР, носился с идеей нового референдума, планировал выступить по телевидению. Но поезд истории ушел. На требование явиться в Москву Кравчук и Шушкевич отвечают Горбачеву отказом, Ельцин по возвращении берет под свой контроль правительственную связь, «мятежные» республики фактически отзывают своих депутатов Верховного Совета, чем парализуют его, вскоре российские власти занимают и здание советского парламента. 

Сергей Мошкин, Институт философии и права УрО РАН: «Сейчас ситуация во многом схожая: фиктивная, при этом многоликая федерация. Зачастую – неумная политика центра в отношении территорий, желание причесать одной гребенкой. Сибирь, Урал – это дольки шоколадной плитки, которые очень легко ломаются. Если экономическая ситуация станет критической, непонятно, как поведут себя эти регионы»Сергей Мошкин, Институт философии и права УрО РАН: «Сейчас ситуация во многом схожая: фиктивная, при этом многоликая федерация. Зачастую – неумная политика центра в отношении территорий, желание причесать одной гребенкой. Сибирь, Урал – это дольки шоколадной плитки, которые очень легко ломаются. Если экономическая ситуация станет критической, непонятно, как поведут себя эти регионы»Яромир Романов/Znak.com

В течение нескольких ближайших дней Беловежские соглашения ратифицируются украинским, белорусским, чуть позже российским парламентами. 21 декабря к «Беловежью» присоединяются еще восемь постсоветских государств, включая строптивые Армению и Молдавию. Участникам только что созданного Содружества на тот момент еще мерещатся объединенные Вооруженные Силы, единая внешняя политика... 

25 декабря Михаил Горбачев выступает по Центральному телевидению с прощальной речью: «Самое главное – общество получило свободу, раскрепостилось политически и духовно. Была ликвидирована тоталитарная система, совершен демократический прорыв – реальными стали свободные выборы, свобода печати, многопартийность. Права человека признаны высшей ценностью. Началось движение к многоукладной экономике, к равноправию всех форм собственности… Покончено с «холодной войной», остановлена гонка вооружений и безумная милитаризация страны, изуродовавшая нашу экономику, общественное сознание и мораль. Снята угроза мировой войны». 

Все так, Михаил Сергеевич не слукавил, не приукрасил ни на полслова. Но ценой этих грандиозных преобразований стал сам Советский Союз – лоно и материал горбачевской Перестройки, использованный до полного истончения. На следующий день, 26 декабря, Союз Советских Социалистических Республик официально прекратил свое существование и превратился в «великий и ужасный» фантом, в несбыточную мечту о прошлом. 

Зачем мы ворошим истлевший труп? Что хотим сказать? Какие выводы сделать? Духоподъемная риторика об интернациональной дружбе и единстве нации работает лишь до тех пор, пока со стола не пропадает хлеб, а в качестве отвлекающего от голода развлечения не включается гласность. Зажим свободы при недостатке хлеба приводит в ярость, а попытки безапелляционно заткнуть голодные рты дулами танков, саперными лопатками и отравляющим газом обречены на умножение ответного неконтролируемого насилия. В конце концов, «всех не перевешаешь», а против безбрежной отчаянной толпы приемов нет. Так что всякое кровопролитие ради защиты и сбережения того, чем «невозможно поступиться», будь то догмы, «скрепы» или личное положение и капитал, лишь разрушает, отнимает их. Всякая попытка выглядеть своим «и там, и сям», усидеть на двух стульях и остаться над схваткой в лучшем случае делает ненужным, лишним, одиноким, бесславным, а в худшем – вас предают. У заматеревших «давних соратников» и «надежных товарищей» это получается лучше всего. Все это не открытия и не откровения, а тысячелетние истины. Оттого еще больше поражаешься: почему в нашей стране их попирает каждое новое поколение властителей? Почему спустя четверть века после панихиды по Союзу вокруг — те же образы и повадки? 

Михаил Сергеевич мог бы многое рассказать Владимиру Владимировичу о высокой цене политического догматизма, «надежных соратников» и о том, почему распадаются империиМихаил Сергеевич мог бы многое рассказать Владимиру Владимировичу о высокой цене политического догматизма, «надежных соратников» и о том, почему распадаются империиДмитрий Астахов/РИА Новости

Материалы – по книге: Олег Мороз, «Крах большевистской империи». Издательство «Политическая энциклопедия», Президентский Центр Бориса Ельцина, Москва, 2016 г.

Благодарим за содействие книжный магазин «Пиотровский» 

Читайте также
Реклама на Znak.com
Новости России
Россия
Украина вновь пополнила санкционный список: в него попали «ЕР», Памфилова и Ротенберги
Россия
Источники The Bell считают, что «Шанинку» лишили госаккредитации из-за внимания ФСБ
Генерал Владимир Шаманов
Россия
The Insider рассказал о связи депутата Госдумы, тренера «Локомотива» и Солнцевской ОПГ
Украинский режиссер Олег Сенцов
Россия
Адвокат Сенцова опроверг слова Москальковой, что режиссер поправился на два кг
Россия
Сборная Хорватия выходит в плей-офф после победы над Аргентиной
Россия
Подросток из «Сириуса» попросил помощи у Навального, чтобы поймать Путина на лжи
Россия
В Светлогорске будут судить «Деда Мороза», который посохом сломал челюсть подростку
Россия
ЦСР описал три модели «цифрового прорыва» для российских городов
Россия
Сборная Франции на Урале выбила Перу с чемпионата мира по футболу
Россия
Первый канал пояснил снятие с эфира интервью Познера с Лимоновым, но есть и другие версии
Россия
Медведев отправил в отставку заместителя Мединского
Владимир Познер
Россия
Владимир Познер: «Первый канал» снял с эфира интервью с Эдуардом Лимоновым
Владимир Путин во время посещения центра "Сириус"
Россия
Михаил Гельфанд: президентские обещания технологического прорыва провалятся
Россия
Ксения Собчак, скорее всего, не будет возглавлять «Партию перемен»
Россия
Московские власти запретили проводить митинги против пенсионной реформы во время ЧМ-2018
Россия
СКР и ФСБ возобновили расследование дела об убийстве Бориса Немцова
Россия
Правительству предложили хоронить россиян, не доживших до пенсии, за счет бюджета
Россия
МВШСЭН, известная как «Шанинка», лишена государственной аккредитации
Россия
Партия пенсионеров России согласна поддержать идею повысить пенсионный возраст
Россия
В России людям с ВИЧ-инфекцией разрешили усыновлять детей
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно