Доллар
Евро

«На госслужбе живут по понятиям, а не по закону»

Экс-подчиненный Гусева: о чиновничьей охоте и двойных стандартах в департаменте природных ресурсов

Сергей ПлотниковАрхив героя публикации

Споры вокруг ситуации в охотхозяйстве Зауралья не прекращаются. В начале этой недели расставить все точки над i попытался вице-губернатор — директор департамента природных ресурсов и охраны окружающей среды Эдуард Гусев. Он, в частности, заявил, что никаких сокращений в департаменте нет, а все уволенные сотрудники допустили нарушения при распределении лицензий на охоту. Это вызвало новую волну обсуждений, а бывший замдиректора департамента — начальник управления по охране и использованию животного мира Сергей Плотников, недавно уволенный Гусевым «в связи с утратой доверия» и готовящий иск в суд, рассказал Znak.com, какие порядки царят на госслужбе на самом деле. 

— Сергей Владимирович, согласны ли вы с заявлением Эдуарда Гусева о том, что в управлении охотхозяйства, которое вы возглавляли совсем недавно, сегодня нет сокращений? 

— Если вопрос был об увольнениях, а директор отвечает, что нет сокращений, — он просто ушел от ответа, и я его понимаю, потому что в этой ситуации с охотнадзором он ничего другого сказать и не может, поэтому и в своих многочисленных публикациях неоднократно противоречиво и неудачно высказывался по этому поводу. 

Поясняю, что на сегодняшний день в результате так называемого «незаконного распределения разрешений» с государственной службы уволено пять человек и получили взыскания еще 16. Сравните с данными, которые озвучиваются публично. Но дело не в этом: все гораздо серьезнее, чем то, как эта история освещается и комментируется в СМИ.

— Что вы имеете в виду?

— Знаете, у нас какая-то традиция ненормальная в обществе все переводить на личности. Это, видимо, проблема менталитета. Например, выступил человек публично, и все обсуждают не суть проблемы, которую он ставит, а самого автора. Я бы не хотел, что бы мой ответ выглядел как что-то подобное в отношении директора ДПР (департамента природных ресурсов — Прим. ред.). 

По большому счету дело не в персоне руководителя или в его управленческих ошибках, дело в сложившейся порочной системе отношений внутри государственной гражданской службы. Я думаю, что это серьезная проблема внутри власти, которая точно ни к чему хорошему не приведет. 

Впервые на госслужбу я пришел в 2003 году. Хорошо помню, как это было вначале, и вижу, во что госслужба превратилась сейчас. Я работал с разными руководителями, и мне есть что и с чем сравнивать. 

Сегодня государственные служащие работают в системе, которая не терпит инакомыслия в принципе. Не важно, какого уровня ты специалист, важно, чтобы ты беспрекословно выполнял все команды начальника без обсуждения их законности и целесообразности. 

Я не спорю, что это уместно в армии или на войне, но разве это нормально в обычной жизни и сферах, где решаются сложные задачи и нужно думать головой? Для низшего звена такая ситуация, может быть, и не опасна, но для руководящих должностей (от начальника отдела и выше) это уже вопрос личной ответственности, а значит, и личной безопасности. Беда в том, что здесь нет никаких законных механизмов защиты от произвола вышестоящего начальника, мы — «офисный планктон». Кстати, сейчас уже достаточно примеров, когда на должности принимаются работники не по уровню квалификации, а по другим критериям, прежде всего — по управляемости и послушности.

— Насколько я понимаю, в законе о госслужбе прямо прописано, что госслужащий не обязан выполнять неправомерные поручения?

— Это верно. Более того, в соответствии с законом, если подчиненный получает неправомерное поручение, он обязан письменно уведомить начальника с обоснованием неправомерности этого поручения. И в случае подтверждения руководителем данного поручения обязан отказаться от его исполнения. Но в жизни все происходит совсем по-другому. 

Люди, которые писали этот закон, либо очень далеки от реальной жизни, либо делали это умышленно, потому что не будет начальник повторно давать неправомерного указания, он же последствия понимает. 

Обычно все происходит примерно так: тебя вызывают и дают тебе задание, например, чтобы 70% разрешений (или все 100) на добычу каких-нибудь ценных охотничьих ресурсов конкретного охотпользователя (или иного учреждения) выдавалось исключительно по согласованию с твоим руководителем. 

На попытку объяснить, что нет законных способов заставить охотпользователя сделать это, тебе взглядом и жестом дают понять, что рассуждать и думать тут не надо, тут надо быстро бежать и исполнять. Понятно, что такое указание ты не выполнишь. После того, как два-три подобных указания не исполнено, в отношении тебя уже сделан соответствующий вывод «не наш человек» с предъявлением красной карточки. Понимаете, никаких повторных поручений, только конкретные выводы. То есть каждый ставится перед сознательным выбором: или ты выполняешь незаконные указания, или будешь работать в другом месте, а лучше вообще не будешь работать в пределах видимости. Мне, например, понятно, почему чаще уголовные дела заводятся на заместителей, а не на их руководителей. 

А дальше все просто: любая малейшая провинность влечет лишение премии или служебную проверку и взыскание, никто за тебя не заступится, всем стыдно, все всё понимают, все тебе сочувствуют, но никто не захочет впадать в немилость начальнику и оказаться на твоем месте. Прессинг идет по нарастающей. Причем если ты «послушный исполнитель», тебе прощаются даже самые серьезные нарушения. Если «непослушный» — готовься получать самые серьезные наказания за любые пустяки, за которые разумно и достаточно устного замечания. Это такая дрессировка трусости и послушания, как в цирке.

— Незаконные взыскания можно обжаловать в суде?

— Конечно! Но только это уже будет окончательный приговор. Если ты пошел искать правду в суд, то здесь тебе уже точно не работать. 

У меня есть судебное решение о признании незаконным наложенного на меня дисциплинарного взыскания директором департамента Гусевым с выплатой морального ущерба, и что? Я ведь не один в охотнадзоре в суд обращался за справедливостью. 

Всем уже совершенно очевидно, что на госслужбе живут по понятиям, а не по закону, и это большая проблема.

— Официально вас уволили «в связи с утратой доверия», поскольку вы не уведомили работодателя о возможном конфликте интересов при распределении лицензий. Как вы можете это прокомментировать?

— Я думаю, суд с этим разберется. Но у меня возникает много вопросов к работодателю по моральной стороне этой истории, двойным стандартам и наличию конфликта интересов в принципе. 

Буквальное толкование понятия «конфликт интересов» подразумевает такую ситуацию, когда личная заинтересованность (прямая или косвенная) влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное выполнение служащим своих должностных обязанностей или полномочий. Я каждый пункт своих должностных обязанностей знаю наизусть и не могу понять, как наличие у меня разрешения на право охоты может повлиять на добросовестное исполнение моих конкретных обязанностей. И в какой момент в данном случае наступает эта пресловутая возможность возникновения конфликта интересов? Еще ни одна проверка, ни одно судебное решение это не установили. 

Причем это нарушение вменяется в отношении более чем 20 человек. Все они опытные работники, хорошие специалисты, принципиальные инспекторы. 

Здесь важно понимать, что никто не ведет речи о злоупотреблении нами своим должностным положением при распределении разрешений, потому что все было по закону, честно и прозрачно — это, по-моему, все прекрасно понимают. А недовольные работой охотинспекторы всегда найдутся.

— По логике, если вы контролируете охоту, то конфликт интересов в принципе возможен?

— По правилам охоты я могу участвовать в охоте на копытных животных в составе команды охотников. Разрешение будет выписано на любого другого охотника, а еще человек пять участвуют в этой охоте по списку, который после охоты можно выкинуть в урну — законодательством его сохранность и сдача вместе с разрешением не предусмотрены. В этом случае как? Есть у меня конфликт интересов, если я просто в составе такой команды охочусь? Получается, и в первом, и во втором случае я охочусь, но во втором случае нет у меня разрешения — нет ко мне вопросов? Разрешение на другого охотника выписано! Или есть вопросы?! 

Если есть, то тогда как быть с работниками той же прокуратуры, которые охотятся в угодьях поднадзорных организаций на таких же условиях, как я сейчас вам рассказываю? Почему никто из них не сообщает о конфликте интересов? Ведь они реально охотятся, не являясь получателем разрешения! Фактов таких нашими инспекторами зафиксировано достаточное количество. 

У нас природоохранный прокурор — охотник, директор департамента — охотник, и они бывают на охоте у охотпользователей, которые для них однозначно поднадзорные организации со всеми вытекающими из этого последствиями. Это что, двойные стандарты? Это как с точки зрения морали выглядит, если нас за это они же и уволили? 

Так давайте тогда запретим всем чиновникам и прокурорам охотиться. Давайте запретим гаишникам управлять транспортными средствами, лесникам — дрова себе выписывать, пока они не сообщат о конфликте интересов. Вот и судите сами, что значит поговорка: «Закон — что дышло: куда повернешь — туда и вышло». А как быть с тем, что в Конституции написано: «Все равны перед законом»?

Пока я не получил ответов на свои вопросы, и ничто мне не мешает разрешить эти вопросы в суде, причем перспектива дойти до Верховного суда РФ меня нисколько не пугает, как и публичное обсуждение этой темы в СМИ любого уровня с конкретными фактами и примерами. Теперь я благодаря «группе товарищей» свободный гражданин, я знаю свои конституционные права, кто мне запретит защищаться?

— А раньше были не свободны? Почему нельзя было заявлять о нарушениях, занимая должность в департаменте?

— Возвращаясь к началу разговора, хочу обратить ваше внимание на самую главную проблему: отдельные положения действующего Федерального закона «О государственной гражданской службе» противоречат статье 19 Конституции Российской Федерации, потому что содержат скрытые дискриминационные положения. Это мое личное мнение, и это удивительная ситуация: Конституция — основной закон государства, имеет высшую юридическую силу и прямое действие на всей территории России, а живем мы и работаем в лучшем случае по федеральному закону, который ущемляет конституционные права гражданина. Более того — мы живем по негласным понятиям, которые нарушают принципы государственной гражданской службы, прописанные в статье 4 Федерального закона «О государственной гражданской службе».

Одно из них — ограничение свободы слова. Вот почти дословно суть ограничения: «запрещается допускать публичные высказывания, суждения и оценки, в том числе в средствах массовой информации, в отношении деятельности государственных органов, их руководителей и т. д.». 

То есть система создана такая, что государственные служащие — это люди второго сорта, ущемленные в праве свободы мысли и слова. 

Был пример не так давно: один из наших сотрудников опубликовал критическую статью о проблемах госохотнадзора в ведомственном журнале, статья была хорошая, все конкретно и по делу, но он сразу же получил предостережение в связи с нарушением статьи 17 Федерального закона «О государственной гражданской службе». Причем обывателям все эти случаи преподносятся как борьба с коррупцией — такова политика, и это сейчас актуально. Вот здесь и начинаются вопросы у каждого здравомыслящего человека, который информацию получает не только из первого государственного канала. У нас уже даже школьники понимают, что борьбу с коррупцией надо начинать с другой стороны вертикали власти, но пока увольняют только нас…

Сергей Плотников подчеркнул, что все материалы, подтверждающие его слова, есть в наличии.

Новости России
Леонид Шайдуров во время пикета у комитета по образованию Санкт-Петербурга
Россия
Петербургский школьник голодает, требуя запретить «Юнармию». Интервью
Россия
Адвокаты сестер Хачатурян потребовали от главы СКР закрыть уголовное дело
Россия
Правительство объяснило, почему в России подскочили цены не бензин
Россия
Экс-президента УЕФА Мишеля Платини освободили из-под стражи после допроса
Россия
Голландские журналисты назвали имена военных, связанных с крушением Boeing над Донбассом
Россия
Уволился организатор турнира по киберспорту за 37 млн, на который не пришли зрители
Россия
В Лондоне убили гражданина РФ
Россия
КС запретил отказывать в проведении митингов из-за недостаточных мер безопасности
Россия
В Люблино полиция разогнала горожан, записывающих обращение для «Прямой линии» с Путиным
Россия
«Коммерсантъ» выяснил, зачем меняют новые ступени лестницы у ленинской библиотеки в Москве
Россия
Представитель ФССП прокомментировал идею убрать ограждения в суде
Россия
Кудрин объяснил высказывание о «социальном взрыве» из-за бедности
Россия
Минтруда намерено урезать бюджетные расходы на маткапитал
Россия
Бузова заявила, что она популярнее Путина
Россия
В Нефтеюганске полиция отпустила известного российского мошенника
Россия
Росстат зафиксировал скачок цен на бензин в мае
Екатеринбург
По запросу уральского депутата Госдумы наказаны авторы видео катастрофы SSJ-100
Россия
Журналист Игорь Рудников — о своем сфабрикованном деле, противостоянии с СК и жизни в СИЗО. Интервью Znak.com
Россия
По факту невыплаты зарплаты на подмосковном хлебозаводе возбуждено уголовное дело
Сторонники Абдулмумина Гаджиева у здания суда
Россия
В Махачкале суд арестовал журналиста издания «Черновик»
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно