Доллар
Евро

«Что будет с Россией, если останется только несколько крупных городов?»

Демограф Анатолий Вишневский — о кризисе рождаемости, росте смертности и проблеме миграции

Konstantin Kokoshkin/Global Look Press

За первое полугодие текущего года естественная убыль населения выросла втрое по сравнению с 2016 годом – такую статистику Росстат обнародовал в середине июля. Показатели рождаемости снизились на 11%, а число умерших в среднем превысило число родившихся в 1,2 раза – и потери в численности населения не компенсируются даже миграционным притоком. Демографы отмечают, что из-за высокой смертности и низкой продолжительности жизни кривая численности населения в ближайшее время пойдет на спад. О том, что не так с демографической политикой в России и почему выдача материнского капитала не сработала, в рамках лекции «Другой разговор» в Ельцин Центре рассказал директор Института демографии НИУ ВШЭ Анатолий Вишневский. Znak.com приводит основные тезисы Вишневского.

Что происходит с рождаемостью?

В последнее время у нас материнство стареет. Еще недавно у нас была высокая рождаемость в женском возрасте до 20 лет, самой рожающей группой была группа 20–25 летних. В 90-е годы ситуация изменилась: стала снижаться рождаемость в возрасте 20–24 года, и стала повышаться в группе 25–29-летних. Эта тенденция была раньше по всей Европе, но до нас дошла в 90-е годы. Почему это произошло? В прошлом, чтобы у женщины выжило два ребенка, она должна была рожать шестерых. В дореволюционной России только на первом году жизни на 1000 человек умирало где-то 250–300 младенцев. Сейчас же младенческая смертность очень низкая: в России умирает 6–7 младенцев на 1000, и этот расклад еще отстает от того, что мы видим в более развитых странах – там уже 2 младенца на 1000. И если раньше умирало такое количество детей, но в конечном счете где-нибудь двое из всех родившихся у женщины выживало, то сейчас, если вы хотите иметь двоих детей, достаточно родить двоих детей. 

Но почему тогда дети рождаются позже, а не раньше? В 1960-е годы в Европе произошла контрацептивная революция: люди научились управлять рождаемостью и могут родить тогда, когда хотят. Кроме того, увеличилась продолжительности жизни, и если раньше родители боялись умереть, не поставив детей на ноги, сейчас ситуация другая. Женщины (и не только женщины) это поняли, и в 70-е годы начался этот сдвиг в материнском возрасте. Это высвободило огромное количество времени и энергии: женщина может получить образование, сделать карьеру, достичь какого-то материального достатка. Это никто не организовывал специально: произошел совершенно синхронный поворот в разных странах, это логика жизни. Но мы вступили на этот путь только в 90-е годы и получили сдвиг только сейчас.

Маргарита Власкина/Znak.com

Статистически в последние годы мы находились на кривой рождаемости, которая повышалась. Но она и должна была повышаться – если посмотреть на предыдущие периоды, то этот показатель идет «волнами». И теперь число рождений будет неизбежно сокращаться – это ни от кого не зависит. При этом собственно «рождаемость» — то есть количество детей на одну женщину — может оставаться прежним. Но уменьшается количество рождений. Сейчас у нас к материнскому возрасту подходит поколение женщин, которые родились в 90-е годы (в период предыдущей демографической ямы). Их меньше, соответственно у них будет меньше детей.

Есть еще один график — сравнение рождаемости в России с другими странами. Самый верный показатель — сколько детей родила женщина в каждом поколении за всю свою жизнь. И он не сильно отличается от того, что мы видим в Европе; наоборот, есть страны, в которых этот показатель ниже, чем в России: в Германии, Италии, Японии. Поэтому нельзя сказать, что она у нас сильно ниже, чем в других странах.

Что в России со смертностью?

Со смертностью у нас дела обстоят совсем иначе. В прошлом мы, по сравнению с европейскими странами, всегда отставали по ожидаемой продолжительности жизни. Но где-то в 1960 году мы с ними сблизились. Я думаю, что большую роль сыграло появление антибиотиков, которое снизило количество смертей по инфекционным причинам. Но после 1960 года мы по этому параметру стали расходиться. И — при неуклонном росте показателя продолжительности жизни в других странах — этот разрыв только увеличивается.

От чего умирают люди? Общую ситуацию определяют сердечно-сосудистые заболевания и рак. За 50 лет во Франции сложилась следующая ситуация: вне зависимости от причины, люди умирают позже — ожидаемая продолжительность жизни выросла на 11 лет.

Недавно Министерство здравоохранения РФ объявило, что мы достигли рекорда по ожидаемой продолжительности жизни — 72 года. Это правда. Но правда и в том, что этот показатель ниже, чем во многих развивающихся странах, например в Мексике. 

Наиль Фаттахов/Znak.com

Если посмотреть статистику за 50 лет в России, то получится, что к 1960 году продолжительность жизни даже чуть-чуть снизилась. Только в некоторых возрастах у нас смертность ниже, чем в 1965 году: иначе как стагнацией это не назовешь. 

Сейчас у нас главный рисковый контингент — это взрослые мужчины 35–40 лет, которые вообще не должны умирать.

Только в некоторых возрастах у нас смертность ниже, чем в 1965 году. Это связано в целом с более рисковым поведением мужчин, с алкоголизмом, но вообще в России эта смертность недопустимо высока. Во время антиалкогольной кампании в СССР ситуация чуть улучшилась, но потом показатели опять пошли вниз. Сегодня у нас есть определенные успехи с точки зрения статистики, но в основном благодаря снижению младенческой смертности — когда она снижается, вся статистика по продолжительности жизни закономерно растет. Только это не компенсирует высокую смертность в более старших возрастах. 

Надо сказать еще и о ВИЧ-инфекции — у нас с этим беда. В развитых странах прекратился рост смертности от СПИДа в последние 20 лет, а у нас нарастает, и, по сути, идет эпидемия. В 90-е годы уровень смертности от этого был нулевой, но нужно учитывать, что смерть от этого фактора наступает не сразу: она отложена на 10 лет и более.

Кроме того, у нас очень высокая смертность от внешних причин. Это не чисто медицинская причина — это убийства, самоубийства, происшествия и так далее. Но даже смерть от ДТП складывается из нескольких факторов — это не только состояние дороги и водителя, но и скорость, с которой на место прибывает бригада скорой помощи. Я видел, как в Европе медики приезжают буквально сразу же после того, как произошло столкновение, и сомневаюсь, что такое есть у нас. В итоге — полный застой в России на фоне непрерывного роста продолжительности жизни во всех развитых странах, к которым Россия в начале 1960-х годов была достаточно близка. Это какая-то системная причина — это не то что некие лихие 1990-е годы или какой-то конкретный министр что-то не так делал. Здесь надо разбираться глубже.

Есть такое понятие — демографический переход. Если меняется причина смерти, меняется и возраст смерти. Таких перехода было два. Один был связан с борьбой с инфекционными заболеваниями — и здесь мы справились. А вот второй был связан с неинфекционными причинами, и вот на этом этапе мы застряли. Я не могу сказать, что в этом виновата только система здравоохранения. Но нужно поставить вопрос: а за что она должна отвечать? Кто-то же должен дирижировать всем, что связано с нашим здоровьем и смертью. Если известно, что у нас высокая смертность связана с ДТП — должен ли Минздрав говорить, что это не наша епархия, или поставить какую-то задачу перед МВД, например? Судят ведь по результатам.

Как на ситуацию реагируют власти?

Все знают, что у нас в 2007 году ввели материнский капитал, и все говорят, что тогда у нас рождаемость стала повышаться. Коэффициент суммарной рождаемости, на который любит ссылаться в том числе и Владимир Путин, действительно рос. Только проблема в том, что он рос и раньше — с 1999 года. Если посмотреть на график прироста числа родившихся, в 2007 году — когда ввели материнский капитал — столбик числа родившихся растет. Но это единственный высокий столбик, после чего все снова спало. Потом опять подскочило — хотя ничего в политике не менялось. Поэтому сколь-нибудь существенного влияния на рождаемость мер демографической политики обнаружить не удается. 

Материнский капитал — хороший пропагандистский ход, но с точки зрения рождаемости большого эффекта он не принес. 

Понятно, что столько, сколько в Китае или в Индии, россияне не нарожают. Надо дать семье возможность иметь столько детей, сколько она захочет. Поэтому, если бы меня спросили, как строить политику, на мой взгляд, должна быть именно поддержка семьи с детьми. Это могут быть разные меры, и я не исключаю, что это может обойтись государству дороже, чем материнский капитал.

«Не должно быть такой политики, когда государство "покупает" детей у семьи»«Не должно быть такой политики, когда государство "покупает" детей у семьи»Дарья Шелехова/Znak.com

Я думаю, что должна быть социальная политика, которая поддерживает семью с детьми, и не должно быть такой политики, когда государство «покупает» детей у семьи. Любая семья должна иметь возможность родить ребенка и чувствовать себя в зоне социальной безопасности. Но когда говорят: «Вот мы сейчас дадим людям деньги, и они родят больше» — я думаю, что это заблуждение. Есть, конечно, определенные категории населения, которые в первую очередь ориентируются на социальные пособия и рожают с расчетом на него. Но это не основная масса населения.

Еще одна вещь — что у нас происходит с абортами, кампания против которых набирает обороты в последние годы. Действительно, в России (в СССР) было колоссальное число абортов. Это связано с тем, что контрацептивная революция, прошедшая везде в 60-е годы, у нас тогда не произошла — мы не получили противозачаточных средств, и даже когда они как-то понемногу просачивались, врачи отговаривали от их применения. В результате вместо предотвращения беременности начались многочисленные прерывания. И хотя в 90-х политика Минздрава не изменилась, число абортов начало колоссально снижаться — поскольку появился рынок и средства контрацепции. Поэтому сегодняшняя кампания против абортов не имеет под собой оснований — потому что их становится объективно меньше. Конечно, аборт — это зло, у аборта нет сторонников. Но сейчас есть возможность практически избавиться от абортов, управляя беременностью.

Еще одно из важных следствий неблагоприятной ситуации со смертностью в том, что планируемое сближение с европейскими странами по возрасту выхода на пенсию — видимо, неизбежное по экономическим соображениям — в отличие от этих стран, не подкрепляется ростом продолжительности жизни пожилых людей. Расходы на здравоохранение в России уже давно совершенно не соответствуют тем вызовам, на которые оно должно отвечать в 21-м веке. В Нидерландах на это тратят около 10% от годового ВВП, в США — 8%, в Турции — около 5%. В России на это тратится около 3,5%. И эта экономия на здравоохранении затрудняет перенос выхода на пенсию: люди не доживают до пенсии, а если доживают, то в таком состоянии здоровья, что уже не способны работать. Если мы поднимем пенсионный возраст с 60 до 65 лет, допустим, что мы получим? Мужчина уже не может найти работу и пойти на нее — и еще не может получать пенсию. Значит, ему все равно придется платить какое-то пособие.

Решат ли проблему мигранты?

Миграция — это вообще больной вопрос, очень сложный и очень серьезный. Население у нас почти не растет, территория огромная, население стареет — у нас возникает куча проблем, связанная с нехваткой трудовых ресурсов и так далее. В России еще есть такая вещь, как западный миграционный дрейф — с востока мигрируют на запад, все просачиваются на ту сторону Урала. Проблема Дальнего Востока — это ограниченность демографических ресурсов. Правительство должно было обеспокоиться, что четверть населения России живет в Московском регионе. Это просто небезопасно. Сельские ресурсы исчерпаны, сейчас высушиваются малые города. Что останется от России, если останется только несколько крупных городов? России нужны люди, но получить их в большом количестве можно только путем миграции.

Казалось бы, это можно решать с помощью миграции, но сделать это не позволяет общественное мнение, и я пока не вижу, чтобы этот вопрос кто-то разруливал. Кто-то сказал раньше:  вот у нас возрастная дыра в 90-х годах, можно бы залатать ее миграционным притоком молодежи, и мы бы не знали этой проблемы сто лет. Но это не было услышано — и теперь эта проблема у нас сто лет будет.

«Возникают антимигрантские настроения. Они и у нас есть — хотя я считаю, что у нас на это нет оснований»«Возникают антимигрантские настроения. Они и у нас есть — хотя я считаю, что у нас на это нет оснований»Joel Goodman/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

По такому пути пошли европейские страны, но возникла другая проблема. Как сказал швейцарский драматург Макс Фирш: «Мы хотели получить работников, а получили людей». Люди приехали и остались там жить — и сейчас в европейских центрах можно видеть, что уличная толпа совсем не европейского вида. Возникают антимигрантские настроения. Они и у нас есть — хотя я считаю, что у нас на это нет оснований. Начинаются заявления, что они отбирают наши рабочие места, они не имеют квалификации, что они террористы. Понятно, что когда в одну страну переезжают жители другой, возникает проблема интеграции. Несмотря на эксцессы, которые возникают в европейских странах, во многих это и происходит. Поэтому нельзя сказать, что та же Франция сейчас страдает от мигрантов, которых там действительно много.   

Но тут есть другой аспект. В мире произошел и продолжается демографический взрыв, когда население в развивающихся странах резко растет. Еще меня в школе учили, что население планеты — 2 млрд человек, сейчас их 7 млрд. То есть 5 млрд человек появилось только за мою жизнь. В результате возникает навес развивающихся стран над развитыми. Есть прогноз, что до конца века население увеличится до 10 млрд. Сейчас Нигерия уже превзошла по численности Россию, и считается, что ее население может превысить 1 млрд. Весь глобальный север – это миллиард человек, а в Китае миллиард одни только китайцы. Какая-то часть людей хочет переехать, зная, что весь мир живет в Европе. Население развивающихся стран было преимущественно крестьянским, маломобильным. Но когда население растет, места для всех не хватает, и они перемещаются в города. За последний десяток лет 2,7 млрд человек в развивающихся странах переселилось в города. Это люди, у которых есть опыт миграции, они более мобильны, более образованны и плюс ко всему — очень молоды. В той же Нигерии медианный возраст — это 18 лет, половина населения старше этого возраста, половина младше. Это население, которое состоит из подростков. В развитых странах медианный возраст примерно 35–40 лет. 

Теперь представьте, что прошло время. Когда-то крупнейшими городами были Нью-Йорк и Токио. Сейчас крупнейшие города находятся в Азии. Люди там чрезвычайно молоды, полуобразованны — они только вышли из села и хотят чего-то в жизни. Вот та среда, которая питает терроризм и вообще любые экстремистские идеи и деятельность просто по определению: масса молодых людей, неадаптированных к жизни, потому что страны очень бедные. А рядом есть богатые страны Европы или Америки. Эта ситуация, с моей точки зрения, совершенно недооценивается. Говорят, что виноват ислам, но он не виноват — просто исламские страны оказались в центре демографического взрыва. Огромное молодое население, оторванное от корней… и здесь есть очень глубокие и далеко идущие опасности для всего мира. 

«Люди там чрезвычайно молоды, полуобразованны — они только вышли из села и хотят чего-то в жизни. Вот та среда, которая питает терроризм»«Люди там чрезвычайно молоды, полуобразованны — они только вышли из села и хотят чего-то в жизни. Вот та среда, которая питает терроризм»Osie Greenway/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

Как к этому надо относиться с точки зрения России? Ответ на этот вопрос вообще не только в руках России или другой конкретной страны, его нельзя решить так просто. Сейчас условия задачи непонятны. Политики и дипломаты не касаются этого вопроса, они рассуждают только о том, как препятствовать этой миграции с точки зрения своей страны. Но это все-таки огромный человеческий ресурс, который мы могли бы использовать. Другое дело — как его взять? Мы безусловно имеем проблему и с трудовыми ресурсами, и с возрастной структурой, но это очень непростая задача: должна быть политика, должно быть понимание, а его нет ни у кого — ни у нас, ни в США. Все напуганы растущим миграционным потоком и не знают, что ему противопоставить.

Понятно, что европейская идентичность не может остаться неприкосновенной — она может развиваться и обогащаться за счет разных культур. В этом нет большой опасности, если это остается в рамках каких-то пределов. Есть демограф, который опасается, что в Англию вместе с мигрантами начинают проникать какие-то другие элементы правовой культуры. Но в России мы видим, что без всякой миграции с Северного Кавказа начинают проникать какие-то другие законы. Обеспокоенность этим есть, но что делать? Кто-то требует просто остановить миграцию полностью. Но физически это невозможно.

Что дальше?

Можно ли решить проблемы демографии «начав с себя», а не пеняя на государство? Если я вижу человека, который напился до оскотинивания, я, конечно, могу сказать ему: начни с себя, тебе никакой Минздрав не поможет. Но это же все тоже имеет какие-то корни. Все мы зависим от среды, в которой мы живем — это и инфраструктура, и социальное окружение. Государство само на себя берет большую ответственность. В свое время, в 90-е годы, был такой лозунг «Меньше государства». Сейчас он сошел на нет, государство не захотело «меньше себя», и решило, что его должно быть много. Но в таком случае у него и ответственности должно быть много. 

«В России очень плохая структура потребления алкоголя — так называемый «северный тип», когда пьют крепкие напитки большими дозами за короткое время»«В России очень плохая структура потребления алкоголя — так называемый «северный тип», когда пьют крепкие напитки большими дозами за короткое время»Caro/Bastian/Global Look Press

Некоторое время назад главным санитарным врачом в России был Геннадий Онищенко, и он вел последовательную борьбу против пива. Заявлял, что развивается пивной алкоголизм и он едва ли не опаснее обычного алкоголизма. При этом известно, что в России очень плохая структура потребления алкоголя — так называемый «северный тип», когда пьют крепкие напитки большими дозами за короткое время. В Европе потребление алкоголя не дает таких последствий для смертности — потому что пьют вино, либо пиво, с которыми вы не получите такую ударную порцию этанола. Мы понимаем, что первое, что надо делать — не вводить «сухой закон», а изменить структуру потребления алкоголя на менее опасную. И она даже меняется — молодежь не набрасывается сразу на водку. Но при этом был человек, облеченный властью, который прямо пытался этому воспрепятствовать. Это только один частный вопрос [от которого зависит демография], но он не изучается, не попадает в госполитику, проблема пьянства ни на каких уровнях не решается. Вместо этого мы гордимся тем, что изобрели вакцину против Эболы. Вот только Эбола — это не наша проблема.

Пока же власти из докладов демографов власти выбирают только то, что им удобно, и цифры, которые видят, приукрашивают в десять раз. Некоторое время назад я с удивлением услышал в выступлении Путина, что есть такой 25-летний цикл колебаний числа рождений. Да, мы это написали. Но это сейчас удобно сказать: «А что вы удивляетесь теперь ситуации с рождаемостью?» Конечно корни нашего неблагополучия растут из СССР, и очень-очень ощущаются до сих пор последствия войны. У нас вообще многое в жизни идет оттуда — не можем мы с этим наследием никак расстаться, оно все время идеализируется. Одно время мне казалось, что будут подвижки демографической ситуации, и правильные слова говорились. Сейчас меня смущает, что ситуация все время приукрашивается, и это никакой пользы не приносит. Сейчас вот ставят цель, чтобы к 2025 году продолжительность жизни достигла в России 76 лет. Но цель эта уже неправильна — этот показатель имеют многие страны, которые в подметки не годятся России. Нет даже понимания, что такое эти 76 лет, если у многих было 80 лет несколько лет назад. Как ее не повысить еще больше, если все это сделали уже давно? Вот в чем вопрос.

Вы можете посмотреть полную версию лекции:


Читайте также
Новости России
Россия
Власти Москвы запретили проведение традиционной акции памяти жертв репрессий
Россия
После взрыва в Гатчине госпитализирована девочка-подросток, которая проходила мимо завода
Россия
Медведев: «Отношения России и Евросоюза абсолютно деградировали»
Владимир Путин на заседании клуба "Валдай"
Россия
Ад в Керчи и рай на «Валдае». Подкаст о событиях недели
Россия
В Дагестане допрашивают начальника ОМВД, которого подозревают в избиении задержанного
Россия
СМИ стало известно имя подозреваемого в убийстве следователя Шишкиной в Подмосковье
Россия
На заводе пиротехники в Гатчине произошел взрыв, известно о двух погибших
Россия
Константинопольский Патриархат заявил, что не прерывал общения с РПЦ
Россия
Житель Казани рассказал, что полицейские сломали ему ребра и снимали голым
Россия
Заключенные ярославской колонии объявили голодовку, заявили правозащитники
Россия
Аппарат врио главы Башкортостана может возглавить депутат Госдумы Александр Сидякин
Россия
Власти Москвы не согласовали акцию в поддержку фигурантов дел «Сети» и «Нового величия»
Россия
Шнуров написал стих на странное изречение Путина про «атомный рай»
Россия
Кадыров высказался о протестах из-за соглашения о границе Ингушетии с Чечней
Россия
Кокорина и Мамаева оставили под арестом до 8 декабря
Россия
Дмитрия Рогозина временно вывели из-под санкций, чтобы он смог поехать в NASA
Россия
Центробанк озвучил прогноз о росте цен на продукты и товары
Россия
В Новосибирске рабочие пытались забрать песок из песочниц, чтобы посыпать им дорожки зимой
Заседание Синода РПЦ в Минске 15 октября
Россия
Заграничная РПЦ разорвала отношения с Константинопольским патриархатом
Россия
Золотов анонсировал ответ Навальному, который вызвал генерала на дебаты
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно