Доллар
Евро

«Если в городе мало классных нишевых историй — значит, с городом что-то не так»

Как и почему молодой джазовый промоутер пытается менять культурный ландшафт Челябинска

Уже два года молодому челябинцу Гоше Акмену удаётся устраивать джазовые концерты мирового уровня для тех, кто любит и понимает такую музыку. Он делает это по собственной инициативе, опираясь на краудфандинговые технологии, и мечтает изменить музыкальную жизнь Челябинска. Будучи инженером по образованию, Акмен играл на бас-гитаре, со временем увлёкся игрой на контрабасе и получил музыкальное образование. Znak.com расспросил Гошу, как ему удаётся практически в одиночку раз за разом устраивать яркие джазовые события.

— У нас есть филармония, которая отмечает 80-летний юбилей, у нас есть прославленный «Уральский диксиленд», есть традиция проведения джазовых фестивалей. Зачем вы на этом фоне проводите свои концерты?

— Мне кажется, всего этого недостаточно. Нет, джазовый фестиваль — это хорошо для нашего города. Собственно, с одного из наших джазовых фестивалей в драмтеатре я и подсел на эту музыку ещё в 2001 году. Я тогда был ещё школьником, и это было сильное впечатление, я до сих пор о нём вспоминаю.

Но джазовый фестиваль — это не самая лучшая форма бытования джаза. Джазовая музыка должна звучать в клубе, в камерной атмосфере для аудитории в сто или двести человек максимум. Ну и сами музыканты, которых нужно слушать в клубе… Это, в первую очередь, должны быть нью-йоркские музыканты, я так считаю (смеётся). Причём необязательно американцы. Под «нью-йоркскими музыкантами» я подразумеваю людей, которые живут и работают в этом городе как музыканты. 

— Как Бодек Янке, которого вы привозили в прошлый раз?

— Да, он десять лет прожил в Нью-Йорке. Сейчас живёт в Берлине, но суть не в этом. Он — «нью-йоркский музыкант» в моём понимании. У любого хорошего [джазового] музыканта есть такой период в жизни, когда он приезжает в Нью-Йорк и работает там. Потом он может уехать или остаться, это не суть важно, он остаётся «нью-йоркским музыкантом». Нью-Йорк — это столица современной джазовой музыки. 


Концерт Бодек Янке

— Не Новый Орлеан?

— Ни в коем случае. Новый Орлеан — это история, это знаковый город в истории джаза. Но уже довольно долгое время столицей джаза является Нью-Йорк. Так что нашему городу не хватало этих двух составляющих: нью-йоркских музыкантов и атмосферы клуба. 

— Когда и как вы провели свой первый концерт?

— В феврале 2016-го. Но подготовку к нему начал задолго до этого, так что, грубо говоря, я занимаюсь этим два года. Всё началось с того, что я захотел привезти сюда Петроса Клампаниса (талантливый современный контрабасист греческого происхождения — прим. авт.). Я прилетел в Нью-Йорк весной 15-го года, чтобы послушать джазовую музыку в тамошних клубах, потому что в России ничего такого не было, даже в Москве. Я прожил в столице четыре года, и что-то интересное происходило там от силы раз в год, и то в рамках большого фестиваля «Усадьба Jazz». Итак, я походил по нью-йоркским клубам и взял урок у Петроса Кампаниса. Мы разговорились, и я просто так, «на шару», спросил, мол, чего не приезжаешь в Россию? Было бы круто! Он ответил: «Я бы и сам с удовольствием, но никто не зовёт. Никаких вариантов нет». Я сказал, что подумаю.

Приехал домой и для начала поспрашивал насчёт филармонии, может, она бы взялась его привезти? Но филармония могла лишь предложить в аренду свой зал, а привезти музыканта я должен был за свой счёт. 

— Да и зал-то там не клубный совершенно.

— Да. Я подумал, что сам всё прекрасно сделаю. Потом подсчитал затраты и понял, что Петроса мне не потянуть, там один перелёт из Нью-Йорка и обратно чего стоит (смеётся). Тогда я решил сначала потренироваться и найти людей, которые возили бы музыкантов — может, европейцев, а не нью-йоркцев — в Россию. 

Один из таких людей — Юрий Льноградский из подмосковной Дубны — порекомендовал вокалиста Бориса Саволделли. Он выступает один, но у него множество примочек, он такой человек-оркестр. Юрий делал для него тур по России и просто предложил мне вписать Челябинск в гастрольный график Бориса, а мне — набить руку в качестве организатора. 

Я провёл тот концерт на свои деньги, убыток составил сто тысяч рублей. 

— Круто.

— Ага. Ну просто люди тратят свои накопления на отпуск, а я реально взял отпуск на работе и просто вкинул свои сто тысяч рублей в концерт (смеётся). Пришло порядка восьмидесяти человек, это понятно — первый блин комом. Рекламу я делал только в интернете, никто ещё обо мне ничего не знал, в общем, для меня это был хороший урок. 

С тех пор аудитория потихонечку прирастала, и в октябре я буду делать уже восьмой по счёту концерт в Челябинске. После Саволделли я привёз весной прошлого года сборную солянку, в которой выступал итальянский саксофонист Эммануль Чизи (почетный профессор Туринской консерватории — прим. авт.) с нашими русскими музыкантами. 

Это стандартная гастрольная практика для западных музыкантов, когда к какому-нибудь крутому исполнителю присоединяются московские, питерские и другие музыканты. 

И прошлой осенью мне всё-таки удалось привезти Петроса. Я организовал не единичный концерт, а первый небольшой тур: два концерта в Москве и по одному выступлению в Челябинске и Екатеринбурге. С тех пор я периодически провожу туры.

— Как родилась идея проводить сбор денег через краудфандинг?

— Мне очень нравится идея независимого финансирования, когда ты не зависишь от воли одного человека, мецената или чиновника. 

— А вам предлагали?

— Нет, не предлагали, но можно подать заявку, например, в наше министерство культуры, думаю, это вполне реально. Но это история очень… Уязвимая. Допустим, я подал заявку и получил грант, организовал концерт, потом ещё один, а на десятый раз мне не дали грант и я концерт организовать не смог. И всё это решает, по большому счёту, один человек. Допустим, бюджет сократили, и он такой: «Ну, давайте вот этого с его джазом выкинем». 

С народным сбором средств такого быть в теории не может, потому что спонсоров много. Это распределённая поддержка. 

И даже если человек меня десять раз поддерживал, а на одиннадцатый решил не оказывать поддержку, то я, грубо говоря, лишусь тысячи рублей. Ну или двух тысяч. А остальные поддержат, опять-таки в теории. Это устойчивая система. Возникает сообщество, на мой взгляд. Когда человек покупает билет через краудфандинг, он не просто думает: «Ну, сейчас пойду, развлекусь», он чувствует свой вклад в общее дело. Мне важно, чтобы в городе и в стране в целом сформировалось именно джазовое сообщество. 

Однако пока я не могу сказать, что это как-то особо круто сработало. Это принесло определённый результат, но… Например, в организации концерта, который состоится в октябре, я уже не пользуюсь «Бумстартером» (онлайновая площадка для сбора средств — прим. авт.), просто открыл раннюю продажу билетов. Без заявления цели типа: «Нам надо к такому-то сроку собрать определённую сумму». 

В Челябинске завершились съемки короткометражного фильма «100 рублей на мечту»

— Перешли на TimePad?

— Да. Сейчас экспериментирую. У меня сложилось впечатление, что на «Бумстартере» эта история «получится у нас собрать нужную сумму или нет?» отталкивает определенных людей. Во всяком случае, до тех пор, пока не удалось создать большое сообщество. Я запускаю рекламу, привожу людей на «Бумстартер», они думают: «Я куплю билет и через три месяца состоится концерт. Хм… А если мы не соберём требуемую сумму? Концерта не будет?». У человека возникает желание подождать, пока наберётся вся нужная сумма, и купить билет ближе к концу кампании. 

В Челябинске ещё не набралась критическая масса людей, которые бы во всё это поверили и сказали: «Ну, всё! Мы вкидываем деньги без вопросов». Поэтому сейчас я просто сделал раннюю продажу билетов и говорю людям, что концерт состоится в любом случае, они ничего не потеряют, но для тех, кто захочет купить билеты раньше, просто будет скидка. 

— С точки зрения бизнеса насколько вся эта история интересна?

— Я, конечно, вижу тут потенциал, но если говорить про сумасшедшие прибыли, то в этой сфере их не будет никогда. Я в этом уверен. Затраты на привоз музыкантов, аренду помещения и выплату гонораров можно окупить с билетов и можно немного заработать. 

К примеру, самым удачным в финансовом отношении для меня стал концерт квартета Одеда Цура из Нью-Йорка в феврале, когда я получил прибыль порядка семидесяти тысяч рублей. Но их я заработал за три месяца подготовки концерта. В принципе эту сумму можно и нужно увеличивать, просто чтобы хватало на жизнь, и тогда можно будет заниматься этим длительное время. Но, конечно, я тоже нахожусь в поиске спонсоров и меценатов, поскольку помимо затрат на сам концерт существуют определённые технические моменты. 

Например, покупка рояля [для музыкантов] — больной вопрос. Сейчас пока удалось купить только пианино, оно неплохое, но в него нужно вкладываться. На поддержание инструмента у меня пока деньги есть в виде прибыли с билетов, но на рояль их не хватит. А хочется. Хочется, чтобы всё было серьёзно, по-настоящему. И такие вещи на прибыль с билетов не окупить. 

В Челябинск на деньги любителей джаза привезли дуэт известных музыкантов

— В октябре вы привозите «Стрэймонк» — не самый известный коллектив. Почему вы выбрали именно его?

— В мае я привозил дуэт «Янке-Рандалу», и он был супернеуспешным в финансовом плане. Потери составили минус 250 тыс. рублей. Я даже не думал, что такое возможно, не представлял, что опущусь ниже потери в сто тысяч, которую мне принёс мой самый первый концерт. Были большие затраты, и не удалось собрать достаточное количество народу. 

Летом я взял паузу, поскольку лето — мёртвый сезон, и начал думать, что делать. Понял, что тот состав из Нью-Йорка, с которым у меня была договорённость, не получается привезти по финансовым причинам. Нужно было искать партнёрский проект. Я вновь обратился к Юрию Льноградскому, который много работает со швейцарскими музыкантами, поскольку часть расходов покрывает государственный швейцарский фонд. Он посоветовал мне несколько вариантов, и мне больше всех понравился «Стрэймонк». Необычный состав, интересная музыка. Прежде, чем на всё это решиться, я прослушал все их альбомы, посмотрел все их видео и понял, что это интересно и круто. 

Лидер этого состава саксофонист Натаниэль Су играл с Куртом Розенвинклем, с Ли Коницем, сам учился в Беркли, что называется, «находится в обойме». Когда я убедился в том, что ребята играют интересную музыку, что это настоящий современный джазовый язык, то принял решение привезти их. Так что тут комбинация финансовых и творческих параметров. 

— Минус сто — чувствительно, но минус двести пятьдесят тысяч — уж совсем тяжко, с учётом кризиса. Что помогает вам не опускать руки и продолжать?

— В данном случае мне помогла компания, в которой я работаю, — «Зайцев.нет», это музыкальный сайт. Я проводил концерты за свои деньги, брал отпуск, но в какой-то момент моя инициатива была замечена на работе. Ребята приходили на концерты, мой непосредственный руководитель тоже был в курсе всего происходящего, и ему понравилась эта история. 

Так совпало, что мы начали задумываться о том, что на сайте разные жанры музыки нужно преподносить по-разному и что эти концерты могут стать частью джазового раздела «Зайцев.нет». Поэтому убыток пока покрыла организация, но я всё равно должен буду позже отбить эти деньги. 

Я, правда, не ответил на вопрос… Почему я этим занимаюсь? Я верю в то, что это хорошо и круто. Что это важно. Что это нужно людям. Просто я пока не получил должного охвата, как мне кажется, не достучался до всех людей, которым интересен джаз в этом городе. Я просто верю в то, что это круто и что у меня всё получится. Поэтому и продолжаю этим заниматься. 

— А вы контактировали с кем-то из наших заскорузлых джазовых мастодонтов? С бывшим мэром Тарасовым, например? 

— У меня была такая идея. Воспоминания о джазовом фестивале 2001 года связаныв том числе и с Тарасовым, потому что я помню, как он сидел в первом ряду, как он выходил и поздравлял всех с этим праздником музыки, и это было круто, что такая влиятельная политическая фигура города участвует в организации такого мероприятия. 

Просто сейчас вся эта политическая тема неоднозначна и любая политическая фигура тоже воспринимается неоднозначно. Поэтому у меня возникли сомнения, стоит ли привлекать Вячеслава Михайловича и сможет ли он как-то помочь.

 У меня зреет эта идея в голове, и, возможно, я обращусь к нему за поддержкой. Пока не решился (улыбается). 

— А откуда взялось выражение «джаз — музыка толстых»? 

— Это Горький написал. Я могу ошибаться, есть такая легенда, надо проверить — Горький отдыхал где-то в Ницце (как утверждает большинство источников, на Капри — прим. авт.), а его сын любил джаз, тогда вся Европа слушала джаз. Горькому не понравилось, что всё так громко, что трубы дудят и барабаны бабахают, и с его лёгкой руки пошло это выражение. «Сегодня ты играешь джаз, а завтра Родину продашь» — это тоже заголовок какой-то там статьи. Но, тем не менее, в Советском Союзе джаз развивался. 

— Принято считать, что джаз — это «очень умная музыка не для всех». Это правда?

— Начнём с того, что джаз — это, на мой взгляд, не стиль и не жанр. Это — язык. Причём это единственный современный язык музыки. У классической музыки тоже есть свой язык, но его нельзя назвать современным. Сегодня роль композитора [классического направления, в основном свелась к написанию саундтреков к кинофильмам, и сейчас больших композиторов просто нет. А большие джазовые музыканты есть, и музыканты поменьше тоже есть, что немаловажно. Джаз — это такой разговорный язык. Композитор — он как писатель, величие для композитора очень важно. А джазовые музыканты не писатели, они — рассказчики, они рассказывают истории. Конечно, круто, когда тебе рассказывает историю какой-нибудь легендарный сказитель, но и простой парень, который может красиво рассказать историю, по-моему, тоже интересен. 

Мне кажется, джаз вполне может быть массовой музыкой. Проблема в том, что никто не сказал широкой публике о том, что это язык, который надо немножечко знать и понимать, о чём музыкант играет. Поэтому и сложился стереотип о том, что джаз — это что-то интеллектуальное и недоступное массам. 

Чтобы понимать язык джаза, его не надо как-то там усиленно учить. Достаточно иметь определённый слуховой опыт и внимательность. И всё. Музыкальный язык абстрактен, здесь важно замечать детали, важно слышать голоса, их взаимодействие, и, собственно, всё. 

Поэтому я считаю, что — да, у джаза есть определённый порог вхождения, и он непреодолим для многих, потому что людям просто не рассказали о том, каков этот порог и как его преодолевать. 

— О’кей. Тогда, предположим, стоит человек перед бездной джаза, с одной стороны — smooth uptempo, с другой — hard-bop. Как ему выбрать? С чего начать? Каков должен быть первый шаг в этом море разливанном?

— Я придумал своё решение этой проблемы. Помимо концертов, я начал проводить [публичные] показы джазовых видео и их обсуждения. Их цель как раз помочь человеку разобраться с этой бездной. Мы смотрим концертное видео, после чего я рассказываю, обращаю внимание слушателей на важные моменты, если композиция даёт повод — даю небольшой экскурс в историю. Потом обмениваемся вопросами и ответами. Кстати, часто приходят люди, которые прямо шарят в джазе и тоже могут рассказать что-то интересное. 

Мне кажется, такие встречи помогают погрузиться в эту бездну и потом она тебя уже не отпустит (смеётся). 

— А молодёжь-то есть? 

— Да. Причём молодёжь и на концерты приходит. Что мне нравится на моих мероприятиях — невозможно составить портрет аудитории, что обычно любят делать маркетологи. Приходят люди от двадцати с небольшим до… (задумывается). Мне написал письмо слушатель из Миасса, который специально приезжал на февральский концерт, ему уже за семьдесят. Он всю жизнь слушал классику и рок, покупает виниловые пластинки и считает себя меломаном, но джаз всегда считал какой-то ерундой. Но после концерта просто заболел этой музыкой, начал покупать пластинки, углубляться в историю. 

Разброс по полу и возрасту очень большой, и это очень круто, очень вдохновляет. Это как раз один из показателей того, что джаз может быть массовой музыкой, нужно лишь чуть-чуть овладеть его языком и наслаждаться его историями. 

— Проведение концертов местных джазовых коллективов — это интересная история или не очень?

— Это непростой для меня вопрос (смущённо), поскольку я и сам челябинский музыкант, член местного музыкального сообщества, и знаю многих молодых музыкантов и мэтров. Это не только местная проблема, это проблема общероссийская, я наблюдал её, даже живя в Москве, пусть и в другом масштабе. У нас не хватает творческой атмосферы, потому что музыканты заняты заработком. Музыканты играют в кабаке, а там нет запроса на то, чтобы ты в музыкальном языке что-либо выражал. Там есть запрос на музыку, которая не мешает людям, или на музыку, под которую можно танцевать. В таких условиях как бы музыкант ни подходил к своей профессии, он вынужден жертвовать своим творчеством, уходить «в кабак», а из него, как мне кажется, практически невозможно вернуться. После двадцати лет работы в кабаке, даже если музыканту предоставится возможность продемонстрировать свой собственный материал или дать сольный концерт, он может не суметь этой возможностью воспользоваться.

Я делаю концерты ещё и по такой причине. Чтобы публика, слушая, какой может быть музыка, сформулировала для местных музыкантов запрос: «Ребята, мы хотим не только поплясать и поесть под музыку; мы хотим от вас того же, что и от них». 

В английском языке есть устойчивая формулировка creative music — если грубо перевести, «творческая музыка». Вот с этим у нас проблемы, да. В том числе из-за публики, которая требует, чтобы музыка была функциональной, и не требует, чтобы музыканты занимались каким-то поиском, экспериментировали, играли creative music. 

— А можно ли сломать эту ситуацию и сколько времени на это может понадобиться?

— Я уверен, что можно. Пока джазовая история у нас ещё формируется, пока не получается стабильно привозить музыкантов, но если представить, что у нас уже всё есть, то лет через пятнадцать-двадцать можно будет заметить хороший результат. И публика подрастёт к тому моменту, и местные музыканты подрастут, и, может быть, перестанут так массово уезжать. 


 Концерт дуэта Янке — Рандалу в екатеринбургском клубе «Эверджаз»

А это тоже проблема. Творческие музыканты перестанут уезжать, когда поймут, что их музыка здесь востребована и на ней можно как-то зарабатывать. Конечно, основной заработок для музыканта — это гастрольные поездки, но база тоже должна быть. Почему музыканты живут в Нью-Йорке? Потому что там — пусть и задёшево — всегда можно выступить, а на их родине такой возможности нет. Поэтому самые сильные ребята переезжают в Нью-Йорк. 

— Но из Челябинска нельзя сделать Нью-Йорк.

— Из Челябинска можно сделать, например, Кёльн. Туда ездило много музыкантов, легендарные музыканты — например Ли Кониц — переезжали туда жить на какое-то время. Там сформировалась творческая среда, и это было сделано искусственно. Люди в неё вкладывались, были созданы учебные заведения, где эти приезжие музыканты начинали преподавать. Постепенно всё это превратилось в классную историю. 

— Правильно ли я понимаю, что это создаст городу дополнительную привлекательность для туристов, инвесторов и так далее? 

— Думаю, да. Когда в городе из развлечений только мейнстримное кино, массовые концерты и… Я не знаю… И всё (смеётся). 

— Ещё низкопробные антрепризные спектакли.

— Да. Когда в городе мало классных нишевых историй — это показатель того, что в городе что-то идёт не так, на мой взгляд. Кстати, у нас с театрами, особенно камерными, всё очень круто. У них спектакли интересные, и фестивали проходят. А вот с музыкой… Там либо мейнстрим, либо кабак, и эту ситуацию надо менять в любом случае. 

Публичные просмотры концертных джазовых видео проводятся в киноцентре им. Оболенского, ул. Сони Кривой, 38 раз в две недели, по вторникам. Точное расписание показов джазовых видео и концертов вы можете посмотреть в пабликах «Музглупости» в социальных сетях «ВКонтакте» и Facebook.

Новости России
Российский журналист и блогер Юрий Дудь
Россия
Дудь объяснил, почему приговор Егору Жукову коснется всех неравнодушных и инициативных молодых людей
Россия
Еще один свидетель по делу «Седьмой студии» заявила о давлении следствия
Историк Олег Соколов
Россия
Историк Соколов направлен на экспертизу в центр психиатрии им. В. П. Сербского
Студент Высшей школы экономики Егор Жуков
Россия
Песков отказался комментировать дело Егора Жукова, а его дочь вступилась за студента
Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков
Россия
Песков рассказал, смотрит ли он расследования Навального
Россия
Прокуратура попросила приговорить еще трех фигурантов «московского дела» к реальным срокам
Россия
ВЦИОМ: почти 80% россиян хотят, чтобы их дети были волонтерами
Россия
США расширили антироссийские санкции за киберпреступления
Россия
Росприроднадзор проведет масштабные проверки региональных операторов по вывозу ТКО
Россия
Прокуратура просит 3,5 года лишения свободы для фигуранта «московского дела» Чирцова
Россия
Совет судей отказался от идеи наказывать журналистов за «беспорядочную критику»
Россия
В ноябре продажи на российском авторынке упали на 6,4%
Санкт-Петербург
В честь моряков с «Лошарика» могут назвать школы в Петербурге, но о героях не расскажут
Россия
Верховный суд оставил в силе приговор офицеру ФСБ, убившему мужчину за отказ подвезти
Адвокат Вадим Клювгант
Россия
Адвокаты израильтянки Наамы Иссасхар подали апелляционную жалобу на приговор
Россия
Владимир Путин продлил полномочия ректоров МГУ и СПбГУ
Россия
Медведев, говоря о митингах в Москве, посетовал на «издержки правоохранительной системы»
Россия
Госдума приняла закон о крупных штрафах для СМИ-иноагентов
Россия
Мосгорсуд отменил аресты счетов двух сторонников Навального
Россия
Дмитрий Медведев о новом допинговом скандале: «бесконечный антироссийский сериал»
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно