Доллар
Евро

«Вы там, на Урале, все сумасшедшие»

Как «Маски скорби» спустя 30 лет наконец нашли свое место в Екатеринбурге

Игорь Пушкарев
«Маски» готовят к установкеЯромир Романов/Znak.com

20 ноября в 12:00 на мемориальном комплексе в районе 12-го километра Московского тракта в Екатеринбурге будет открыт памятник «Маски скорби» Эрнста Неизвестного. В этом месте захоронено около 20 тыс. человек, расстрелянных в 1930-х годах сотрудниками НКВД. О том, что памятник наконец установят, 13 ноября на встрече с журналистами официально заявил замглавы администрации Екатеринбурга Сергей Тушин. История «Масок» в Екатеринбурге тянется с 1989 года и сейчас, похоже, близка к своему финалу. В преддверии этого события Znak.com провел собственную реконструкцию того, что произошло за последние четверть века вокруг творения Эрнста Неизвестного — мастера с мировым именем, долгое время остававшегося непонятым на своей малой родине.

«Мы аж задохнулись от самой идеи»

Договор о создании «Масок скорби» в Екатеринбурге с Эрнстом Неизвестным был подписан 24 апреля 1990 года. Скульптор, родившийся в Свердловске в 1925 году, с 1970-х годов жил в США, в эмиграции. В 1990 году впервые после долгого перерыва начал вновь создавать работы для России. Одну из них и заказали ему свердловчане.

Пункт № 1 этого договора гласил: «Заказчик получает, а автор принимает на себя создание художественного произведения „Мемориала жертв сталинских репрессий“ в технике — горельеф, размер 15 м, материал — гранит». Эскиз памятника Неизвестный должен был представить не позже 1 июля 1990 года, а рабочую модель к 1 октября 1990 года. Пункт № 3 содержал информацию о гонораре скульптору — «700 тыс. долларов США». Внизу второй страницы документа четыре подписи: Эрнста Неизвестного и созаказчиков — сопредседателей свердловского общества «Мемориал» Игоря Шварца и Владимира Быкодорова, а также тогдашнего главы горисполкома Свердловска (будущего Екатеринбурга) Юрия Новикова.

По воспоминаниям нынешнего руководителя екатеринбургского общества «Мемориал» Анны Пастуховой, о предложении обратиться к Неизвестному с просьбой создать памятник репрессированным в конце 1988 — начале 1989 года сообщил Шварц. «Это было на общем собрании „Мемориала“. Тогда это еще было в массе своей общество старых лагерников, тех самых репрессированных. Если честно, мы тогда аж задохнулись от самой этой идеи. Эрнст Неизвестный еще оставался опальным художником, эмигрантом, который был невъездным в наш закрытый Свердловск. Но при всем этом для нас он был абсолютно культовой величиной, и никаких сомнений, что так надо сделать, даже не возникло», — вспоминает Пастухова.

В 1990 году прокуратура эксгумировала останки 30 жертв, захороненных на 12-м километре Московского трактаВ 1990 году прокуратура эксгумировала останки 30 жертв, захороненных на 12-м километре Московского трактаЛев Баранов

В Музее Эрнста Неизвестного в Екатеринбурге, впрочем, уверены, что «Маски скорби» — собственная идея художника, которая лишь нашла поддержку у представителей «Мемориала». Более того, в музее также полагают, что работать над идеей покаянных монументов Неизвестный начал еще до своей эмиграции, в 50–60-х годах.

По словам научного сотрудника музея Полины Губкиной, скульптор планировал установить «Маски» в трех точках страны: Магадане и Воркуте — как точках, где располагались самые мощные учреждения ГУЛАГа, и в Свердловске, который в 30-х годах выполнял роль основного пересыльного пункта заключенных, отправлявшихся на Крайний Север и Колыму. «Получался бы такой символичный треугольник покаяния и скорби», — объясняет замысел Неизвестного собеседница.

Точно известно, что первые эскизные модели «Масок» Неизвестный сделал в 1989 году в Нью-Йорке. Те, что предназначались для Урала, он в том же году доставил самолетом в Свердловск. «Это была гипсовая модель величиной в 1 метр. Ее в самолете буквально на отдельных креслах везли, такое рискованно было сдавать в багаж», — говорит Пастухова. В 1990 году в мастерских Свердловского художественного фонда Эрнст Неизвестный создал рабочие модели «Масок». Также из гипса, но уже в 3,5 метра высотой.

Вскоре проект получил поддержку на высшем уровне. В декабре 1991 года за подписью уроженца Первоуральска, члена команды Бориса Ельцина Геннадия Бурбулиса, выполнявшего в тот момент обязанности председателя правительства РСФСР, горсовету Свердловска на установку «Масок скорби» выделили 1,4 млн рублей — пятую часть необходимых средств. 

Эрнст Неизвестный. Фото 1999 годаЭрнст Неизвестный. Фото 1999 годаАлександр Поляков/РИА Новости

«Деньги приличные, сделать можно было многое. Но тут же начались странности: деньги почему-то пошли не на специальный счет проекта, а на счет самой горадминистрации. До 30 марта 1992 года деньги не передавались в работу и ввиду гиперинфляции стремительно обесценивались. В итоге на них выпилили только 50 гранитных блоков из 3500 необходимых. При этом землеотвод не оформили, не начали даже яму копать под фундамент. Все равно что дом начать строить с форточки», — говорит Пастухова.

Вряд ли случившееся можно поставить кому-то в вину персонально. В этот период в городе произошла полная смена власти. Советское наследие, горисполком, был упразднен. Его последнего главу — Виктора Попова — в конце января 1992 года сменил мэр Аркадий Чернецкий.

«Маски», РПЦ и КГБ

Сегодня Чернецкий подчеркивает: «Идея поддержания памяти о жертвах политических репрессий для меня была всегда приоритетной». О проекте Эрнста Неизвестного он высказывается очень уважительно и говорит, что реализовать его в 1990-х помешали две вещи — отсутствие подходящего места и необходимого количества денег.

«Проект Эрнста Иосифовича до меня довели еще в самом начале 90-х представители общества „Мемориал“. Проект, надо сказать, был чрезвычайно масштабным. Он тогда не предполагался из металла. Обсуждались разные строительные материалы, в том числе гранит. Мы примерялись с этим проектом в разных районах города, но так и не смогли подобрать подходящей территории. Кроме того, проект был чрезвычайно затратным. Затратным настолько, что в начале 90-х у нас даже возможности им заняться не было. Честно сказать, есть тогда было нечего, не то что на такой проект замахиваться», — вспоминает Чернецкий.

Копия «Масок» в Музее Эрнста НеизвестногоКопия «Масок» в Музее Эрнста НеизвестногоЯромир Романов/Znak.com

По его словам, в качестве основной площадки тогда рассматривался парк за Дворцом молодежи. По словам председателя правления Клуба друзей Музея Эрнста Неизвестного — Сергея Погодина, место за Дворцом молодежи было выбрано не случайно: «Там раньше был ипподром. В 30-х его превратили в склад вещей, отнятых у репрессированных. Второй такой же склад был примерно там, где сейчас располагается ТРЦ „Европа“». Работая в 1990 году над рабочими моделями «Масок скорби» в Свердловске Эрнст Неизвестный посещал это место. Сохранились даже воспоминания, согласно которым по пути туда, в автобусе, скульптор начал рассказывать об идее проекта и пассажиры, заслушавшись, перестали выходить, пропуская нужные остановки. Тогда водитель привез скульптора прямо к парку.   

Но и это место для объекта высотой с пятиэтажный дом было маловато, а построить монумент в уменьшенном формате организаторы отказались. В конце концов проект оказался заморожен. Сама администрация сосредоточилась на обустройстве мемориального комплекса на 12-м километре Московского тракта, где в 1930-х захоронили от 18,5 тыс. до 21 тыс. расстрелянных.

Анна Пастухова до сих пор считает, что «Маски» надо было ставить не на 12-м километре Московского тракта, а именно у Дворца молодежи. «По своему жанру „Маски“ — не надгробие. Это памятник, на который должны смотреть массы людей, заряжаясь раздумьями. Он должен стоять там, где они ходят. И само место было выбрано очень удачно. Длинная аллея, которая упирается в обрыв, только зелень, только небо и „Маски“ — ничто не мешает восприятию», — пояснила Пастухова.

На 12-м километре Московского тракта готовят площадку для установки памятникаНа 12-м километре Московского тракта готовят площадку для установки памятникаЯромир Романов/Znak.com

Она считает, что финансовый фактор в начале 1990-х не сыграл решающей роли при решении о заморозке проекта. «У нас в советское время была такая понятная всем фраза: „искусствоведы в штатском“. Все понимали — речь о КГБ. Я думаю, что именно через КГБ тогда оказали самое сильное противодействие. Многие исполнители еще были живы к тому времени и находились на почетных пенсиях. В отсутствие судебного решения по репрессиям, в отсутствие категорического нравственного осуждения тех событий „Маски скорби“, будь они установлены, становились единственным полновесным приговором той эпохе. Конечно, [ветераны КГБ] сплотились, чтобы этого не допустить. В конце концов Чернецкий, который, кажется, все хорошо понимал о репрессиях, не смог через что-то переступить», — отмечает Пастухова.

Кроме того, негативную роль сыграла реакция архиепископа екатеринбургского и Верхотурского Мелхисидека (Василий Лебедев; руководил епархией с 1984 по 1994 год). 25 января 1993 году с подписью «В Екатеринбургский горсовет и в средства массовой информации» было направлено письмо за подписью Мелхисидека, в котором он обрушился с критикой на проект Неизвестного. «Зададимся вопросом — духовные традиции и сакральную практику какого народа представляет „дар“ художника Неизвестного? Мы не знаем такого народа, если не считать таким народом отдельных художников в сговоре с отдельными чиновниками», — написал церковный иерарх.

Позицию Мелхисидека поддержало общество «Отечество» — аналог национально-патриотического фронта «Память». Разъяснению позиции верующих противников «Масок» посвятила несколько специальных выпусков газета «Глагол», которую выпускали компания «Евразия» и «Русский союз». Как оказалось, православные выступили против монумента из-за крестов с подсветкой, которые планировалось монтировать внутри масок.

«Верующие тогда указывали, что кресты не канонические, что автор какой-то Неизвестный и к тому же еврей. Появились спекуляции на тему украденных денег, хотя весь свой гонорар Эрнст Иосифович поручил передать на строительство скульптуры и даже рабочие модели делал на свои деньги. Он пытался объяснить, что светящийся крест — это свет искупления, свет всепрощения. Но его не услышали. Ему было вдвойне обидно, что его не поняли на малой родине. В какой-то момент, я думаю, возник эффект перегорания. Потом, много позже, я пытался заговорить с ним об этом. Он сразу сказал, что не хочет говорить об этом и вспомнил Екклесиаста: если, что-то не случилось сразу, значит, время этому еще не пришло», — вспоминает Погодин.

Новую попытку вернуться к идее установки «Масок скорби» предприняли перед дефолтом 1998 года. К тому моменту Эрнст Неизвестный согласился убрать вызвавшие нарекания кресты из скульптуры. Но изменившаяся экономическая ситуация вновь перечеркнула все планы.

Как «Маски» отбивали с ОМОНом

В конце 90-х на проект, по словам Пастуховой, внимание обратил свердловский губернатор Эдуард Россель. «Россель даже выступил на радио „Свобода“ с заявлением в духе: "Маскам" быть! Примерно в тот же период на меня вышел [Вениамин] Голубицкий (сейчас президент компании „Кортрос“, c 1999 по 2003 год Голубицкий занимал должность свердловского вице-премьера и возглавлял МУГИСО. — Znak.com). Всем было известно, что Эрнст Иосифович не хотел менять масштаб „Масок“, Голубицкий озвучил идею поставить их на Плотинке и попросил меня написать Неизвестному письмо с просьбой согласиться на уменьшение масштаба и отливку монумента из бронзы. Эрнст Иосифович пошел на это, но проект опять забуксовал», — рассказала Пастухова.

Возникло еще одно непредвиденное затруднение. Эрнсту Неизвестному и его представителю в России Михаилу Петрову пришлось судиться с правопреемником Свердловского художественного комбината — Екатеринбургским художественным фондом за право обладания рабочими моделями «Масок скорби», которые с 1990 года оставались там на хранении.

12-й километр Московского тракта12-й километр Московского трактаЯромир Романов/Znak.com

Сохранилось любопытное извинительное письмо за подписью начальника Управления культуры администрации Екатеринбурга Татьяны Колесниковой (Ярошевской) от 2 апреля 2004 года. Четыре его абзаца из пяти посвящены сожалениям по поводу отсутствия возможности установить 15-метровый монумент «Маски скорби» в Екатеринбурге и объяснению, почему администрация города никак не может повлиять на Екатеринбургский художественный фонд как хранителя рабочих моделей.

Заканчивается послание так: «Не подвергая сомнению ваши авторские права, единственно возможным корректным способом решения имущественного спора должно стать обращение в суд. Пользуясь случаем, разрешите поздравить Вас с юбилеем (9 апреля 2005 года Неизвестный отмечал свое 80-летие. — Znak.com), пожелать крепкого здоровья, новых творческих замыслов и пригласить вас в город Екатеринбург».

«История вышла некрасивая, — подтвердила Пастухова. — [Директор Екатеринбургского художественного фонда Сергей] Титлинов распилил модели на три фрагмента каждую, сложил их у себя, забросав какими-то тряпками, и заявил, что раз они оставались невостребованными более трех лет, значит, теперь это все принадлежит фонду. Мы тогда даже шутили, что „Маски“ в зиндане у Титлинова. Суд мы выиграли. Но модели нам сразу не отдали. Пришлось идти в милицию и с ОМОНом извлекать „Маски“».

В 2006 году Михаил Петров, который сам родом из Челябинска, увез рабочие модели «Масок скорби» на хранение в столицу Южного Урала. На протяжении нескольких лет прорабатывался проект их установки в районе Золотой горки под Челябинском, где в 30-х также массово хоронили расстрелянных. До его реализации дело не дошло. При этом все свердловчане подчеркивают, что Петров и его команда сделала все, чтобы как минимум организовать должные условия хранения гипсовых моделей «Масок скорби» в местном Краеведческом музее.

Наконец получилось

Дело сдвинулось благодаря участию свердловского губернатора Евгения Куйвашева. Задачу закончить историю с монументом он поставил еще в 2013 году на церемонии открытия Музея Эрнста Неизвестного. 

«Евгений Владимирович, надо сказать, много сделал и для открытия самого музея, и для возобновления идеи с установкой „Масок“. Ужас заключался в том, что Эрнст к тому времени перенес нейрохирургическую операцию и уже не мог сюда приехать, чтобы продолжить работу и увеличить рабочую модель. Ушел из жизни и наш Андрей Антонов, который с ним много работал [и мог бы помочь]. Собственно этим и вызвано то, что монумент делается сейчас в размер рабочей модели. Но Эрнст, слава богу, успел еще при жизни с этим согласиться», — говорит художник Виталий Волович.

«Трагедия 30-х годов, „большой террор“ — для меня это все — личная история, — рассказал Znak.com свердловский губернатор Евгений Куйвашев. — Моя семья также пострадала в годы репрессий. И это то, что нельзя забывать. Не было никаких сомнений, что проект „Маски скорби“ Эрнста Иосифовича Неизвестного надо реализовывать. Реализовывать здесь, в Свердловской области, в Екатеринбурге. Это место определил сам Эрнст Иосифович — наш земляк. Это место, которое сыграло определенную, печальную, роль в 30-е годы. Сейчас перед нами стоит задача сохранить память об этом. Сохранить и передать понимание глубины той трагедии, что произошла, нашим детям и внукам», — сказал губернатор.

Куйвашев: «История Большого террора — личная история для моей семьи»Куйвашев: «История Большого террора — личная история для моей семьи»Яромир Романов/Znak.com

Непосредственную реализацию проекта курировал заместитель главы региона Павел Креков. Сам он, возможно, скромничая, говорит, что основную роль сыграла все-таки мэрия Екатеринбурга.

В апреле 2015 года рабочие модели «Масок скорби» перевезли обратно в уральскую столицу. Занимались этим уже сотрудники литейной мастерской Ивана Дубровина. Незадолго до этого с Дубровиным связался сам Эрнст Неизвестный.

Иван Дубровин показывает процесс обработки «Масок»Иван Дубровин показывает процесс обработки «Масок»Яромир Романов/Znak.com

«Это суббота, мы с женой еще спим. Вдруг идет звонок из Нью-Йорка. В трубке голос: „С вами говорит жена Эрнста Неизвестного Анна. Мы хотели бы с вами поговорить“», — вспоминает Дубровин. Он признается, что сначала расценил происходящее как розыгрыш. «Я знаю, кто такой Эрнст Неизвестный. У меня знакомство произошло с ним в мастерской Андрея Геннадьевича Антонова. Это был еще 2008 год. Тут 2015 год, Андрея Геннадьевича уже нет в живых, мне было 33 года, возраст Христа, и мне предлагают отлить „Маски“», — говорит мастер.

На границе Екатеринбурга по Челябинскому тракту машину с «Масками» встречал главный художник города Дмитрий Фогель. Вместе с архитектором Борисом Демидовым и Дубровиным Фогель сейчас делает основную работу по подготовке самой бронзовой скульптуры и площадки на 12-м километре Московского тракта, где она будет установлена. По поводу того, что бронзовые «Маски» должны появится именно на 12-м километре, уже практически не дискутируют. Тем более что место во время недавнего визита в Екатеринбург одобрила вдова первого президента России Наина Ельцина.

После того как рабочие модели привезли из столицы Южного Урала, их поставили на подотчет в Музей истории Екатеринбурга и передали в работу литейной мастерской Дубровина. Из специальной пулковской глины сделали формы для отливки. Их уровень оказался такой, что на бронзовом монументе удалось сохранить даже отпечатки пальцев Неизвестного и следы инструментов, использовавшихся им при лепке моделей. 

Яромир Романов/Znak.com

Казалось бы, препятствий для реализации проекта больше не осталось. Однако, как и прежде, во главу угла встал главный вопрос — финансовый. Только на изготовление скульптуры с учетом необходимых материалов надо порядка 8 млн рублей. Вместе с обустройством мест и установкой скульптуры затраты оцениваются в 25 млн рублей.

«Это был год, когда Неизвестному исполнился 91 год, — вспоминает Дубровин. — Я позвонил ему и сказал: „Эрнст Иосифович у меня есть внутренняя потребность начать отливку масок“. На тот момент гипсовым моделям уже было 25 лет. Еще 5 лет, и мы бы их полностью потеряли. У нас оставались 4 млн рублей. Это все, что мы всей нашей мастерской заработали за год. Риск был, но я решил — надо начинать. Тем более что бронза — почти вечный материал. Такую скульптуру невозможно утопить. Эрнст Иосифович на это мне только сказал: „Вы там, на Урале, все сумасшедшие“. Тогда я ему ответил: „Так ведь вы тоже с Урала“», — говорит Дубровин.

Маски отливали на заводе РТИ. Сейчас в мастерской Дубровина завершается процесс их обработки: патинирование, художественная проработка отдельных деталей, нанесение воска. Установка на мемориале начнется 16 ноября, все должно быть готово к 20 ноября. «Мы можем гордиться, что на Урале, из уральского металла отлили монумент по моделям великого мастера, родившегося на Урале. Это будет просто бомба! После этого всех, кто будет прилетать к нам в регион, надо будет везти на 12-й километр», — считает Дубровин.

На самом деле «Масок скорби» будет три: бронзовые на 12-м километре Московского тракта (высотой 3,5 метра), метровая гипсовая эскизная модель — в Музее Эрнста Неизвестного (ее сохранили в «Мемориале» и передали после создания экспозиции) и рабочая модель, кочевавшая между Екатеринбургом и Челябинском. Сегодня Сергей Тушин призвал журналистов подумать, где можно выставить последнюю. Среди вариантов: площадка Музея истории Екатеринбурга и Ельцин Центр.

Читайте также
Реклама на Znak.com
Новости России
ЯНАО
Пресс-секретарь президента РФ предложил не обвинять школьника из ЯНАО в «смертных грехах»
Президент Ирана Хасан Роухани
Россия
Президент Ирана заявил о полной победе над ИГИЛ
Владимир Соловьев
Екатеринбург
Полиция не стала заводить дело на Владимира Соловьева за его фразу о «2% дерьма»
Челябинск
ПО «Маяк» категорически отрицает причастность к выбросу рутения-106 в атмосферу
Россия
В правительстве заявили, что Медведев будет в Москве в день суда над Улюкаевым
Россия
В Магадане пятилетнюю девочку нашли мертвой в стиральной машине
Челябинск
Власти Южного Урала не планируют эвакуировать людей из-за информации о рутении
Игорь Сечин
Россия
Сечин вновь прогуляет заседание по Улюкаеву: у него командировка в ХМАО
Россия
На проекты духовника Путина из бюджета потратили 10 миллиардов рублей
Челябинск
На «Маяке» не исключают, что рутений есть в отходах, которые привозят на переработку
Россия
Рамзан Кадыров предложил передать прах Сталина Грузии и увековечить Хрущева
Россия
СМИ: за крах «ВИМ-Авиа» уволят зятя Ельцина
Россия
Медведев разрешил заряжать электромобили в помещениях
Россия
В Приморье двое мужчин в зоопарке избили поросенка и плевались в тигров
Россия
Минюст предлагает снабдить телевизорами и холодильниками все камеры СИЗО
Россия
В Санкт-Петербурге автомобиль провалился под асфальт
Россия
Пенсионерке из Воронежа, выигравшей в лотерею полмиллиарда рублей, начали поступать угрозы
Россия
Россельхознадзор запрещает поставки свинины и говядины из Бразилии
Николай Десятниченко
ЯНАО
Мать Николая Десятниченко после доклада сына в бундестаге боится за его безопасность
Михаил Федотов
Екатеринбург
Глава СПЧ предложил привлечь поисковиков к изучению репрессий. Начнут с Екатеринбурга
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.