Доллар
Евро

Учатся всю жизнь

Исторический музей открывает секреты работы реставраторов, устраивая публичные встречи с мастерами

На выставке «Сохраняя историю. Музейная реставрация» в Челябинске представлено более ста экспонатов, но уникальна она совершенно не этим. Изюминка мероприятия состоит в том, что по вторникам посетители могут воочию наблюдать работу реставратора — человека магической профессии, восстанавливающего артефакты прошлого для будущих поколений. В государственном Историческом музее Челябинской области ежегодно дают новую выставочную судьбу примерно полутора сотням экспонатов. 

Челябинск, по большому счёту, город молодой. Его солидный календарный возраст не соответствует самосознанию Челябинска как крупного города. Этот процесс получил новый старт после того, как со столицы Южного Урала был снят статус «закрытого города» и она вступила в конкурентную борьбу за ресурсы с другими миллионниками страны. Поэтому всё, что связано с краеведением и конструированием городского мифа, пользуется у горожан возрастающим спросом.

Экспозиция «Сохраняя историю. Музейная реставрация» содержит несколько разделов: реставрация ткани, бумаги, темперной живописи, дерева, бытового и археологического металлов, а также работы таксидермиста. На минувшей неделе гостей встречала милейшая Надежда Сергеевна Маткина, специалист по реставрации графики, которая поведала о тонкостях своего ремесла коллегам-реставраторам из областного государственного архива Челябинской области и челябинским студентам. 

«У гостей из областного архива повод для визита был насущный и сугубо профессиональный. Дело в том, что скоро они получают новую лабораторию с реставрационным оборудованием, которое необходимо будет освоить в короткий срок. И помощь Исторического музея в лице реставратора Надежды к челябинским архивистам пришла как нельзя кстати», — пояснил пресс-секретарь музея Юрий Богатенков.

Znak.com задал Надежде Маткиной несколько вопросов. 

— Надежда Сергеевна, расскажите, пожалуйста, а как вообще люди становятся реставраторами? В Хогвартсе? Это же прямо волшебство какое-то.

— Чтобы работать реставратором, нужно окончить средне-специальное либо высшее учебное заведение по специальности «реставратор». В Челябинске таких специализированных учебных заведений нет, как и в Екатеринбурге, кстати. Есть училище в Суздале, где готовят профессионалов-реставраторов по разным направлениям. В Москве и Санкт-Петербурге есть также соответствующие факультеты в вузах. Я слышала, что готовят специалистов в Казани, но, в любом случае, таких учебных учреждений у нас в стране немного. И, конечно, реставратор из Москвы или Санкт-Петербурга вряд ли приедет в провинциальный музей, чтобы тут работать, хотя у нас есть много интересных музеев и много ценных экспонатов, требующих реставрации. 

Часто реставраторами становятся искусствоведы или люди, получившие художественное образование. Они приходят в музей и позже начинают ездить на стажировки в другие музейно-выставочные учреждения. У нас есть центры, где человек может пройти стажировку подобного рода. Это достаточно длительный процесс.

— Я почему-то всегда думал, что для работы реставратором нужно обязательно быть художником, и вариантов нет.

— Искусствоведы тоже изучают графику и на теоретических, и на практических занятиях. 

— А что тогда самое главное в работе реставратора?

— Зависит от выбранного направления. Если мы говорим о графике, то обычно говорят, что «нужны хорошие руки» (улыбается). Если человек схватывает всё на лету. Реставратор — это, прежде всего, хорошая научная база, теоретическая база и потом уже практическая часть. В любом случае, если обычному человеку показать какие-то реставрационные операции, с ходу он их не выполнит, нужны наработанные навыки. 

Конечно, реставратор не начинает работу со сложными предметами, знакомится с ремеслом с самых простых операций и, только обучаясь в процессе работы, начинает восстанавливать всё более и более сложные произведения. 

У реставратора графики тоже есть определённая градация. Мы начинаем работать с печатной графикой, то есть с произведениями искусства с красочным слоем, устойчивым к увлажнению, учимся удалять загрязнения, восполнять утраты, подклеивать разрывы, устранять деформацию и так далее. Речь идёт о плакатах, афишах, листах из книг. Это могут быть также литографии, линогравюры и так далее. 

Сначала реставратор работает с чёрно-белыми изображениями, а потом переходит к цветным. 

Авторская графика — это уже следующий этап. Она тоже имеет достаточно устойчивый красочный слой. Например, графитный карандаш или тушь, следующая по сложности — чёрная или цветная акварель. Самые сложные — уголь, сангина или пергамент. Впрочем, всё зависит от степени повреждения экспоната. 

— А какой экспонат был самым кошмарным в вашей работе?

— Я работала с плакатами 20-х годов из наших фондов, периода Гражданской войны. Среди них очень много большеформатных плакатов, это тоже определённая сложность для реставратора, поскольку нужно владеть отдельной методикой. Основная масса этих плакатов выполнялась на бумаге очень низкого качества, в большом количестве содержащей легнин, то есть древесную массу. Такая бумага очень быстро стареет, становится хрупкой и ломкой. Эти плакаты изначально не изготавливались для длительного хранения, тем не менее эти предметы дошли до нас. Вторая сложность — они имели многочисленные механические повреждения: утраты, изломы, разрывы. Многие плакаты несли следы бытового ремонта. 

— Извёсткой заляпаны?

— Нет. Бытовой ремонт в этом случае, когда утраты подклеивались кем-то в бытовых условиях с изнанки, чтобы предмет далее не разрушался. Часто плакаты подклеивали на плотную бумагу такого же низкого качества, используя при этом, конечно, отнюдь не реставрационный клей. 

— Казеиновый какой-нибудь?

— В нашем случае очень часто использовался ПВА. А то ещё и силикатный клей, который сильнее всего портит бумагу. Он глубоко проникает в структуру бумаги в короткие сроки и разрушает её. Если осмотреть такую бумагу, она становится ватной, обесцвечивается, также обесцвечивается и изображение. И эти процессы необратимы. 

— И всё, уже ничего не исправить?

— Если обесцветился печатный текст, его уже не вернуть. Если силикатный клей глубоко въелся в волокна, всё это нужно счищать, включая мельчайшие частицы, которые всё равно будут разрушать бумагу. Мы обрабатываем эти участки раствором уксусной кислоты, чтобы нейтрализовать химическое действие следов клея, и промываем лист от химиката. 

— У обывателя рисуется в голове такая картинка: пришёл красивый реставратор в белом халатике, взял в руки пожёванное и обгоревшее произведение искусства, помахал кисточкой, чем-то его побрызгал, подул — и всё. Скажите, оно правда будет как новенькое?

— Нет, в музейной реставрации не нужно добиваться, чтобы произведение искусства выглядело как новое. Чаще всего, важно сохранить «следы бытования» предмета — ценные надписи, подписи, штампы и так далее. По этим следам можно иногда установить датировку экспоната и проследить его историю бытования. Если говорить об удалении загрязнений с произведений графики, тут нужно быть очень осторожным, так как самые стойкие загрязнения удаляются химическим способом. Любое действие химиката на предмет опасно, и мы обязательно промываем предмет, чтобы удалить следы реагента, иначе мы не принесём пользу экспонату, а лишь навредим ему. Поэтому часто на произведениях графики остаются следы загрязнений, которые не удалось ликвидировать теми химикатами и теми их концентрациями, которые допустимы в данном случае. 

То же самое с тонировкой. Если произведение авторской графики утратило какие-то фрагменты изображения, реставратор ни в коем случае не должен их дорисовывать (улыбается). Иначе это уже не будет музейной реставрацией. Реставратор лишь делает тонировку места, где обнаружена утрата. В тиражной графике возможны варианты. По решению реставрационного совета мы можем восстановить какие-то элементы. Например, если утрачена буква, то мы можем по аналогиям с такими же буквами в тексте её дописать.

В любом случае граница между авторским рисунком и следами реставрации должна присутствовать. Реставратор — не художник. 

То же с иконописью. Если обнаружились какие-то утраты письма, музейный реставратор их ни в коем случае не дорисовывает, делаются только тонировки на два-три тона ниже, чем исходный цвет. 

Конечно, есть и немузейная реставрация, когда приходит заказчик и говорит: «Хочу, чтобы эти золотые нимбы сияли», это частный случай, но у музейной реставрации свои строгие правила. 

— А каков ваш путь к профессии реставратора?

— Я училась на искусствоведа и на четвёртом курсе пришла сюда, в музей, в недавно открывшиеся реставрационные мастерские. И тут я поняла, что практическая работы с предметами искусства мне гораздо больше нравится, чем теоретическая. Работать с предметом мне нравится гораздо больше, чем, например, о нём рассказывать. Привлекла практическая работа руками. 

Раньше в музее не было реставрационных мастерских, поскольку не было условий. Они появились только в новом здании, которое в следующем году отпразднует десятилетний юбилей. Сначала здесь работали только Вера Ивановна Таушканова, которая занималась этнографическим деревом и реставрацией мебели, и макетчик. Зинаида Святославовна работала реставратором тканей, и ещё был таксидермист…  Я делала какие-то вспомогательные работы под её руководством, потом уже нужно было определяться, и так я начала целенаправленное обучение профессии реставратора графических произведений. Всего нас в отделе сейчас работает семь человек. 

В разговор вмешивается Юра Богатенков, пресс-секретарь музея:

— Вообще, я так понял, что предела обучения у них нет. Они учатся и по двадцать, и по тридцать, и даже по сорок лет. Ездят на стажировки, работают. 

— Самое главное — поставить себе цель и не останавливаться, понимая — вот этот предмет ты пока ещё сделать не можешь, тебе нужны дополнительные знания. Даже когда человек выходит из реставрационного училища, обладая огромной теоретической базой, он приходит в музей и понимает, что ему придётся ещё очень многому учиться, — говорит Надежда Маткина. 

Выставка «Сохраняя историю. Музейная реставрация» продлится в Историческом музее до 4 февраля. Адрес: ул. Труда 10, Музейно-выставочный центр. Вход со стороны набережной. Билеты в кассе Восточной башни. Стоимость билетов: 50 рублей — обычный, 150 рублей — с экскурсией и мастер-классом. 

 

Читайте также
Реклама на Znak.com
Новости России
Россия
Прокуратура проверит неполиткорректный материал «Вечерней Казани» о темнокожих работниках
Россия
Татьяна Голикова заявила о старте повышения пенсионного возраста в 2019 году
Россия
Опубликовано видео штурма квартиры с заложниками в Москве
Россия
Авторы телеграм-канала по разоблачению «казаков» заявили о вирусной атаке
Россия
Глава РАН: «Мода на инновации идет в ущерб образовательной функции вузов»
Россия
В МТС заявили, что «пакет Яровой» не подорвет инвестпотенциал компании
Россия
В Кемерове задержан начальник регионального МЧС
Россия
В Южной Корее за долги арестовано российское судно «Николай Касаткин»
Россия
Олег Дерипаска официально покинул совет директоров «Русала»
Президент России Владимир Путин
Россия
Путин пошутил, что у президентов «нет конкретной работы»
Россия
Незыгарь: Генерал ФСБ, умерший после крушения вертолета, летел с криминальным авторитетом
Продюссер Харви Вайнштейн
Россия
СМИ: подозреваемый в домогательствах Вайнштейн добровольно сдастся полиции Манхэттена
Эммануэль Макрон и Владимир Путин
Россия
Путин прокомментировал крушение MH17, «даже не знакомясь» с заключением следствия
Депутат Госдумы РФ Наталья Поклонская
Россия
Поклонская требует скрыть фигуры Сталина, Черчилля и Рузвельта в Ливадийском дворце
Россия
СКР возбудил уголовное дело по факту захвата заложников и убийства мужчины в Новогиреево
Россия
Операция в Новогиреево завершена: один заложник скончался, захватчик сам себя ранил ножом
Россия
СМИ: В Москве пьяный вооруженный мужчина взял в заложники троих человек
Актер и режиссер Морган Фриман
Россия
Моргана Фримана обвинили в сексуальных домогательствах
Россия
Депутат Госдумы поставит в Курганской области памятник Путину, несмотря на возражения АП
Россия
Порносайт PornHub запустил собственный VPN
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно