Доллар
Евро

«Когда власти боятся даже лилипутов — это заставляет задуматься»

На концерте в Челябинске группа LUMEN вновь подтвердила, что рок-н-ролл жив

Рустем (Тэм) Булатов на концерте в ЧелябинскеЕлизавета Губарева

Одна из самых известных и самобытных рок-групп России — уфимский коллектив LUMEN — выражает своим творчеством главную ценность рок-музыки — свободу. В этом году группа празднует 20 лет с момента рождения, но, несмотря на ветеранский стаж, сегодня ребята являются самыми яркими апостолами русского рока и по-прежнему жгут со сцены так, как многим молодым командам и не снилось. При этом LUMEN последовательно следует традиции рок-н-ролла, сложившейся ещё в 60-е, и не отказывается говорить на острые темы. 

О творчестве, о жизни и стране Znak.com поговорил с фронтменом группы — Рустемом Булатовым, которого друзья и поклонники называют просто Тэм. 

Об образе жизни

— Бывает, я просыпаюсь достаточно рано, в районе семи. Если это день попроще, то просыпаюсь в районе десяти утра и отправляюсь на нашу репетиционную базу, которую мы недавно превратили в собственную студию. Распорядок складывается из особенностей дня. Если это репетиционный день, то до 13:00 — 14:00 — времени, когда начинаются репетиции, — я могу что-то покрутить, повертеть какие-то новые идеи, задумки, поработать с черновиками песен. 

К обеду в студию приходят ребята. Иногда по приходе я обнаруживаю, что свято место занято, там творит Гарик (Игорь Мамаев, гитарист группы — прим. авт.). Тогда я занимаюсь другими делами: сочинительством, или могу давать онлайновое интервью, отвечая на вопросы, присланные по почте. Существует множество хозяйственных вопросов, обыденная бытовуха — например, нужно купить кофе, который закончился, или нужны новые стройматериалы, поскольку студия у нас всё ещё в процессе стройки. 

Если это репетиционный день, мы несколько часов репетируем. В дальнейшем расписание опять-таки зависит от специфики дня. Если мне никуда не нужно идти, то после репетиции, которая заканчивается в районе 18-19 часов, я спокойно могу сидеть в студии до позднего вечера, занимаясь своими делами. Если у меня есть дела, я ухожу со студии вместе со всеми. 

Если это не репетиционный день, я могу весь день заниматься творчеством с какими-то отвлечениями: например, почитать книгу или поиграть в игру. Наша студия так устроена, что она для нас — дом. Дом, в котором нам хорошо, уютно и где нам нравится находиться. 

О работе над песнями

— Каждая наша композиция, вне зависимости от того, написана ли она мной или нашим гитаристом Гариком, проходит несколько этапов. Сначала это индивидуальный черновик, сделанный одним человеком и отражающий его личное видение. Потом появляется уже совместный черновик, и только потом материал превращается в «чистовик», если всех всё устраивает, потому что у нас в группе полная демократия. 

О детях

— У меня два сына: 12 и 13 лет. Несколько лет назад мы с женой развелись, и я стараюсь почаще заезжать к ним в гости. Это не всегда просто. Не только потому, что у меня достаточно загруженный график, но ещё и потому, что они учатся в разные смены: один — утром, другой — после обеда. Поэтому, если я хочу видеть их обоих, мне приходится приезжать достаточно поздно, когда старший приходит с занятий. Возможность пообщаться возникает, когда ребята уже заканчивают «домашку».

О воспитании

— Я пытаюсь мотивировать сыновей на то, чтобы они не тратили время на то, что кажется мне пустым, и как-то сосредоточились на том, что мне кажется важным. Подростковой «ершистости» в них пока ещё немного, думаю, всё это у нас ещё впереди. Но у них проявляется безалаберное отношение к жизни, когда они считают, что «всё просто». Плохая отметка? Ничего страшного, исправлю её потом. Не смог исправить потом и получил «трояк» за четверть? Ничего, я в следующей четверти постараюсь. Это вечно отложенный платёж — «у меня дальше всё будет хорошо». 

Я пытаюсь объяснить, что гораздо проще сразу добиться хорошего результата и не возвращаться к этому, потому что так легче. Я рад, что все мои долгие беседы и совместные занятия привели к результату. Сейчас закончилась четверть, и оба сына подтянулись по сравнению с тем, как они начинали год. 

Они вошли в правильное русло, и я надеюсь, что не растеряют этот запал и не погрузятся опять в это страшное болото, в которое их начало засасывать невероятное количество бесплатных игр, полностью их заколдовавших. Вся эта никчёмная, бессмысленная волна совершенно пустой информации из соцсетей, когда всё заточено только на одно: развлечь, развлечь, развлечь. 

Мне приятно, что удаётся их оттуда выдернуть. Ребята заинтересовались историей, что мне очень важно и нужно как человеку и гражданину (улыбается). Младший достиг определённых успехов в изучении биологии, съездил на городской этап олимпиады. Всё сдвинулось. Круто, что их круг интересов сместился и теперь это не только известные блогеры, игроведы и бесконечные мемасики, но и что-то настоящее. Я ими горд. 

Об отношении к статусу рок-звезды

— Думаю, мои дети, в принципе, ещё не понимают, кто такие рок-звёзды, и уж тем более не считают меня таковым. Во-первых, я никогда не позиционировал себя так ни в жизни, ни в отношениях с ними. Во-вторых, они всегда видели оборотную сторону этого процесса и понимают, что это труд. Если они звонят мне, когда я нахожусь на студии, я говорю: «Ребят, я на студии». И они сразу отвечают: «А, так ты на работе». Для них студия — такое же место моей работы, как офис или завод. 

Для очень многих людей я — обыкновенный парень. Просто человек, который ещё и поёт. Я никогда не пытался поставить себя выше людей. Ни в общении, ни во взаимоотношениях, ни каким бы то ни было образом. Если мне нужно было донести какую-то мысль, я всегда просил меня по-человечески понять. Например: «Ребята, мы сейчас, после концерта, можем сделать с вами одну совместную фотографию, но не двадцать отдельных селфи. Я прошу вас об этом не потому, что я — звезда, а потому, что мне через пять часов нужно сесть в автобус и ехать на концерт в город Челябинск (смеётся). Именно поэтому мне нужно хотя бы немного поспать, и эти пять часов — всё, что у меня есть». 

Не потому, что я крутой, не потому, что я так сказал, и не потому, что я так хочу. А потому, что это по-человечески понятно. И когда ты выстраиваешь отношения с людьми таким образом, то есть и обратное отношение к тебе. Тебя попросту понимают. Я никогда не пытался отгородиться от людей, и это снимает все вопросы. Меня никто не хочет приземлить, потому что я никогда не говорил, что я летаю (улыбается). И мне прямо по кайфу. Я нормально хожу по магазинам. Даже если меня кто-то узнаёт, мы нормально общаемся, говорим о музыке, фотографируемся, я даю автограф, с этим нет никаких проблем. 

Я хожу в обыкновенный спортзал, с общей раздевалкой и обыкновенным душем. У меня там нет никаких VIP-привилегий, я, как и все, хожу обмотанный полотенцем, и это не вызывает ни у кого никаких вопросов (смеётся). 

Мне кажется, что так жить — нормально. Так — хорошо. Поэтому всё очень комфортно.

О том, что помогает музыканту выжить в гастрольном туре

— Опыт. Мы ко всему приходили очень постепенно. То, что ничего хорошего не сваливалось на нас внезапно, — это, в определённом смысле, наша хорошая сторона. Мы ко всему двигались очень поступательно. Первый тур, выстроенный именно как тур, когда мы покатились из города в город, насчитывал всего городов пятнадцать, и проехали мы их за месяц. Следующий тур был чуть побольше, следующий — ещё чуть побольше, и у нас была возможность учиться различать, что правильно, а что — нет. 

С вечера выпил? Если на следующий день тебе в дорогу, тебе будет плохо в дороге, а если концерт — вообще беда. Значит, делаешь выводы из этого. Соединить выпивку и музыку не получится, надо выбирать. Приехал в незнакомый город на один день, у тебя есть пара часов? Пошёл посмотреть на достопримечательности, ушатал себя километровыми пешеходными прогулками — на чеке (саундчек — довольно непростая процедура проверки звука перед концертом — прим. авт.) выдохся, на концерте сдох — опять же делаешь выводы. Как бы ни был прекрасен новый или уже знакомый тебе город, как бы тебе ни хотелось посмотреть какие-то вещи, начинаешь всё дозировать. Нужно понимать, на что у тебя хватает сил, а на что — нет. 

Если не успел восстановиться, то, если есть возможность, до чека спишь. Просто спишь. Везде спишь. В автобусе. В поезде. В гримёрке. В отеле. Есть лишняя возможность отдохнуть — есть книга, есть фильм, есть игра. Или просто сон. Таким образом, всё складывается в очень понятный график. 

О политической позиции, оппозиции и народе

— Я стал разборчивее. После 2010 года, когда я посмотрел на всё, что происходило в Москве, на Болотной площади, мне стало совершенно понятно, что идея «враг моего врага — мой друг» — утопична. Это сборище людей совершенно разных политических воззрений, выходивших под лозунгом «сейчас мы всех победим, а потом разберёмся», как-то бессмысленно. Бессмысленно, потому что не представляет из себя хоть какой бы то ни было реальной политической силы. Протест захлебнулся достаточно быстро. Причина, как мне кажется, была во внутренних конфликтах и внутренних непонятках. Вышедший на свободу Удальцов первым делом не преминул сказать, что у него много вопросов к господину Навальному, это показывает, собственно, степень разложения протестов той поры. И я вижу, что, по самому большому счёту, ничего не меняется. 

Никакой популизм, никакая демагогия не увлечёт за собой людей. 

Этим мне очень нравятся наши соотечественники. Они, научившись на своём веку и вспоминая опыт всех прошлых революций, свершившихся в России, прекрасно отдают себе отчёт в том, чему верить, чему не верить. Их, что называется, на мякине уже не проведёшь. 

О том, что не устраивает в стране

— Я ни в коем случае не изменил своему оппозиционному настрою, но я за оппозицию конструктивную. Я могу чётко сформулировать, что конкретно меня не устраивает в том, как устроена жизнь в моей любимой стране сейчас. 

Меня, безусловно, не устраивает политическая составляющая. Потому что я не могу себе представить хоть сколько бы то ни было весомого оппозиционного кандидата на пост президента. Или какую-то новую политическую партию, которая начнёт набирать силы. Я не могу себе представить, что её не будут мочить в информационном поле. Будет подключен административный ресурс, федеральные СМИ, прочие рычаги для того, чтобы дискредитировать эту силу как можно скорее. 

Этот страх какого бы то ни было инакомыслия, любого несогласия с основным курсом партии — большой признак упадка и слабости. 

Человек, уверенный в своих силах, знающий, что он прав, не станет бояться ребёнка. А любой новый кандидат, любая новая партия на политическом поле — по сравнению с теми, кто сейчас у власти, — безусловно, будут существовать на правах ребёнка, которому нужно будет расти и взрослеть долгий период. 

Для того, чтобы хоть как-нибудь завоевать симпатии граждан нашей страны, нужно хотя бы лет десять. Никто вот так, с разгона, «с кондачка» не наберёт сил, не наберёт такого количества сторонников, чтобы перевесить «Единую Россию» или Путина как олицетворение власти в нашей стране. 

Но когда власти боятся даже лилипутов — это заставляет задуматься. Ребята, вы чего вообще?! Что с вами не так? Вы чувствуете, что у вас где-то есть ахиллесова пята? Что может прийти Давид и просто свалить Голиафа, так что ли? Этот страх я чувствую. И мне это странно. 

О самодостаточности России

— Всё, что касается экономики, вызывает у меня огромное количество вопросов. Я не понимаю, почему мы до сих пор состоим в ВТО, несмотря на все эти санкции? Первой волны санкций уже было достаточно, чтобы сказать: «Ребята, ну, всё. Пока». Что даёт нам членство в этой организации? Мы упрощаем приход на наш рынок каких-то фирм и организаций со всего мира для того, чтобы они могли здесь хорошо торговать? Хорошо. Чем торговать будем мы? Что мы предлагаем миру? Что мы будем продавать благодаря нашему участию в ВТО? Что у нас есть? Новые технологии? Нет. Что мы продаём? Углеводороды и оружие. Но это у нас и без ВТО купят. Я не понимаю, зачем мы должны сидеть за одним столом со всеми этими нехорошими людьми, которые не готовы нас адекватно воспринимать? Зачем мы продолжаем держать для них двери открытыми? 

У нас есть всё, что нужно для того, чтобы быть счастливыми: земля, вода, ресурсы, тёплое море. Я не сторонник изоляции и нового «железного занавеса» (смеётся), но давайте отдавать себе отчёт: друзья, если нас снаружи обложат, прямо по полной программе стену выстроят, мы ничего не проиграем. Это они проиграют.

Это мы им нужны. Они нам — не очень. Ровно по той причине, что у нас есть всё. Всё, что необходимо человеку для того, чтобы жить. 

Мы можем построить себе дома, мы можем себя накормить, можем обеспечить себя энергией. Всё остальное очень интересно и важно, все эти гаджеты, планшеты, квадрокоптеры и прочие гироскутеры (смеётся)… но, блин, согласитесь, что это всё прикольно, но это — баловство. По большому счёту, если уж совсем прижмёт, пересядем на УАЗики. Ну как-то жили же с УАЗиками, и нормально было. 

В этом смысле, если выбирать между компромиссами и какой-то гордостью, то я не знаю, куда склониться. Я не готов ответить честно, положа руку на сердце, что я — совершенно бескомпромиссный патриот. Но чуть-чуть повыше приподнять голову мы как страна и обязаны, и имеем право. Потому что всё уже давно идёт по пути даже не двойных, а тройных стандартов. Кому-то можно всё, кому-то можно немножко, а России нельзя вообще ничего, просто потому что мы — Россия. 

Об образе медведя во внешней политике

— Если говорить о внешней политике, у меня всё время вызывает недоумение этот образ России как медведя. Почему наша власть во внешней политике ведёт себя как медведь, который пришёл всё забрать потому, что он — медведь. У нас потрясающая культура. У нас всегда есть что предложить миру. Если в области развлечения, энтертейнмента, кино, телевидения, популярной музыки, рок-музыки, видеоигр мы всегда были на второстепенных ролях, то в области классического искусства, изобразительного искусства, балета, оперы, народных танцев, вещей, абсолютно признанных во всём мире, которые являются эталонными, мы никогда никому форы не давали. Это наше достояние. 

Почему через эти вопросы, через русскую литературу мы не можем продвигать Россию в разных странах так, как это делает Британский культурный совет, который буквально на днях у нас закрылся. Почему с этой стороны наша дипломатия настолько слаба, мне неясно. Ну хорошо, через эту призму сложно доносить свою культуру до стран дальнего зарубежья. Но оставить некое культурное давление — в хорошем смысле этого слова — хотя бы на страны бывшего Советского Союза, я считаю, мы могли себе позволить. Устраивать за государственный счёт гастроли наших звёзд хотя бы по столицам стран бывшего Союза, чтобы билет стоил минимальных денег, продолжать свою культурную экспансию, которая нам необходима просто потому, что это теперь наши соседи. 

Они должны видеть нас не только как ядерную державу у себя под боком. У них должно быть ощущение, что под боком у них находится мировой культурный центр.

 Мне это непонятно. И вот таких «непониманий» каких-то вещей, касающихся каждого человека, живущего в нашей стране, у меня ещё очень много, и я могу долго про них рассказывать. 

У меня много вопросов по поводу сельского хозяйства. Почему нам надо было дожидаться контрсанкций, чтобы что-то стало развиваться в этой отрасли? Почему люди у власти до сих пор не отдают себе отчёт в том, что без нормального начального среднего образования у нас не будет никакого образования вообще? 

О гражданской позиции

— Почему учителя у нас не зарабатывают, почему эта профессия до сих пор не стала престижной? У нас же были какие-то невероятные стабилизационные фонды в своё время, но почему мы учителей не подняли, почему мы не сделали престижной их профессию? Ведь от неё зависим все мы! Без нормального образования что-то строить и чему-то учить бессмысленно, потому что фундамента нет. Но всё так, как есть. И причину я вижу только одну: плохое, неэффективное управление. 

Мне хочется это поменять. Я считаю, что мы достойны лучшего. Мне кажется, что очень многие люди, занимающие сейчас определённые посты и должности, просто очень плохо делают свою работу. Если они не смогут сделать её лучше, им надо уступить место тем, кто сможет её сделать. Вот такая у меня позиция.

Новости России
Россия
ЕСПЧ коммуницировал коллективную жалобу россиян на внесудебные казни в Чечне
Россия
Путин присвоил звание генерал-полковника назначенному врио губернатора Игорю Кобзеву
Председатель Евросовета Шарль Мишель (слева)
Россия
Глава Евросовета объявил о продлении санкций в отношении России еще на полгода
Россия
Сразу после отставки главы Иркутской области МЧС объявило о проверке выплат компенсаций пострадавшим при наводнении
Россия
«Коммерсантъ» узнал, почему загорелся авианосец «Адмирал Кузнецов»
Россия
В Красноярске мануальный терапевт сломала младенцу две ноги, одну в трех местах
Президент Украины Владимир Зеленский (в центре)
Россия
Зеленский заявил, что не давал интервью России 1. Канал анонсировал «полноценное интервью»
Фигурист Евгений Плющенко и продюсер Яна Рудковская
Россия
Полиция завела дело из-за угроз убийством 6-летнему сыну Яны Рудковской и Евгения Плющенко
Россия
Во время пожара на авианосце «Адмирал Кузнецов» погиб военный
Россия
Органы опеки подали иск об ограничении прав родителей, дочь которых живет в больнице
Россия
СК проводит проверку из-за смерти журналиста, которому медики останавливали кровотечение курицей
Экс-губернатор Еврейской автономной области Александр Левинталь
Россия
Губернатор Еврейской автономной области ушел в отставку
Россия
Губернатор Иркутской области ушел в отставку
Россия
Глава МВД Украины сообщил о задержании подозреваемых в убийстве журналиста Павла Шеремета
Россия
Появились сообщения об обысках в московском офисе компании Nginx
Ольга Епифанова
ЯНАО
Володин запретил депутату Госдумы от арктических регионов с коллегами ехать в командировку
Россия
Росстат: в каждой шестой российской семье стали хуже питаться
Сергей Левченко
Россия
СМИ сообщили об отставке губернатора Иркутской области
Россия
В России растет армия волонтеров — при финансовой поддержке администрации президента
Депутат Елена Шувалова и Алексей Навальный перед зданием Мосгордумы
Россия
Депутат, организовавшая встречу с участием Навального, вышла из столичного отделения КПРФ
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно