Гендиректор легендарной «Студии-41» — о том, почему телеканал пришлось продать области

«Из кризиса 2014 года мы так и не вышли»

Гендиректор легендарной «Студии-41» — о том, почему телеканал пришлось продать области

14 марта свердловский ГУП «Монетный щебеночный завод», владеющий «Четвертым каналом», выкупил у семьи бывшего мэра Екатеринбурга Аркадия Чернецкого главный городской ТВ-актив — «Студию-41», с 1997 года работавшую на популяризацию городской администрации. Возможная продажа канала обсуждалась последние пару лет, но разрешилась ситуация только после того, как в сентябре прошлого года в Екатеринбурге сменилась власть: ушла команда, долго «воевавшая» с областью в прошлом, а мэром стал Александр Высокинский, поддержанный лично губернатором. В интервью Znak.com бессменный гендиректор «Студии-41» Владимир Злоказов рассказал о том, почему канал продали области, сколько в этом решении было политики и может ли сегодня телевидение в регионе вообще жить без поддержки бюджета.

«Встал вопрос: либо закрываем канал, либо нужна поддержка бюджета»

— Две недели назад была закрыта сделка по продаже ТРК «Студия-41» «Монетному щебеночному заводу». Могли бы вы рассказать, как до этого дошло?

— Вопрос о судьбе «Студии-41» очень давний и прежде всего связан с состоянием рынка телерекламы в России вообще и в Екатеринбурге особенно. Канал был основан в 1997 году, в 1998 году студия уже вышла на окупаемость, и с тех пор мы всегда работали за счет тех средств, которые собирали на рекламном рынке. Были разные этапы. До 2005 года рынок позволял нам работать на самопрограммировании. После этого начали вещать контент телеканала «Домашний» по экономическим причинам: это позволяло нам зарабатывать и делать качественные новости и свои программы. При этом в структуре доходов у нас никогда не было больших бюджетных вливаний. Мы получали 4,5 млн рублей от муниципалитета за то, что еженедельно в прямом эфире предоставляли возможность сотрудникам мэрии рассказывать то, что им нужно было рассказать: сначала это был один Аркадий Чернецкий, потом — Александр Якоб и замы. 

Первые звоночки прозвучали в 2007 году: тогда мы закрыли утреннюю двухчасовую программу, которая не могла себя окупить.

Потом был кризис 2008 года — относительно легкий, потому что к 2010 году мы уже восстановились. Мы успели обновить оборудование, купили HD-камеры, перешли на безленточное производство, собирались обновить студийный парк камер на HD. А потом был кризис 2014 года, из которого мы не вышли до сих пор. Первый квартал 2014 года отработали — и рынок встал.

— В какой момент начались переговоры о продаже канала?

— Я в 2015–2016 годах начал активно разговаривать с акционерами о том, что нам нужен внешний инвестор. Коммерческого инвестора найти на падающем рынке очень сложно, поэтому нам нужно было либо получить бюджетную поддержку в больших объемах, либо полностью поменять модель бизнеса: закрыть все свои программы и в чистом виде вещать «Домашний», продавая туда рекламу и выходя на прибыль. 

Акционеры это предложение не приняли — и хотя идее объединения «4 канала» и «Студии-41» уже два года, по каким-то субъективным причинам она реализована не была. 

Но к концу прошлого года вопрос встал совсем остро. Перед Новым годом пришлось сократить 32 человека, чтобы уменьшить расходы. По итогам 2018 года мы получили убытки, и было видно, что в 2019 году у нас нет тех денег, которые нам нужны. Вопрос встал ребром: либо мы закрываем все программы, увольняем штат и уходим на чистое вещание «Домашнего», либо нам нужна бюджетная поддержка.

— Почему не получалось зарабатывать на рекламе как раньше?

— Это очень объемный вопрос. Рынок ТВ-рекламы в России крайне монополизирован, даже рынок газа и нефти не монополизирован настолько. 95% всего рынка продает один продавец — «Национальный рекламный альянс», основные рекламодатели — транснациональные и федеральные компании. Региональные рекламные блоки есть не только на локальных каналах, но и на всех федеральных, и для них, по сути, это такая почти бесплатная опция, позволяющая получать дополнительный доход. То есть они окупают затраты доходами от федерального размещения, а региональное размещение получают бонусом. В результате при объеме рынка традиционной ТВ-рекламы Екатеринбурга в 1 млрд рублей в год местным каналам остается 140 миллионов. Да еще и рынок за 10 лет в сравнимых цифрах с учетом официальной инфляции упал в два раза. 

Единственное наше конкурентное преимущество — мы лучше понимаем локальное поле и лучше работаем с местной информацией. Плюс у нас профессиональная команда. Но заинтересовать рекламодателя, выдавая более хорошую картинку, например, нельзя, это просто не имеет никакого значения.

— И когда начались переговоры о продаже «Студии-41» области?

Свердловская область выкупила городской «41 канал», Злоказов отошел от управления

— Аркадий Чернецкий (его сын Станислав был конечным бенефициаром канала — прим. Znak.com) сразу после новогодних праздников напрямую обратился к губернатору Евгению Куйвашеву и рассказал о проблеме: либо можно оказать поддержку каналу, либо он закроется, а журналисты и прочий персонал отправятся на рынок труда. Губернатор — и спасибо ему за это большое — принял решение забрать актив в областную собственность. 

— Зачем? У области же уже есть два телеканала — «Четвертый канал» и ОТВ?

— Как я понимаю, основным мотивом губернатора было сохранение коллектива и нашего выпуска новостей. И после того, как было принято принципиальное решение — где-то 15 января, началась сложная процедура сделки. Были проведены финансовый и технический аудит, независимая оценка, и сделка была одобрена по всем процедурам на всех уровнях. И сейчас идет реорганизация.

— С каким убытком продавалась компания?

— На начало сделки было около 6 млн рублей убытка, сейчас уже 8 млн рублей — по итогам трех месяцев работы в этом году. Долги копились, потому что производство не останавливается: мы платим зарплату, платим за аренду помещений, а доходов получаем меньше, чем раньше. Самые большие долги у нас перед РТРС за услуги связи и за аренду площадей. По зарплате задолженностей нет. Мы уже выплатили аванс за март, и текущее финансовое состояние позволяет выплатить зарплату за месяц. 

— Сколько сейчас людей работают на компанию?

— Сейчас 60, но несколько человек уволились, когда поняли, что перспектив у них в новой структуре нет.

— Вы сами решили также покинуть компанию? Чем займетесь?

— Да, кабинет я уже освободил. Причины моего ухода две. Первая — мне все-таки не было сделано предложение продолжать работу, со мной никто не говорил о дальнейшей судьбе канала. Вторая, не менее важная, — это совпадает с моим желанием сосредоточиться над проектом ЕТВ. 

Плюс есть задача построить третий мультиплекс в области, я остаюсь членом экспертного совета при федеральном Минкомсвязи по развитию ТВ и РВ, членом правления Национальной ассоциации телевещания и академиком в Академии российского телевидения. Но это все уже общественная нагрузка.

— Чернецкие в каком-то качестве остаются в проекте?

— Нет. Из телевизионного бизнеса они полностью выходят. Хотя я должен сказать, если бы не было Аркадия Чернецкого, не было бы и «Студии-41». Это была его идея, высказанная еще в 1996 году, что у города должно быть свое телевидение и что руководство города должно иметь канал для прямого общения с горожанами. Он отец-основатель, ему огромное спасибо, в том числе и за разговор с губернатором, благодаря которому удалось спасти и коллектив, и телеканал. Сейчас мои пути и его расходятся, но за эти годы я ему бесконечно благодарен.

— За сколько канал удалось продать?

— Я не могу назвать сумму.

— Номинальная стоимость переданного предприятия составляет 18 млн рублей. Это она?

— Это величина уставного капитала. Сумма сделки выше. 

— Что входит в активы канала?

— Все оборудование для ТВ-производства: камеры, пульты и так далее. Несмотря на то, что оборудование у нас достаточно старое, оно лучше, чем у «Четвертого канала», и совместное использование его должно дать синергетический эффект. Плюс при сделке оценивается и бренд, и доходы будущих периодов — у нас заключены рекламные контракты. 

— Лично вы представляете, что будет дальше с каналом? Будут ли его присоединять к «Четвертому каналу» или выводить на банкротство, с учетом долгов?

— Было бы глупо приобретать актив и его банкротить. Я пока не до конца понимаю конфигурацию, в которой все это будет работать. Но речь идет о сотрудничестве с «Четвертым каналом», раз у «Студии-41» с ним теперь один собственник. Должна произойти оптимизация за счет площадей, за счет разных служб: нет смысла держать две юридические службы и две бухгалтерии в таком случае. Но это будут две разных редакции, которые будут выпускать разный продукт.

— Может, к холдингу еще и ОТВ стоило бы присоединить?

— Нет. Во-первых, должна быть внутренняя конкуренция, стимулирующая развитие. Во-вторых, у каналов немного разные задачи: ОТВ работает больше на область, а не на городскую повестку.

«Новая команда не была заинтересована в сохранении студии»

— Были слухи о том, что финансовые проблемы канала напрямую связаны с политическими изменениями в Екатеринбурге.  

— Это совершенно не так.

— Якобы канал «опекал» [бывший вице-губернатор Свердловской области] Владимир Тунгусов в период своей работы в мэрии, но с его переходом в областную администрацию утратил к нему интерес.

— Внимание — да, ослабло. Но на финансовых результатах это не отражалось никак. Контракт с администрацией как был на уровне 4,5 млн рублей в год, так и оставался. А проигрыш этого контракта в 2019 году уже не имел значения, так как решение о продаже канала уже было принято.

— А мэрия понимала, зачем ей вообще телевидение?

— Да, понимала. И весной 2018 года в стратегический план развития Екатеринбурга был внесен раздел, в котором было прямо прописано создание муниципального телевидения. Если бы все шло, как планировалось, мы бы осенью 2018 года проект запустили и в 2019 году у нас уже не было бы тех проблем, что есть сейчас. Более того, деньги на создание муниципального телевидения в объеме около 40 млн рублей уже были заложены в бюджет 2019 года. По замыслу ТРК бы закрывалось, создавалось бы новое муниципальное предприятие и активы «Студии-41» переходили бы на него.

Но потом произошло то, что произошло, — смена городской команды. Новая уже не была заинтересована в сохранении студии, и строчка была одной из первых вычеркнута из бюджета.

Без консультаций и обсуждений.

— Я правильно понимаю, что если бы главой Екатеринбурга стал «преемник Якоба» Алексей Кожемяко, город бы забрал студию себе?

— Я думаю, да.

— В последний раз в администрации говорили, что готовы создать свою продакшн-студию на основе «Студии-41».

— Обговаривалось так: при объединении «Четвертого канала» и «Студии-41» высвободится несколько человек, и им предложили перейти в студию администрации. Перспективы ее создания еще непонятны, но тем не менее первые собеседования сотрудники уже прошли. Это немного, четыре-пять человек.

— Вы сами будете участвовать в проекте?

— Только сотрудничать. Курировать создание — нет, а как консультант готов.

— Как вы считаете, зачем вообще администрации делать свое телевидение, производить какое-то видео?

— Администрации нужен свой канал связи с горожанами, чтобы подробно разъяснять, рассказывать, разжевывать. Например, ту же транспортную реформу, чего не было сделано. И когда была первая попытка реформы в 2017 году, на все разъяснение проекта для горожан было заложено 4 млн рублей, и эти деньги разошлись, не доходя до медиа: были проведены презентации, круглые столы, а народу не объяснили. Мы, конечно, старались — да и не только мы, все старались, но массированного разъяснения не было, а это ключевой момент. Хотя транспортная реформа все равно необходима, в этом году или в следующем.

— Но до этого администрация понимала, зачем ей телевидение?

— Да. В 90-е вообще ведь было очень негативное отношение к городу и городской власти, не было этого локального патриотизма, который есть сейчас. Например, у нас категорически под запретом слово «Грязьбург»: оно обидное, и хоть город грязный, но он наш, и чувства и любовь горожан к городу, несмотря на это, сохраняются. А в 90-е этого не было. И я нескромно ставлю это в заслугу каналу, что за несколько лет мы вместе с общественниками привили городской патриотизм, чем активно занимались в первой половине нулевых.

— Что будет с вашим проектом ЕТВ?

— ЕТВ будет работать в том же формате, в котором работает сейчас. У канала немного увеличится штат. Раньше часть сотрудников «41 канала» получали доплату за выполнение каких-то функций на ЕТВ, с 1 апреля этого категорически не будет. Мы разделяемся с «41 каналом» и территориально, и по оборудованию, и кадрово. Часть сотрудников «41 канала» перейдет на полную занятость на ЕТВ, и затраты канала возрастут — при этом на «Студии 41» затраты сократятся, что хорошо: будет больше денег на погашение долгов и сохранение новостей.

Я займусь на ЕТВ тем, до чего из-за «41 канала» руки не доходили: контент, бренд, программатик, вот это все.

— А ЕТВ сейчас в плюсе?

— В нуле. Мы сократили затраты на контент, в начале февраля запустили нового партнера — канал «Продвижение». У нас ТВ-охват аудитории с момента запуска вырос в два раза. Есть проблемы взаимодействия между нашей ТВ-редакцией и редакцией сайта, которыми мне нужно будет заняться.

Плюс мы получили в этом году три федеральных гранта: на борьбу с наркоманией, на освещение Года театра и на проект о чтении. Вообще ЕТВ — это больше «социалка». Не знаю уж почему, может, из-за грантов, может, потому что у нас есть такой великолепный журналист Оксана Маклакова, которую эти темы интересуют: проблемы СПИДа, туберкулеза, буллинг и так далее. Все это вызывает большой интерес аудитории.

— Ситуация, в которую попал рекламный рынок на аналоговом ТВ, как-то транслируется на ЕТВ?

— Никак. С кабельными операторами у нас договор давно, поэтому там мы находимся на лучших позициях, чем «Четверка» и «41-й», у нас 550 тыс. реальных домохозяйств, подписанных на пакеты, в которых присутствует ЕТВ. Но рынок рекламы здесь дикий. С одной стороны, монополиста здесь нет, с другой, у рекламодателя нет удобного инструмента, в котором в реальном времени можно выставить рекламный ролик и ты понимаешь, какой охват, частоту и количество GRP ты за свои деньги получишь. В итоге там как в 90-х: продаем три минуты за шесть рублей условно и поехали. Драйв определенный присутствует.

И есть еще одна штука, на которой мы научились зарабатывать: организация прямых трансляций. Мы, например, недавно провели трансляцию премии Е1.ru. У себя транслировали в кабеле, а им отдавали сигнал на сайт и на паблики. И хорошо получилось, все довольны. В этом направлении, мне кажется, рынок растущий.

«В Екатеринбурге никто из ТВ-каналов не живет в рынке»

— Сами вы успеваете что-то смотреть по телевидению?

— Я смотрю прямые эфиры ЕТВ и «41 канала», но смотрю их на Facebook. Для себя только биатлон смотрю. И шоу «Голос», когда жена смотрит, слышу.

— Зачем сегодня вообще нужно местное телевидение, если есть «Вечерний Ургант», Андрей Малахов, «Дом-2» и так далее?

Администрация Екатеринбурга готовится сделать собственное интернет-телевидение

— Они не дают местной информации, а запрос на местную информацию все равно есть. Накопленная аудитория за неделю у каналов — это сотни тысяч человек. И по рейтингам видно, что есть люди, которые в 19:00 включают телевизор, чтобы посмотреть новости, а когда они заканчиваются — выключают. В Свердловской области такая аудитория есть у «41 канала», «Четвертого канала» и у программы Иннокентия Шеремета, которая выходит на ОТВ.

— Как вы считаете, что ждет региональное телевидение в ближайшем будущем? Есть ли вообще столько телеаудитории на все эти каналы — «Четвертый канал», ОТВ, «41-й», АТН, «Десятый», СГТРК, ЕТВ?

— У нас в лучшие годы было 11 ежедневных региональных выпусков новостей на разных каналах. Два-три рынок потянет — совместно с бюджетом, конечно. Без бюджета — ни одного. В Екатеринбурге никто не живет в рынке.

— Так по всей России или только у нас?

— Есть островки, как например в Красноярске, где существует три сильных частных региональных компании, и они до сих пор находятся на самоокупаемости. Но это какой-то уникальный случай. Там настоящее независимое телевидение: помните ведущего Александра Смола (бывший ведущий ТВК, теперь работает на «Первом канале» — прим. Znak.com), который аплодировал депутатам за то, что сами себе повысили зарплаты? Вот у них там все телевидение такое.

— А вообще зрители-то у него есть?

— Будете смеяться, но телевидение растет. Общее телесмотрение в сутки в России — более четырех часов. Сейчас люди возвращаются с работы, включают телик, готовят ужин, а он там что-то бубнит. Система измерения устроена так, что считается, что когда ты стоишь рядом с включенным телевизором, ты его смотришь. Но это другое телесмотрение, не такое, как раньше, когда сели все в гостиной и смотрят телевизор.

Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Новости России
Россия
Apple подала в суд на антимонопольную службу РФ. Компания не согласна со штрафом
Россия
В ЕС решили не обострять отношения с Россией
Россия
Хоккейная команда Путина победила в матче. Президент забросил восемь шайб
Россия
В московском метрополитене уборщик метнул нож в полицейского
Россия
Глава минздрава Омской области извинился перед всеми, кто его искал
Россия
Участника Pussy Riot арестовали на четверо суток
Санкт-Петербург
Блогер из Ленобласти провела встречу с активистами. ФСБ вызвала ее родителей на беседу
Россия
Турчак: полмиллиона жителей Донбасса примут участие в выборах в России
Россия
«Единая Россия» объявила о начале сотрудничества с Союзом добровольцев Донбасса
Россия
Путин рассказал о результатах теста на антитела к коронавирусу после вакцинации
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.