Панк-государственник

Чего хотел от России Эдуард Лимонов? Некролог

Anton Belitsky/Russian Look

17 марта умер писатель, публицист, политик, основатель запрещенной в России «Национал-большевистской партии» и незарегистрированной партии «Другая Россия» Эдуард Лимонов. Лимонов — явление в российской политике явно уникальное. Сейчас, когда его не стало, можно еще раз себя спросить, кем он был и чего хотел от всех нас? 

«На месте погребального костра перед тем может быть принесена человеческая жертва»

Еще в 1998 году Эдуард Лимонов завещал своим соратникам в книге «Анатомия героя», как именно он должен быть похоронен: 

«Я ненавижу могилу, эту мерзкую яму и сырость, и не хочу, чтобы останки мои превратились в слякотную жижу, пищу червей. Солнечный человек, я требую от моих последователей, наследников и товарищей по партии ни в коем случае не предавать мое тело земле, но при любых обстоятельствах моей смерти совершить следующую церемонию. 

На возвышенном берегу русской реки (предпочтительнее Волга), но если погибну в далекой земле, годится любая река, текущая в море или в большую реку, к рассвету приготовить мощный погребальный костер из стволов сосен и других деревьев. Возложить на него мои останки вместе с оружием и при первых лучах рассвета зажечь погребальный костер. Лучше всего для этой цели подготовить утес, вершину холма, обрывистый берег. Не употреблять при зажжении ни бензин, ни любые другие жидкости, разве что спирт. Стволов деревьев должно быть много, они должны образовать решетчатый помост под телом и быть сложены конусом под моими останками. Когда костер прогорит, останки должны быть сложены на легкий сосновый плот. Его следует вновь зажечь и пустить плот по течению.

На месте погребального костра перед тем может быть принесена человеческая жертва — пленный враг. После того как плот сооружен и пепел, и зола, и останки вместе с горящими головнями будут погружены на него, просьба произвести надо мной выстрелы прощального салюта. Если товарищи находятся в состоянии вражеского окружения и нельзя выдавать местонахождение, салют можно отменить».

Свое желание он объяснил волей высших сил и предупредил, что нарушивших его ждут страшные несчастья. Кроме того, после прогорания костра наследник Лимонова, председатель партии или старший по званию, должен пробить ему череп молотком, чтобы выпустить «вождя» наружу. Обряд должен быть приведен в исполнение не позднее 24 часов после его смерти. 

Anton Belitsky/Russian Look

Трудно сказать, художественный это вымысел или реальный призыв. Большинство книг Лимонова написаны в таком стиле. Уже потом, когда требовалось, он давал понять, что это лишь художественный образ, когда надо — что это реально про его жизнь, вымысла здесь нет. 

Например, даже про ту самую сцену с негром в романе «Это я — Эдичка» впоследствии он так напишет в своем рассказе «On The Wild Side» 1985 года. В произведении описывается встреча с неким Алексом, в котором узнается художник Михаил Шемякин. Последний шутит насчет гомосексуализма Лимонова, на что автор пишет:

«Алекс знал по меньшей мере одну из моих жен, но почему-то упорно продолжает держать меня за гомосексуалиста. На людях. Я никогда особенно не возражаю, после выхода моей книги „Это я — Эдичка“ многие в мировом русском комьюнити считают меня гомосексуалистом. Однажды, я был как раз в обществе Алекса в тот вечер, мне пришлось дать по морде наглецу, подошедшему к нашему столику, назвавшему меня грязным педерастом. В русском ресторане в Бруклине. Я сам шучу по поводу своего гомосексуализма направо и налево. Но не Алексу, по секрету рассказавшему мне как-то, как его еще пятнадцатилетним мальчиком совратил отец-настоятель в русском монастыре, меня на эту тему ***** (подкалывать)».

Где Лимонов вымышленный, где реальный, — знал только он. Как бы то ни было, судьба распорядилась иначе. Реальный Эдуард Лимонов умер в результате остановки сердца в больнице, после неудачной онкологической операции. Можно сказать, что умер дряхлым стариком. Викинга, погибающего на поле боя с мечом в руках и затем отправляющегося в Вальхаллу, из него не получилось. Хотя он и поддерживал до конца имидж пламенного революционера своими гневными постами по поводу окружающей реальности. 

«Люди ужасающе слабы. Предают они от слабости»

Если говорить о Лимонова как человеке, то главной его трагедией было предательство. О предательстве он писал всегда и везде.

Более того, в моменты кризиса НБП, когда десятки нацболов стали садиться в тюрьмы за свои акции, вдруг в партии встал вопрос, а туда ли нас вообще ведет «вождь»? Так постепенно стали откалываться группы нацболов, которые хотели быть сами по себе, без Лимонова. 

Характерно, что очагами раскола стали уральские отделения НБП. Например, лидер свердловского отделения «партии» Олег Шаргунов в 2005 году так сформулировал свои претензии к Лимонову: «Основная — партия так и не была зарегистрирована в Минюсте. Что фактически исключает для нацболов приход к власти законным путем. Мы считаем, что пора заниматься политической борьбой на взрослом уровне, а не детским уличным бандитизмом». В Челябинске бывший комиссар «партии» Александр Назаров назвал основными причинами разочарования в лимоновском курсе отсутствие какого-то будущего. «Могу лишь предполагать, что если не самороспуска, то исключения из партии членов, не поддерживающих режим Лимонова, точно не избежать. Пример: наше челябинское отделение. Меня исключили. Часть активистов перешли под знамя Евразийского молодежного союза, которое возглавляет Александр Дугин. А те, кто остался, переименовались в НБФ (Национал–большевистский Фронт). Теперь эти ребята сами по себе».

Проблема в том, что те ребята хотели реальной революции, реальной политики, воплощения идей национал-большевизма на практике, в конце концов, каких-то изменений в стране. Но они не поняли сразу, что для Лимонова на первом месте было не это. НБП для него была лишь новой книгой, которую он писал не буквами, а своими действиями, своей жизнью. И прежде всего не для читателей, а для себя любимого. Он видел исключительно себя автором этого творения, поэтому мог позволить себе все, в том числе и ошибки, не задумываясь, что из-за них кто-то сядет в тюрьму или просто будет попусту тратить жизнь. Тем более что сам он на тот момент уже успел отсидеть в российской тюрьме. И для него это была не трагедия, а необходимая глава в его главной книге. 

Раскол в НБП для Лимонова снова стал предательством. Но сегодня, окидывая взглядом его жизненный путь, кажется, что предательство было частью его бытия. Не будь предательства, он бы не чувствовал трагедию жизни, а значит, и его талант писателя потерял бы необходимую подпитку. 

Zamir Usmanov/Russian Look

В книге «Анатомия героя» целые главы посвящены предательству конкретных людей и целых групп. В ней же он напишет в стиле заповеди следующее:

«Ни мужчина, ни женщина, ни ребенок, ни старик не имеют ни морального, ни физического права предавать свою семью, клан, воинское подразделение, народ и человека, с которыми (которым) они связаны узами крови, постели, духовного содружества, воинского или идеологического товарищества.

Так как в мире идет постоянная война всех против всех, подобное предательство должно расцениваться как Каиново, Иудино деяние. Совершивший (ая) его, достоин (а) страшнейшего презрения и физической либо моральной кары и адских мук. Ибо своим предательством он принес верившим в него и любившим его тягчайшие муки и космическую тоску. И выбил из-под ног их веру в преданность, выбил навсегда, как табурет из-под ног осужденного на повешение. И тот остался висеть, не дотягиваясь до земли, но и не в небе, навсегда.

В реальной жизни только сверхчеловек имеет мужество для выполнения этой Заповеди. Беда с людьми не в том, что они плохи, — лишь часть людей негативны от рождения, но в том, что люди ужасающе слабы. Предают они от слабости».

«Я бы сам писал музыку… Что-нибудь страшное такое, типа Rammstein»

Если говорить о Лимонове как политике, то, пожалуй, главной его трагедией стал эклектизм: всего понемногу вплоть до противоречащих друг другу вещей. Он был своего рода панком-государственником. И если у одних получалось в молодости переболеть левизной, радикализмом, нонконформизмом, а затем вписаться в систему, извлекая для себя выгоды, то Лимонов нес эту мешанину идей в одном флаконе всю свою жизнь. Получился некий нонконформистский конформизм — или наоборот.

В одном из интервью он вспоминает, что стал завсегдатаем нью-йоркского панк-рок-клуба CBGB, когда эмигрировал в семидесятых в США:

«В Америке я от нечего делать начал ходить по всяким злачным местам. Не хотел с советскими эмигрантами иметь ничего общего, они мне были неинтересны. В основном интересовался политикой и однажды оказался на собрании анархистов, а когда вышел оттуда, то попал в CBGB. Рядом было, так я и стал ходить в эту дыру (там очень воняло, кстати). 1975 год, на заборах висели такие маленькие объявления, например „выходит первый номер Punk Magazine“. Первый! До этого еще не было ничего. Там было интересно, люди странные, я как-то даже зрительно их выделял. Познакомился практически со всеми, с кем-то надолго, с кем-то совсем шапочно. У сцены стояло несколько столиков, и выступали те, кто сейчас уже стал легендой: Патти Смит, приезжавший из Лондона Элвис Костелло, Plasmatics и мой хороший приятель Ричард Хелл. Вот там я впервые его увидел, а потом, по стечению обстоятельств, познакомился. У моей подружки Джули была подружка Мерелин, ирландка, и ее бойфрендом оказался Марк Белл, который позже стал барабанщиком Ramones Марки Рамоном, а тогда играл у Хелла. Ричард Хелл был первый настоящий панк, даже не New York Dolls, а именно он. Его винил „Blank Generation“ — первый панковский манифест».

Вспоминая концерты «Гражданской обороны», он говорил: «Едва появился резкий и злобный панк, понял: вот это музыка! Это мое. С тех пор я априори с любовью отношусь к „дикой“ музыке». Описывая дни в тюрьме, он вспоминает с симпатией музыку Rammstein. «Зрелище не для слабонервных: металлические миски, зал на восемь сотен человек, но народу было больше. Все это — под страшный заигранный Rammstein, бритые головы, люди, способные разнести что угодно. Большинство из них не догадывались, что это за музыка. Очень страшно!» — говорил он. А на вопрос, если бы вы стали музыкантом, какую бы музыку играли, он ответил: «Я бы сам писал музыку, зачем мне чужое… Что-нибудь страшное такое, типа Rammstein, наверно. Зверино-воинственное». 

И вот такой зверино-воинственный панк-рок он решил воплотить в политике. И в первые годы существования НБП это и вправду было в диковинку, привлекая в свои ряды все больше молодых бунтарских сердец. Лимоновский национал-большевизм войдет в политическую историю новой России абсолютно уникальным явлением, которое продержалось на плаву лет десять — с момента банкротства ельцинизма в середине 90-х и до середины нулевых, когда пришедшие к власти бывшие работники КГБ по старой доброй советской традиции решили придушить разгулявшихся неформалов в политике. А тех, кто останется в живых, приручить и держать на поводке. 

И, надо сказать, это почти получилось. Особенно в период «русской весны» на Украине. Придушенные властью Кремля остатки нацболов поняли, что это их шанс снова заявить о себе. Не получилось революции в России — попробуем на Востоке Украины, воспользовавшись хаосом. 

Эдуард Лимонов и Екатерина ВолковаЭдуард Лимонов и Екатерина ВолковаGennadii Usoev/Russian Look

Сегодня, 18 марта, очередная годовщина присоединения Крыма. Кто-то считает, что это была спонтанная личная инициатива Владимира Путина, кто-то видит за этим событием тень Владислава Суркова. Но была у этого события и идейная почва. Готовили ее как раз такие, как Эдуард Лимонов. Более того, в свое время он был одним из немногих, кто открыто и честно об этом говорил, когда никакого Суркова во власти еще и в помине не было. Вот что писал Эдуард Лимонов в книге «Анатомия героя», выпущенной еще в 1998 году:

«Вариант начала восстания еще в одной обильно населенной русскими республике, в Казахстане, отпадает. Помехами станут: пара тысяч километров, отделяющие основные густонаселенные русские европейские территории от Казахстана, отдаленность от средств коммуникаций, отсутствие сколько-нибудь значительных городских центров, невозможность полноценного освещения событий СМИ, отсутствие такой мощной и потенциально интересной силы, как русский Черноморский военный флот. В мае 1997 года, приехав на казачий круг в Кокчетаве, я лично убедился в невозможности восстания в Казахстане. Слишком далекий медвежий угол, далекий от магистральных путей СМИ. А СМИ сегодня как объекты внимания восставших значат много более, чем почта, вокзал и телеграф, вместе взятые, во времена Ленина.

Так что Крым, и только Крым. И только Севастополь. Другого варианта нет. Увязнув в русско-украинском конфликте, правительство не устоит. В Крым стянутся все, кто воевал в Приднестровье, в Сербии, в Чечне. Таких людей сейчас десятки тысяч. Крым будет нашей Сьерра-Маэстрой, откуда мы придем в нашу Гавану, в Москву».

Так и получилось, только местом, куда стянулись «все, кто воевал в Приднестровье, в Сербии, в Чечне», стал не Крым, а Донбасс. Крым же был присоединен тихой сапой.

Правда, Лимонов добавлял: «Следует понимать, что возникновение конфликта между русским населением и украинскими оккупационными войсками не есть самоцель, а лишь неизбежно необходимый первый этап вооруженного восстания с целью смены власти в Москве».

Мечты Лимонова отчасти сбылись. Вот только тут настал очередной конфликт между его романтизмом и реальностью. Его внутренний панк снова наткнулся на его внутреннего государственника. Нынешней власти в Кремле никакая революция оказалась не нужна. Да и такие как Лимонов вместе с его нацболами оказались лишь разменной монетой. Более того, и население, которое изначально рукоплескало идее «Крым наш», уже не так вдохновлено ей на фоне снижения уровня жизни. Но такие вещи Лимонова не интересовали. Его путь, его книги — они не об уровне жизни, да и не о Крыме, они о борьбе одиночки. Воображаемой или реальной — это уже другой вопрос. 

«Чтобы старухи больше не размножались…»

Так чего же хотел Лимонов от России, воображая себя в качестве ее лидера-диктатора? В книге «Другая Россия», выпущенной в 2003 году, автор писал:

«Россия — старая, в социальном смысле дряхлая страна. И это не старость здоровых традиций, но дряхлость умирания. Почему Россия такая устарелая? Ведь в 1917 году была у нас революция, якобы радикальная, якобы сломавшая старые порядки. В 1991 году была еще одна, якобы „цивилизаторская“, якобы демократическая.

Maxim Burlak/Russian Look

Недавно, перед арестом, меня осенило. Россия живет по „адату“, по понятиям, сложившимся из обычаев предков. Адат в мусульманском мире именно и означает традиционные обычаи предков, в противоположность шариату — кораническому закону мусульман, принесенному пророком Мохаммедом. Россия лишь старалась, делала вид, пыталась, но никогда, по сути, не жила по социализму, а сейчас не живет по капитализму, а уж тем более по демократии. Наш „адат“, понятия оказались сильнее и социализма, и капитализма. Это древние, реакционные и злобные обычаи, и потому сформированные ими архетипы судей, ментов, следователей, пенсионеров с неизменной психологией крепостных, мерзких чиновников (гениально увиденных Грибоедовым, Гоголем, Салтыковым-Щедриным), заносчивой старомодной интеллигенцией есть древние ущербные типы.

Чтобы состоялась новая Россия, насущно необходимо уничтожить злобные обычаи русского „адата“ и тем самым остановить вечное воспроизводство убогих и отрицательных архетипов. Чтобы более не размножались гоголевские чиновники, не размножались музейные судьи и их монашеские туфли, деграданты-крестьяне, стрельцы-менты. Чтобы старухи больше не размножались, чтобы племя покорных, трусливых, трепещущих перед властью не появлялось из поколения в поколение вновь и вновь в России, нужно уничтожить „адат“. Старый мир следует разрушить ниже основания, разрушить так, чтобы выкорчевать все корни, все отрезки корней. Все институции России нужно будет создать заново. Ни одна из них не стоит того, чтобы быть сохраненной. Но созданы они должны быть только после тяжелой работы глубинного разрушения. Задача разрушения будет даже тяжелее и сложнее, нежели задача созидания. Ничто не должно быть оставлено. Следует сменить национальное мировоззрение. А в эту работу должна быть включена даже революция в выражениях лиц. Людей надо будет учить заново, с какими лицевыми гримасами ходить по улицам. Надо будет учить их позитивности и даже позитивному настроению».

Pravda Komsomolskaya/Russian Look

Вероятно, если копнуть поглубже в толщину лимоновских метафор, то мы обнаружим там вовсе не политику. Неприятие старух и старой России — это прежде всего борьба с самим собой, страх перед собственной старостью. Интересно заметить, что Лимонов поддержал пенсионную «реформу», в то время как в массах она вызвала неприятие. Правда, он дополнил ее своим предложением: «Я считаю, что власть не с той стороны взялась за наше народонаселение. Наше предложение — надо опустить возраст зрелости. Мое мнение, что не надо держать здоровенных мужиков и бабищ до 18 лет в школе». Он предлагал сделать возраст совершеннолетия с 14 лет. 

Свой страх старения он хотел преодолеть не только в себе, но и в масштабах всей страны. Возможно, это благородная цель и пошла бы на пользу обществу. Но по большому счету она никому не нужна. Люди действительно устали и хотели бы пожить для себя. Лимонов в своих утопических мечтаниях оказался не в то время и не в том месте. Печалился ли он на этот счет? Вероятно, да, полагая, что вокруг слабые люди-предатели, не понимающие его светлых замыслов. Но при этом вера в свои идеалы его не покидала никогда, даже при смерти на больничной койке. И именно этим он выгодно отличался от множества типичных российских политиков, у которых вряд ли вообще есть идеалы, кроме материальных ценностей. Но ведь по большому счету они просто представители своего общества и его отражение. А Лимонов — вечный маргинал и изгой. Таким он хотел быть, в такой тарелке он чувствовал себя идеально. 

Правда, одного он так и не смог преодолеть — старости. По крайней мере, физической. В своих книгах он навсегда останется Эдичкой, литературным панком, хулиганом, бунтарем, презирающим старость и уверенным, что она ему точно не светит. 

Публикации рубрики «Мнение» отражают личную точку зрения их авторов.

Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Новости России
Россия
Собчак использовала видео своего задержания с акции в поддержку Сафронова в рекламе
Глава «Норникеля» Владимир Потанин
Россия
Forbes: из-за аварий на «Норникеле» состояние Потанина сократилось на $3,6 млрд
Шеф‑редактор «МБХ медиа» Сергей Простаков
Россия
Шеф‑редактор «МБХ медиа» объявил, что увольняется после обвинений в домогательствах
Россия
Дудь пожелал Сафронову «честного и открытого суда» и напомнил о роли журналистики
Россия
В Москве с начала пандемии умерли более 4 тыс. 200 человек с COVID-19
Россия
Для прибывающих в Россию отменили двухнедельный карантин
Россия
Собчак требует СК возбудить дело из-за потасовки в Среднеуральском женском монастыре
Россия
Губернатор Томской области считает, что фотографии с мешками трупов были сняты на заказ
Россия
Адвокаты Ивана Сафронова рассказали подробности его допроса в ФСБ
Россия
С 1 августа Turkish Airlines планирует запустить рейсы между Турцией и Россией
Россия
Экс-журналисту «Ъ» Ивану Сафронову предъявили обвинение в госизмене. Вину он не признал
Россия
«Мемориал» признал оппозиционера Николая Платошкина политзаключенным
Россия
Путин переговорил с Эрдоганом о возобновлении турпоездок и Святой Софии
Россия
В офис «Открытой России» снова нагрянули с обысками
Россия
К осени в России может закрыться четверть торговых центров
Сергей Фургал
Россия
Полпред Трутнев объяснил, почему Фургала обвиняют в преступлениях 15-летней давности
Россия
Журналист Александр Плющев оштрафован на ₽10 тыс. за пикет в поддержку Ильи Азара
Журналист Татьяна Морозова
Россия
У ФСБ в Лефортове полиция задерживает журналистов из-за футболок с именем Ивана Сафронова
Россия
ФСБ сообщила о силовом задержании боевиков ИГ в Ростовской области
Россия
Федеральные каналы предпочли не заметить митинги в поддержку арестованного Сергея Фургала
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.

Читайте, где удобно