«Это не революция, а госпереворот»

Что происходит в Кыргызстане, где второй день не прекращаются беспорядки. Интервью

Беспорядки в Кыргызстане, начавшиеся после выборов в местный парламент, Жогорку Кенеш, продолжаются. Вышедшие в ночь с 5 на 6 октября на главную площадь Бишкека Ала-Тоо люди захватили Белый дом и освободили из тюрем членов команды прежнего президента страны Алмазбека Атамбаева включая его самого. В столкновениях пострадали не менее 150 человек, один погиб. 

В стране начался захват власти, а заодно и всего более-менее ценного. За один день сменилось несколько генпрокуроров, два мэра Бишкека, один за другим образовались два Координационных совета оппозиции. Сегодня премьер-министр Киргизии Кубатбек Боронов ушел в отставку. Его место тут же занял экс-депутат Садыр Жапаров, который вчера вышел из колонии. Поступают сообщения о расправах над чиновниками и силовиками. Появились слухи, что президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков бежал из страны. 

Что сейчас происходит в стране и во что может вылиться протест? Об этом мы поговорили с руководителем киргизского аналитического центра «Деловая Евразия» Павлом Столяренко. 

«Наши партии не представляют платформы»

из личного архива Павла Столяренко

— То, что сейчас происходит в Кыргызстане, называют по-разному. Кто-то цветной революцией…

— Это не цветная революция. Нет признаков. Вообще сложно говорить о происходящем, опираясь на понятие «революция». Оно подразумевает смену формаций. В Кыргызстане скорее идет смена людей, то есть госпереворот. Это видно из предлагаемых платформ политических партий — нет смены формаций, в диалоге с обществом речь идет о личностях лидеров, а не о разнице их идей. Есть глава партии — есть партия, нет главы — увы, нет и партии. За последние 29 лет в Кыргызстане утрачена прежняя политическая школа, основанная на советском монопартийном коммунистическом прошлом, и не сформирована новая.

— Тогда кто те лидеры, которые вывели сторонников на улицы?

— Киргизское общество, особенно политики, подошли к этому дню в наиболее боеспособном состоянии, политическая картина сейчас наиболее пестрая за последние годы. В минюсте, например, зарегистрированы 250 партий. Важный вопрос — почему так получилось. Повторюсь: у нас политическая партия строится вокруг личности. Классическая партия берет власть, чтобы создавать условия народу определенными методами, на основе определенной идеологии. В США это демократы и республиканцы, в Великобритании — тори и виги. Современный Кыргызстан в политическом плане — типичная азиатская страна. В Азии ценят силу, ценят власть, поэтому всегда ориентированы на сильных личностей, харизматиков. Вокруг таких людей здесь объединяется народ. И все это четко видно по тем партиям, которые участвовали в минувших парламентских выборах.

— Было 16 партий…

— На начальном этапе, в июне–июле этого года, на выборы заявлялись 47 партий. Позже многие объединились. Например, лидер «Ак-Шумкар» Темир Сариев (премьер-министр Кыргызстана с 2015 по 2016 год, сейчас член временного правительства республики. — Znak.com) объединил свои усилия с лидером партии «Бутун Кыргызстан» Адаханом Мадумаровым (госсекретарь Кыргыстана в 2006–2007 годах, спикер парламента в 2008 году. — Znak.com). 

— Предвыборные программы, кажется, мало чем отличались. Почти все говорили о преодолении последствий коронавируса…

— Это так. Наши партии не представляют платформы. Это тоже сбивает с толку электорат, кстати. Замечают тех, у кого харизмы больше, или тех, кто проявил себя как-то по отношению к людям. Протестные настроения сформировались в том числе из-за недовольства теми людьми, которые продавали голоса на выборах за подарки. Власть показала, что не владеет ситуацией, не правит страной. В Азии слабость правителя непростительна — его просто сносят с трона. Что в предвыборный период, что в день голосования власть игнорировала факты нарушения законодательства, подкуп избирателей, организацию незаконных выездных участков для голосования. Избиратель оказался оскорблен, а это уже протестный потенциал, который и сработал.

— Чем партии отличаются друг от друга? 

— Их можно условно разделить на несколько групп. Первая: те, кто ориентирован на действующую власть: «Биримдик» и «Кыргызстан». Их цель проста — удержать себя во власти и удержать власть вокруг себя. Сложность их ситуации в том, что позиционировать себя провластными в Кыргызстане опасно. Это значит раздражать народ, который имеет опыт двух госпереворотов. Народ дважды выносил президентов (Аскара Акаева в 2005 году и Курманбека Бакиева в 2010 году. — Znak.com). Вторая группа партий, к ним в первую очередь относится «Мекеним», это партии людей, которые сумели неясным образом обогатиться, будучи чиновниками. Например, род Матраимовых. То есть партии олигархического толка. Они также пытались сохранить свое влияние во власти и даже пытались не класть все яйца в одну корзину, поддерживая партию «Мекенчил», «Кайран» и еще несколько. Именно эта группировка вызывает очень сильное раздражение сейчас в Кыргызстане. Третья группа — оппозиционные партии. Например, «Бутун Кыргызстан», в которую вошли старые политики-харизматики, которые неплохо держатся на публике. Таких партий несколько: «Республика», «Ата-Мекен», там тоже старые политики, которые опять хотят войти во власть. 

Вышли те, кто остался без кормушки

— То есть они оппозиционеры только потому, что сейчас сами не во власти?

— Точнее, они за бортом распределения. На выборах эти партии в основном не могли преодолеть семипроцентный барьер. К числу ярких оппозиционных партий у нас относят «Социал-демократов» — сторонников бывшего президента Алмазбека Атамбаева. На выборах они получили менее 2% голосов и были одними из первых, кто в ночь на 5 сентября вышел на площадь. И есть еще две партии, которые стоят несколько особняком, но о них тоже надо знать. Это «Реформа» и «Чон казат». «Чон казат» (переводится как «Большой поход») ратует за возврат к первой Конституции Кыргызстана 1993 года, к мажоритарной системе. Партия настаивает также на национализации предприятий, приватизированных в 1990-е годы. Выступает за то, чтобы взять под контроль стратегические отрасли — горнорудную промышленность, энергетическую отрасль. На международном уровне они декларируют равноправные отношения с Россией. Партия «Реформа» была сформирована несколько месяцев на волне антикоррупционного движения. Тогда люди выходили на площадь Ала-Тоо в Бишкеке и требовали не столько привлечь к ответственности Матраимовых, сколько мер в отношении президента Жээнбекова. Хотя развитие коррупционных схем, и в этом странность, пришлось на правление его предшественника Атамбаева. То есть внимание общественности как бы специально переключали на Жээнбекова.

— Чем-то напоминает историю сторонников Алексея Навального в России.

— Определенные параллели, действительно, можно провести. Партия «Реформа» ориентирована на сближение с Западом, им близка проамериканская линия развития. Ее сторонников отличает хорошая организация и оснащение. Они бережливо относятся к городу, аккуратно общаются с прохожими, не провоцируют правоохранительные органы. Ведут себя нарочито демократично. Партия быстро получила популярность в соцсетях. Сторонники «Реформы» не идут к людям, живущим в горах, зато говорят о постиндустриальном обществе. И для Кыргызстана это суперстранное заявление только потому, что во многие села воду до сих пор в бочках привозят. Еще один интересный момент. «Реформа» сейчас не вышла на площадь. Наоборот, они как бы свернули свою активность, притаились. 

— Кто вышел на улицу, кроме сторонников Атамбаева?

— Те, кто после выборов остался за бортом. Первыми вышли «Чон казат» и «Социал-демократы». Их было меньше десятка. Потом людей стало больше, больше и больше. Фактически сейчас там совершенно разные группы. Их объединяет только общий противник. Пока это ЦИК и правительство. Но долго идти вместе они не смогут. Кстати, старые политические партии на площадь не допускались. Депутатов действующего созыва тоже не хотят допускать. Все потому, что они и так уже работали, а люди руководствуются правилом: если ты работал и лучше не стало, значит, ты больше не нужен. Наверное, поэтому на площадь вышло так много молодых людей. Было видно, что они хотят что-то изменить, а не просто заряженные «торпеды», как во время Тюльпановой или Апрельской революций. Это хорошо.

Погромы, захваты, заморозка операций

— А что плохо?

— Ситуация развивается по негативному сценарию. Захвачены некоторые месторождения, разгромлены заводы. «Русская платина» подожжена, [золоторудное месторождение] Иштамберди захвачено, работа на медном месторождении Бозымчак оказалась парализована, там захватили технику. То есть идет варварская постпротестная волна. Далеко не все пострадавшие компании и предприятия принадлежат олигархам из партийных группировок, но все равно идет передел. Это очень серьезный маркер. Многие компании, наученные горьким опытом 2005 и 2010 годов, уже начали реагировать. Банки остановили выдачу наличных, опечатали и закрыли банкоматы. Национальный банк рекомендовал на время прекратить все финансовые операции. Минфин тоже заморозил все операции. Грантовые проекты международных организаций, которые работали в Кыргызстане, сейчас также замораживаются. И все же пока ситуацию пытаются стабилизировать собственными силами, не выводя решение на силовой уровень.

— В России в первую очередь обратили внимание на то, что из СИЗО и тюрем начали выпускать заключенных, того же бывшего президента Алмазбека Атамбаева.

— Это явление не носит массового характера. Но ряд бывших политиков, осужденных в том числе по надуманным делам, действительно были освобождены. Например, бывший премьер Сапар Исаков, депутат Садыр Жапаров. И все же Кыргызстан сейчас находится в ситуации, когда: а) идет резкий выброс протестной энергии; б) началась дележка портфелей и должностей; в) очень возможен негативный сценарий, который будет сопровождаться массовым переделом имущества. Многие, кстати, не исключают межэтнического конфликта. Кыргызстан — это 4 млн киргизов, еще 1 млн узбеков, есть русские, евреи и другие нации. 

— Бывший президент Атамбаев и те, кто его поддерживает, могут сейчас вернуть власть?

— Среди тех, кто вышел на улицы, есть и его сторонники. И они, конечно, воспользовались ситуацией, когда в стране начались беспорядки, чтобы освободить его… Но его программный список себя исчерпал. Он сам заявлял о намерении покинуть политику и покинул бы ее. В 2017 году он спокойно передал власть Жээнбекову по истечении очередного срока. Сейчас мне кажется сомнительным, что он вновь возглавит страну.

Кланы, семьи, группировки

— Когда в России говорят о ситуации, отмечают, что протест связан с разногласиями кланов севера и юга страны. При этом в новом парламенте большинство голосов получили бы южане.

— Упоминание о кланах в привязке к Кыргызстану — очень расхожий стереотип. И когда о нем говорят, то, как правило, смешивают разные вещи. Кыргызы как народ — это самоорганизующийся социум, где кланы, семьи имеют сферы ответственности. Эти традиции и сейчас очень сильны, но все-таки древняя система уже претерпела слом. Но осталась необходимость соблюдать систему сдержек и противовесов. Управленец с юга периодически должен меняться управленцем с севера, а затем наоборот. Например, Атамбаев, при котором за шесть лет сменилось девять премьер-министров, считался умелым политиком.

— В России это сочли бы правительственным кризисом.

— Да, это свидетельствует о нестабильности. Но здесь не Россия и работают другие принципы. Кланы существуют и стараются продвинуться. При этом надо понимать ментальность кочевника. Он не стремится создавать, он стремится получить. Горизонт планирования здесь год-полтора. А с чего можно что-то получить в стране, где сельхозугодия составляют 5% от территории, а рудные месторождения почти не разработаны? Торговать здесь можно только властью. Поэтому идет постоянное клановое брожение. И пока эти кланы более-менее уравновешены, система будет стабильной. При правлении Сооронбая Жээнбекова баланс оказался нарушенным. Южные группировки объединились в правящую коалицию, и на севере начала копиться напряженность. Сейчас все это выплеснулось наружу. 

— Можно ли говорить о перспективах Жээнбекова во власти или его дни на посту главы Кыргызстана сочтены?

— В Азии ценят силу. Правитель несет не формальную ответственность, а фактическую или даже физическую. Сильный правитель выдвигает, а главное, реализует идею. Реализует с помощью нации, во благо нации, как он это видит. Жээнбеков показал себя исполнителем высокого уровня, но не показал себя лидером. 

— Когда у него истекает срок полномочий?

— Через три года.

— Сколько времени у него осталось?

— Жээнбеков выступает на BBC, но его нет на национальном телевидении, нет вообще никаких публичных появлений. И это позволяет задать вопрос: а где вообще президент, почему мы его не видим? Появились слухи, что он то ли покинул страну, то ли уехал на родину, в Ошскую область. Тезис, что президент Жээнбеков в принципе есть и функционирует, сейчас под большим вопросом.

— Кто мог бы взять власть в свои руки?

— Та же партия «Реформа», например. Это, правда, будет означать разворот Кыргызстана к европейским ценностям.

— Нынешние события могут как-то повлиять на отношения с Россией?

— В советское время освоение Киргизии имело успех только потому, что русские переселенцы шли на этой территории к крестьянам, к торговцам и начинали с ними что-то делать на равных. Они с ними жили, общались, ели один хлеб. Наши зарубежные партнеры после развала СССР делали то же самое. Например, в Кыргызстан приезжали люди по линии Красного Креста и тоже что-то начинали вместе делать, попутно обучаясь не русскому, а киргизскому. Таким образом, они уже внесли раскол в русско-киргизскую спайку. Догадайтесь, где тратится основная часть средств, направляемых на проекты в рамках ЕврАзЭС — правильно, в России! И это тоже вносит недопонимание.

— К чему это может привести?

— Кыргызстан просто займет соглашательскую позицию. В надежде на выгоды от пролонгации сложившихся трудовых отношений, когда 600 тыс. киргизов зарабатывают деньги на территории России, Кыргызстан будет во всем соглашаться, но на деле проводить собственную политику. К чему это в конечном счете приведет, предсказать сейчас в принципе невозможно. 


Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Новости России
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Internal Server Error
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.