Чем занимается «Маргинальная ночь» — андеграундное творческое общество, растущее в Екатеринбурге

«Обочина» культурной жизни

Чем занимается «Маргинальная ночь» — андеграундное творческое общество, растущее в Екатеринбурге

В Екатеринбурге набирает популярность «Маргинальная ночь» — арт-комьюнити, представляющее андеграундное искусство. Изначально это был одноименный фестиваль с музыкой, выставками и перформансами, но затем появился бренд, под которым проходят совершенно разные мероприятия — ярмарки, гуляния с шаманскими танцами, коллективные и индивидуальные выставки художников — представителей уральского андеграунда. А недавно представители комьюнити открыли свой клуб «Куб». 

Маргинальная Масленица — Burning Man на минималкахАндрей Привалов / страница бренда в соцсети «ВКонтакте»

Znak.com встретился с частью большой команды «Маргинальной ночи», которая не так давно деанонимизировалась, — с одним из идейных лидеров бренда Андреем Голденковым и искусствоведом и координатором мероприятий Анастасией Харлампович. Мы поговорили о первых шагах «Маргинальной ночи», популярности образа маргинала для молодежи и границах между андеграундной культурой и галерейной богемой. 

История создания: при чем здесь «Ночь музеев»

История «Маргинальной ночи» не такая уж и длинная — зачатки фестиваля появились в декабре 2019 года. Тогда Андрей Голденков и поэт, музыкант Руслан Комадей устроили «Анти-party» в саду усадьбы Нурова — мультижанровое мероприятие, совмещавшее выставку, экскурсию, танцевальный перформанс и концерт. По словам Андрея Голденкова, именно тогда Комадей сказал, что уже год вынашивает идею сделать что-то вроде «Ночи музеев», но «маргинальнее». Именно тогда к зарождающемуся проекту привязалось слово «маргинальный». 

С тех пор команда «Маргинальной ночи» организовала более десятка мероприятий: две ярмарки, одноименный фестиваль с большой экспозицией в заброшенном доме и концертами местных групп, открытые «маргинальные» гуляния на заброшенном фундаменте у Царского моста и недавно прошедшая «Маргинальная Масленица» на пустыре за микрорайоном Солнечным, «Маргинальный Малецкий» в доме Маклецкого, выставка «Зона комфорта» в Музее советского быта, а также персональные выставки художников «Маргинальной ночи» — Алексея Очень Темно, Станислава и Ирины Шминке, Сони Соденберг в доме Маклецкого. 

Андрей Голденков и Анастасия ХарламповичАндрей Голденков и Анастасия ХарламповичЯромир Романов /  Znak.com

Часть художников отделилась от команды, часть организовала новые группы внутри «маргинального» сообщества. После «Маргинальной ночи» в городе возникают новые художественные и организаторские инициативы, по мнению Андрея, не без влияния фестиваля.  

По его словам, в комьюнити сейчас входят около 10 организаторов и пара десятков художников. 

«Маргинальные» площадки

В конце 2020 года одну из основных площадок «Маргинальной ночи» — старый заброшенный двухэтажный дом во дворе на улице Бажова, 219, — снесли, а в этом году стало известно, что участок с недостроем у Царского моста продают с аукциона и скоро там снесут старый фундамент и построят новое здание. 

Зимой команда «Маргинальной ночи» начала проводить свои выставки и фестивали в помещениях — их впустил Центр городских практик «Дом Маклецкого» (создан при поддержке мэрии Екатеринбурга) и Музей советского быта на улице Чебышева, 4. В первом начали проходить и индивидуальные выставки «маргинальных» художников. Но традиция проводить мероприятия под открытым небом никуда не делась. 

«Мы выходим в поля, как на недавней Масленице. Площадок много. Но на самом деле разговор о будущих планах — всегда сложный. Будущее всегда остается туманным. Наши проекты как рождаются: мы общаемся, тусуемся, а потом кто-то скажет: „А давайте вот это сделаем!“. А остальные такие: „О, круто, давай!“. Масленицу придумали Станислав и Ирина Шминке: они ездили на фестиваль Burning Man в Неваду (США) и предложили сделать у нас небольшой его аналог на снегу. У каждого мероприятия есть инициатор, а потом кто-то к нему подключается», — рассказывает Андрей Голденков. 

«Маргинальные гуляния» на заброшенном фундаменте у Царского моста на улице Декабристов. Обычно гуляния заканчиваются массовыми посиделками у костра.«Маргинальные гуляния» на заброшенном фундаменте у Царского моста на улице Декабристов. Обычно гуляния заканчиваются массовыми посиделками у костра.страница бренда / «ВКонтакте»

Зрители: обмен между андеграундом и музеями

Кто ходит на «Маргинальную ночь»? Маргиналы? Хипстеры? На этот вопрос однозначного вопроса нет, так как, по словам Голденкова, многое зависит от той площадки, где проходит то или иное мероприятие их бренда. 

«Мы не можем всех знать, но есть поклонники, которые посещают абсолютно все наши мероприятия. Есть еще фактор площадок: мы приходим в Музей советского быта — там аудитория более возрастная, и она присоединяется к нам на момент выставки. Какая-то часть потом на нас подписывается, следит за нами, ходит на другие наши мероприятия», — рассказывает Андрей. 

Но он также поясняет: все-таки основной и постоянный костяк аудитории «ночи» — это такие же молодые художники, музыканты, студенты творческих направлений.

«Они нами вдохновляются и тоже потом хотят что-то сделать. Они могут прийти к нам и быть услышанными», — добавила Анастасия Харлампович.

Но далеко не все из постоянных зрителей крутятся в арт-жизни Екатеринбурга. Как утверждают «маргиналы», у некоторых из них официальное искусство, творческая жизнь города всегда проходили мимо, при этом «маргиналы» для них — чуть ли не единственный «вход» в эту жизнь, в большие музеи, галереи. А есть среди посетителей и институциональные художники, вхожие в главные галереи Урала, для которых «Маргинальная ночь» стала входом в андеграунд. 

По словам представителей бренда, в среднем на каждое оффлайновое мероприятие «Маргиналов» приходит по 300 человек. 

Собеседники Znak.com считают, что популярность бренда среди екатеринбуржцев связана с тем, что «Маргинальная ночь» говорит со зрителем более простым языком, нежели институции (так называемое официальное, признанное искусствоведами — музеями и крупными галереями — искусство).

«[Мы] не делаем сложные экспликации, написанные отстраненным искусствоведческим текстом. У нас сами художники приходятся на мероприятия, с ними можно прямо там пообщаться, это открытые, приземленные люди, в хорошем смысле, конечно. Человеку к нам проще прийти, он не испытывает стресса, как в серьезной институции, которую можно сравнить с церковью и храмом, не каждый человек решится туда зайти, даже если захочет. А у нас проще. Порог входа тоже низкий: если чего-то не понимаешь — ничего страшного, можно любого из нас или художника спросить о чем-то», — сказала Анастасия Харлампович. 

Выставка одного из художников МН Алексея Очень Темно. Жутковатые картины, как будто пришедшие из наших кошмаров.Выставка одного из художников МН Алексея Очень Темно. Жутковатые картины, как будто пришедшие из наших кошмаров.страница «Маргинальной ночи» / «ВКонтакте»

Андрей Голденков добавил, что для того, чтобы прийти, например, на Уральскую индустриальную биеннале, зрителю нужно подготовиться, что-то изучить, почитать про авторов или направления. Там нужен медиатор — человек, который объяснит, что имел в виду художник. А для того, чтобы прийти «Маргинальную ночь», ничего этого не нужно. 

Институции, как утверждают «маргиналы», неудобны не только для обычных зрителей, не погруженных в тенденции современного искусства, но и для молодых художников, которых с трудом пускают на официальную территорию. 

«В России, как мне кажется, арт-рынка по сути и нет, есть закрытая, замкнутая арт-среда, она слишком сильно фильтрует тех, кто хочет в нее войти. Есть ощущение монополии. Очень много художников, обиженных на эту монополию. А любая монополия закрывается и начинает говорить на каком-то своем языке, поэтому, чтобы ее понять, нужно тоже заговорить на этом языке. Я хочу, чтобы у нас было, как в США или Европе, чтобы каждый художник мог найти свое „окно“ для связи с аудиторией, потому что на абсолютно любого художника найдется свой зритель. Но дело в том, что в России таких окон мало, есть одно большое, за которое все дерутся. Мы — одно из немногих маленьких „окошек“», — говорит журналисту Znak.com Андрей Голденков. 

Промо выставки «Зона комфорта» в Музее советского бытаПромо выставки «Зона комфорта» в Музее советского бытаЛеонид Ирхин / страница «Маргинальной ночи» / «ВКонтакте»

На границе официального мира

Считается, что маргинал — это человек, лишившийся своего прежнего социального статуса и не нашедший себе другой. Иногда бывает, что люди зависают в таком состоянии на продолжительное время, и тогда они могут превратиться в того маргинала, образ которого транслирует массовая культура — за гаражами с сигаретой в зубах, возможно, связанного с преступным миром. Но таков ли современный маргинал? 

Собеседники Znak.com считают, что маргинальность и андеграунд пресекаются в очень многих точках, но тем не менее не стоит ставить между этими понятиями знак равенства. 

«Маргинал — это человек с обочины. Мы — часть от культурной жизни, но все-таки с ее обочины. Тем не менее это такое слово, которое хорошо прижилось в нашей среде, но на самом деле мы в большей мере „играем“ в маргинальность», — объясняет Андрей Голденков.

В одном из анонсов фестиваля «Маргинальная ночь» организаторы написали: «Маргинальность в 2020-м — нечто недостижимое, стать по-настоящему маргинальным означает, что жизнь удалась. Маргинальность допускает любые высказывания и идеи. Маргинальность — пользоваться простыми связями, не привлекая коммерческие ресурсы». 

Голденков пояснил, что нельзя назвать себя настоящим представителем андеграунда, если ты работаешь с внешним миром, продвигаешь себя в медиа и периодически пересекаешься с официальным искусством. 

Выставка в заброшенном зданииВыставка в заброшенном зданиистраница «Маргинальной ночи» / «ВКонтакте»

«Очень сложно быть маргиналом в 2020–2021 годах, сложно быть тру-андеграундом, потому что так или иначе ты будешь пересекаться и с институциями, и с коммерческими проектами. Это утопия, какой-то коммунизм, наверное. Если мы отправляем пресс-релизы, значит, мы уже не тру-андеграунд, мы уже не по-настоящему маргиналы. 

Маргинальность для нас скорее про „делай то, что ты хочешь“. Хочешь прийти в заброшку и сделать там выставку со свободными художниками — ты это делаешь. Хочешь организовать концерт на какой-то площадке — делаешь», — сказал собеседник Znak.com.

Многие художники и другие участники команды «Маргинальной ночи» — это в основном бывшие или нынешние институциональные работники. На одном из мероприятий «ночи» случилось активное обсуждение острого вопроса: «это нам не нужны институции, или мы не нужны институции», но к однозначному ответу участники дискуссии так и не пришли.  

«Со многими нынешним „маргиналами“, например, Алеком [Девятаевым] и Русланом [Комадеем], я познакомился на биеннале. И удивительно, что именно на биеннале завелась такая оппозиция, которая объединилась и вылилась в „Маргинальную ночь“. Маргинал — это же человек, выпавший из социума, и мы по сути тоже выпали из гламурного биеннального арт-сообщества», — говорит Голденков. 

Но несмотря на свое противопоставление официальному искусству, настоящими представителями андеграунда можно назвать только пару человек из всей команды — это художники Настя Лапша и Леша Очень Темно. Но последний тоже в итоге начал делать выставки. 

Ограничения: деньги и свобода

«Ограничения возникают сами по себе, когда появляется бюджет, деньги: их надо как-то делить, распределять. Такие художники зависят от того, кто им эти деньги дает — государство, спонсоры. Каждый „деньгодатель“ хочет влиять на процесс: „Я же тебе деньги дал, сделай, чтобы мне понравилось“. Самый свободный человек — это тот, у кого ничего нет», — отмечает Андрей Голденков, отвечая на вопрос журналиста об ограничениях в институциях.

страница «Маргинальной ночи» / Instagram

Команда «Маргинальной ночи», по утверждению ее организаторов, не ставит почти никаких ограничений, кроме тех, что связаны с обеспечением безопасности. Как рассказала Анастасия, на фестивале 4 июля пришлось отказать одному художнику в проведении перформанса, в котором он хотел что-то поджечь внутри дома. В остальном же — полная свобода. 

Голденков добавил, что когда проходил фестиваль, организаторы еще были анонимными, поэтому было легче обходиться даже с самыми острыми и неоднозначными темами. 

«Сейчас мы раскрыли свои имена. Мы продолжаем сохранять свободу высказывания, это было видно на „Маргинальной Масленице“, но теперь мы немножко оглядываемся: не едет ли полиция за нами.

Но я считаю, что это не цензура, а те же вопросы безопасности. У нас очень расплывчатые законы, поэтому мы как организаторы тоже будем „замазаны“ вместе с художниками», — рассказывает Андрей. 

Некоторые площадки просят не бегать голыми, а некоторые разрешаютНекоторые площадки просят не бегать голыми, а некоторые разрешаютстраница «Маргинальной ночи» / «ВКонтакте»

«Маргинальная ночь» принципиально работает с площадками, которые пускают на свою территорию с минимумом ограничений и всю команду. Особо хорошо и продуктивно сложилось сотрудничество с Домом Маклецкого, администрация которого поставила только два условия: «Не жгите костры в здании и не бегайте голыми, пожалуйста». 

«То же самое в Музее советского быта, там даже дали нам еще больше свободы. Ирина (Светоносова — хозяйка музея — прим. Znak.com) все переживала, если кто-то разденется во время перформанса и сексом займется, то что будет? А подумала и такая: „Ну, ладно!“» — смеется Андрей Голденков. 

Подпишитесь на рассылку самых интересных материалов Znak.com
Новости России
Екатеринбург
Депутат заявил, что в нападении на казанскую школу виноваты «Дэдпул» и «Трансформеры»
Россия
Как получить статус безработного и деньги от государства
Россия
Около семи миллионов россиян не смогут выехать за границу из-за долгов
Россия
«Роскосмос» впервые выставил на продажу спускаемый аппарат «Союза»
Тюмень
Первый замглавы МЧС прибудет в Тюмень, чтобы проконтролировать тушение пожаров
Россия
Манижа прошла в финал Евровидения-2021
Россия
СМИ: администрация США откажется от санкций против оператора «Северного потока-2»
Россия
Манижа выступила на Евровидении-2021, сменив платье прямо на сцене
Санкт-Петербург
Упавшие деревья, обрушение крыши и штукатурки, вставшие машины — гроза устроила «апокалипсис» в Петербурге
Санкт-Петербург
Очевидец заснял, как в крест Исаакиевского собора попала молния
Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.