Как победа КПРФ на выборах и комбикорм раскололи уральскую деревню на два лагеря. Репортаж

«Вы там живые еще, не подохли?»

Как победа КПРФ на выборах и комбикорм раскололи уральскую деревню на два лагеря. Репортаж

Марина Малкова

Все российские деревни похожи: бездорожье, безденежье и разруха при тотальной вере в единую непобедимую страну и монарха. Небольшое Бурино в Кунашакском районе Челябинской области — не исключение. Год за годом здесь кони свояка главы поселения вытаптывают посевы сельчан, жителей не пускают к мемориалу павшим в Великую Отечественную войну, который зачем-то раскрасили в ярко-розовый цвет, а в ФАПе лечатся с помощью Wi-Fi, который сюда провели, а вот фельдшера «провести» забыли. И никто бы никогда не узнал об этих бедах Бурино, если бы на выборах в Госдуму тут вдруг не победила КПРФ. Такое волеизъявление раскололо деревню на два лагеря: аккурат после выборов сюда не привезли дешевый комбикорм, что тут же связали с провалом «Единой России», и деревенские обвинили во всем соседей, голосовавших за коммунистов. Скорее всего, комбикорм не привезли вовсе не поэтому, а потому, что в день развоза сломалась машина. Но осадок остался. И как теперь мирно жить в отрезанном от цивилизации селе — никто не знает. «Мы забытые люди, а проголосовали не так, и получился скандал, сразу про нас вспомнили», — шутят местные.

Вода, кони и комбикорм

Говорят, весной и летом в Бурино, которое находится на берегу озера Комкуль, довольно красиво, а рыбаки со всей округи стремятся сюда весь сезон, поднимая пыль на отсыпанной щебнем дороге и заставляя бабушек кашлять, охать и закрывать окна. Осенью Бурино вгоняет в тоску: 10 километров пути от последнего асфальта — как стиральная доска, брошенные дома работников разорившегося молочного совхоза зияют черными окнами, в самой деревне — грязь вперемешку с лошадиным пометом. Он здесь буквально повсюду (наверное, поэтому отчасти можно понять ненависть к крупной ферме родственника главы, а может — деревенские просто завидуют, что у него 1 тыс. лошадей, а у них лишь коровы да гуси). Дома деревенских по большей части деревянные и кособокие, на подъезде встречают несколько одиноких мусульманских могил. Но жизнь здесь есть — вот мужики своими силами строят каменную мечеть, потому что — «будет мечеть, не будет пьянства», рядом школа за забором, в школьном дворе — розовый мемориал, или, как его называют местные, «обелиск».

Наиль Фаттахов / Znak.com

«Дорог нет, воды нет никакой и нигде, за 30 километров воду возим из Кунашака. Бурили скважину, 2 млн на нее нам давали — а вода негодная оказалась вроде как, или просто не доделали: насос вывезли, все вывезли из водокачки и закрыли через два дня после запуска. Около дома свой колодец делали — а так такая же вода. Я свою воду на анализ в Свердловск отправил, а меня спрашивают по результатам: «Вы там живые еще, не подохли?» — говорит 66-летний Закван Муртазин — глава нашего Халитовского сельского поселения (Бурино и еще семь деревень входят в состав этого поселения, всего в нем, по последним данным, живет 4499 человек. — Прим. ред.) второй срок сидит, сам в Бурино живет — вон в большом доме, а воду провести не может. Нашу воду не то что пить, ею руки мыть нельзя: поставишь ее, а там слой пленки белый-белый и осадка грязного полведра. Мы воду возим из района, некоторые из Усть-Багаряка везут, это у кого машина есть. А зимой за семь километров на озеро Алакуль в деревню Кубагушева едем и оттуда лед везем: растопим его, кипятим и пьем. А у кого машины нет, вот такую воду и пьют плохую, болеют и мрут потом».

Наиль Фаттахов / Znak.com

Завкан — как раз из тех 62 избирателей Бурино (по данным облизбиркома), что проголосовали на выборах за КПРФ. Еще 52 человека, включая главу поселения Ахмата Шавалеева и всех его родственников, которые тут вроде местных феодалов, голосовали за «Единую Россию», 23 человека — за «Справедливую Россию — За правду». Всего голосовали 152 человека. Понятное дело, что на итоговых результатах выборов волеизъявление буриновцев никак не повлияло, причем они сами говорят об этом и не понимают, почему соседи, что «за власть и Путина», вдруг на них ополчились. Вопрос с дешевым комбикормом, который не привезли после выборов, стал больным для деревни.

Наиль Фаттахов / Znak.com

«Все равно победил Бурматов (депутат Госдумы, одномандатник от ЕР. — Прим. ред.), а Егоров (лидер челябинского отделения КПРФ. — Прим. ред.) не прошел, а комбикорм 27 сентября не привезли нам и в соседнюю Сосновку, где «СР» победила. Водитель, когда мимо в другую деревню проезжал, так и сказал: «Это вам в наказание, не будете за коммунистов голосовать». Может, он шутил так просто, не знаю. Я Егорову-то в партию написала, спросила причину, почему не привозили месяц — до 27 октября, но ответа мне так и не дали», — рассказывает Альфия Хидиатуллина. Она вместе с супругом Василием состоит в КПРФ, а на выборах работала наблюдателем.

На их с Василием ветхом доме со старой сельхозтехникой во дворе гордо развевается красный флаг. И в партию они по-своему верят, говорят, что при Советском Союзе жить лучше было, а сейчас во власти одно ворье.

Наиль Фаттахов / Znak.com

«У меня спрашивают: почему красный флаг, — рассуждает 64-летний Василий. — А я под этим флагом присягу давал и под этим флагом служил в третьем берлинском полку, этот полк брал Берлин в войну, и братья отца моего на фронте погибли. Вот и флаг у меня висит. Куда сейчас местным до советской власти! У меня работа была, ферма большая. Мы по 30-40 тонн молока возили отсюда, пока все не развалилось. Местные князья ходят, людей дразнят: мы вам денег дадим, комбикорм организуем, приплату к пенсии. А на деле не дают людям работать на земле. У нас вот земля есть — а пахать нельзя. У меня все документы оформлены, решил вспахать, а ко мне тут же приехали родные главы и говорят: эта наша земля. Мы не можем ни вспахать, ни посеять. Весной полные горы конского навоза лежат тут прямо около моего дома — дверь и окна хоть не открывай, навоз преет и воняет, глаза режет, все к нам течет в огород и в дом».

У Василия 10 лет назад был инсульт на фоне того, что его вместе с его фермой вогнали в долги, арестовали всю технику. Теперь из его пенсии в 10 тыс. рублей половину списывают в счет погашения задолженности по налогам. На руки остается 5600 рублей.

Наиль Фаттахов / Znak.com

По соседству с подворьем Хидиатуллиных действительно лежат кучи навоза, а чуть дальше — огромные валуны соломы. Как раз там, на ферме, и держат ту самую 1 тыс. лошадей, которые «вытаптывают посевы и гадят зимой и летом, гуляя по всей деревне, потому что им надо где-то гулять». Деревенские говорят, что жаловались на близость крупной фермы к жилым домам, тогда как по нормам до нее должно быть минимум 600 метров, но это ни к чему не привело. По словам «коммунистов», глава и его родня всем говорят, что у них в райцентре — селе Кунашак — есть «крыша», поэтому им ничего не страшно.

Наиль Фаттахов / Znak.com

«Казах приезжает к ним — ночью лошадей продают ему незаконно, у них не оформлено ничего здесь. Глава вон дома целыми днями, хотя рабочий день. Как вот он работает? У него в Кунашаке жилье, в Челябинске, говорят, квартира есть. А вообще, им надоело, наверное, все это, такая жизнь, вот и копят себе на хорошую, воруют», — рассуждает один из мужчин на стройке мечети.

Об отношении к власти

«Народ на нас накинулся, якобы я агитировала за коммунистов. Говорят: вы ходили, карманы набили, вот и решайте все наши проблемы, — продолжает Альфия о наболевшем. — А они же всех запугали, особенно тех, кто работает. Люди рта открыть боятся, вот и считают нас виноватыми, хотя сами все понимают».

Но нет, на запуганных властью деревенские «единороссовцы» не похожи, о своем выборе говорят довольно открыто и традиционно: «Единая Россия» дает пенсии, страна встает с колен, а Путин — он нормальный мужик.

Наиль Фаттахов / Znak.com

Вот и заведующая местным клубом (в нем почему-то выбелен и раскрашен фасад и похож на сарай задник) пенсионерка Альбина уверяет, что ее все устраивает:

— Никого мы не боимся. За «Единую Россию» я голосовала, потому что я сама согласна. Меня Путин устраивает: деньги дает, пенсию дает, зарплату дает. Не знаю я, что соседей не устраивает. Ремонт в клубе обещают. Всегда за Путина голосовала и буду голосовать.

— Да ее уволят, если она клуб покажет, — перебивает ее проходя мимо пожилой мужчина, 67-летний Муххамед Муртазин. — Я всех попробовал — и ЛДПР, и коммунистов, нету толку ни от кого! Тут же все за всеми следят: ходят, докладывают все главе, высматривают, подслушивают. Вот вы приехали (обращаясь к нам), — глава и жена его, директор нашей школы в Бурино, уже наверняка все знают и выше доложат сейчас.

— Ну уволят, и что? Я пенсионерка. А клуб — не открою, снаружи смотрите, вот еще, нашлись агитаторы, — сказала Альбина и ушла прочь.

Наиль Фаттахов / Znak.com

— А я обычно за Жириновского голосую, потому что он один бьет всех по мордам, но хотя бы не за этих проституток, — вступил в диалог еще один житель деревни Газалий Галин.

— А смысл в его драках? — спрашиваю Галину и собравшихся в кружок местных.

— А кто его знает. Вот ему власть не дают, была бы власть, может, и не дрался бы.

— Вы верите, что что-то изменится?

— Нее, хуже и хуже. Не верим. Из нашей деревни три главы поселения было — и хоть бы один воду провел. Верхушка ворует тоже. Одного главу района посадили, второй, говорят, тоже ворует. Побольше своруй, если не поймают, уезжай в другую страну.

Наиль Фаттахов / Znak.com

— А вы за ЕР когда-то раньше голосовали кто-нибудь?

— Голосовали, когда Путин первый вышел, давайте едиными будем, говорит, — рассуждает Муххамед Муртазин. — Вот и голосовали. Единый надоел, обратно коммунистов захотели: теперь ни комбикорма, ничего нет. Мы стоим тут: чего-нибудь ляпнешь, а весь район знает. Один другому расскажет.

— Да-да, про «Единую Россию» сказать плохо нельзя, а то посадят, — подключился к разговору Василий Хидиатуллин. — У нас за все сажают. Дров вот нет, и лес не дают, говорили — дадут валежник, так тоже не дадут. Тут недавно один мужик после пожара — летом кругом все горело — собрать дров хотел, так к нему сразу семь полицейских прибежали, арестовали, как преступника.

Наиль Фаттахов / Znak.com

За «Единую Россию» и Владимира Путина хотел бы проголосовать и 44-летний кочегар Буринской средней школы Фарис Калимуллин, да не смог — у него какие-то проблемы с пропиской из-за бывшей жены. Фарис — как раз из тех, кто уверен, что село не умирает и разваливается, а напротив — поднимается. Если раньше были брошенные поля — то теперь их засевают, в школах — ставят видеонаблюдение, потому что «везде теракты», и комбикорм 27 сентября не привезли не из-за КПРФ, а потому что машина сломалась, а все остальное — слухи.

Розовый «обелиск» и настоящая хозяйка деревни

С Фарисом Хидиатулиным мы знакомимся у здания школьной столовой с надписью «Миру — мир» на фасаде крыши. Фарис стоит за забором в камуфляжной форме охранника и отказывается пустить нас к школьному двору, где установлен мемориал погибшим во время войны. Он не охранник, а кочегар и топит печь, дома у него скотина, а сторожем подрабатывает, пока никого нет. Ему надо согласовать вопрос о допуске нас на территорию «общественного места» с директором школы — женой главы Халитовского сельского поселения Нурнисой Шавалеевой.

Наиль Фаттахов / Znak.com

Вопрос с мемориалом здесь больной — жители-«коммунисты» недовольны тем, что на «обелиск» райцентр выделил к 75-летию Победы 800 тыс. рублей, еще часть денег собрали по всей деревне, а поставили его на запретной территории школы, да еще и сделали не из нормального камня, а якобы за три дня из камней с развалин совхоза, «дав на бутылку местным мужикам». Попросту — своровали деньги, уверены деревенские.

— Жители тоже к мемориалу пройти не могут? — спрашиваю Фариса, пока он звонит супруге главы.

— Нет, только по согласованию, разрешение надо. Везде теракты, вот приходится так.

— Почему здесь мемориал поставили, жители жалуются, что цветы возложить не могут.

— А куда деваться? Коровы в открытом месте затопчут, а здесь мы все белим, ремонтируем.

— Жители говорят, что из старых камней построили мемориал…

— Ничего не из старых. Вы проходите, посмотрите, директор разрешила. Только фамилию, имя и отчество назовите, мне надо вас записать.

Наиль Фаттахов / Znak.com

Проходим. Мемориал, и правда, более чем странный: розовый и накренившийся назад, будет вот-вот рухнет.

— Он не кривой, это бетонка такая, называется «сапог». Под ним ничего нет. Мы его быстро-быстро сделали, — уверяет Фарис.

— А почему быстро-быстро?

— Ну так получилось.

Наиль Фаттахов / Znak.com

Подробнее расспросить про мемориал, который жители ждали 12 лет, про воду, дороги, коней свояка и пресловутый комбикорм мы хотели у главы поселения Ахмата Шавалеева, но разговор не сложился. Сначала глава и его жена просто долго выглядывали из окон своего дома, очевидно, надеясь, что мы не дождемся их и уедем, но потом Ахмат Ахнафович, явно устав слушать надрывный лай своего пса, все же вышел за ворота.

— Ничего говорить не буду, не знаю ничего, привезли же вроде комбикорм… — начал было глава, но осекся, когда за ним следом вышла дородная женщина, явно настроенная решительно. Это его жена, та самая, которая руководит школой.

— Ахмат, иди в дом, ты в рабочей одежде. Что вам надо, почему вы приехали, не предупредив нас, вы с кем-то созванивались же из них (кивает головой в сторону деревни), — начала Нурниса Шавалеева, а ее супруг покорно скрылся во дворе. — Что мы сейчас будем с вами говорить и сплетни собирать, что ли? Вы же для этого приехали…

— Нет, поэтому мы и пришли к главе, чтобы узнать его мнение и ваше…

— Еще раз. О чем тут говорить: вам позвонил народ или написали они? При чем тут обелиск, комбикорм? Я, что, их проблемы должна решать? Вон там к обелиску есть вход, где написано: «Миру — мир», там попадете к обелиску. А там детская площадка — мы закрываем на замок, всякое может быть.

Наиль Фаттахов / Znak.com

— Вы давно здесь живете?

— Я всю жизнь тут: как родилась, так и живу. А то, что люди тут эти говорят, не надо слушать, они сами ничего не хотят от этой жизни.

— То есть те, кто хочет работать, те и живут хорошо?

— Вот. То же самое с мечетью. Откуда эти женщины собрались, когда вы приехали? Там мужчины только работают, женщинам там им делать нечего.

— Там только одна женщина была.

— Нет. Там три женщины стояли. Мечеть построят: тоже скажут, что не пускают. Вы поймите, это деревня, не город, тут все не как у вас — все иначе. А то, что кто-то там чего-то говорит, — ерунда это все, комбикорм этот. Я туда за комбикормом даже не хожу, потому что там скандалы, кто-то недоволен. При чем тут выборы? Привозят его частники.

— А вы сами властью довольны?

— Я довольна. Все есть, только надо работать, соблюдать наши законы. А то, что у нас говорят — нету производства, — оно есть. Пожалуйста — птицеферма «Здоровая ферма» в Муслюмово, автобусы привозят и увозят, а люди не задерживаются. Кто виноват? Неужели власть виновата? У нас тут много народа, кто не совсем пенсионеры, а работать не хотят.

— А вот воды нет у вас…

— Воды нет, она непригодна по составу, не проходит. Я на вас вообще в суд подам, если вы про меня что-то напишете…

Наиль Фаттахов / Znak.com

После этого директор школы зачем-то начала снимать на телефон наш автомобиль, затем нас самих. Тут же налетели гуси с соседнего двора, им почему-то тоже не понравились гости. От шипящих птиц и весьма недовольной женщины пришлось ретироваться подальше, тем более что мы хотели найти здесь ФАП — ведь именно об открытии таких фельдшерских пунктов как об одном из признаков жизни на селе и развитии каждый раз говорят областные власти.

ФАП без медика и садик без детей

Фельдшерско-акушерский пункт в Бурино есть, о нем рассказывают все жители. Он находится в старом-старом здании советских времен. Только вот на входной двери здесь висит замок, а через окно внутри видны пожелтевшие занавески и полное отсутствие «медицинского духа». Дело в том, что фельдшера в деревне нет уже больше двух лет — с тех пор как медик ушла на пенсию. Но местные не унывают и говорят, что их лечит Wi-Fi, который недавно провели к пустующему ФАПу от местной вышки сотовой связи.

Наиль Фаттахов / Znak.com

«Болеют люди, а в аптеку за девять километров в Халитова ехать надо. ФАП у нас есть, вот недавно интернет к нему провели, теперь считаем, что этот провод нас лечит, потому что фельдшера два года как нет. Они (власти и провайдер) когда проводили интернет, привезли оборудование медицинское, лекарства и даже врача. Мы обрадовались. Но они все расставили, показали на камеры, пофотографировали, один день так ФАП поработал, а потом вечером все собрали, погрузили и увезли — вместе с доктором. Видимо, в соседней деревне поехали спектакль показывать. Так мы и живем», — рассказали живущие рядом с ФАПом люди.

Наиль Фаттахов / Znak.com

Жители говорят, что пытались писать о всех своих проблемах даже губернатору, но «ему до них дела нет», а староста деревни — тоже родственник Шавалеева, которого он сам вопреки народному сходу и назначил. Теперь деревенские добиваются, чтобы старосту сняли, а они могли избрать своего. Вроде как в этом их поддержала прокуратура.

— Свои только работают у них, чужих не пускают никуда. В соседней Сосновке — депутат, у нее сын заместитель главы района. Они все баламутят. Эта же депутат у них — заведующая садиком, в котором детей нет, а сотрудники есть, — говорит Василий Хидиатуллин. — Мы забытые люди, только когда выборы — все приезжают, говорят: вы нам нужны, мы за вас. А так и не нужны мы никому. Только вот проголосовали не так — и сразу вспомнили они о нас, устроили черт-те что».

Наиль Фаттахов / Znak.com

В маленькую Сосновку мы заезжаем на обратном пути — чтобы спросить про садик, в котором якобы нет детей. 73-летняя Роза Маликова в подробностях подтвердила нам эту странную историю: по ее словам, в садике действительно нет ни одного ребенка, все они числятся только на бумаге: одна из сотрудниц оформила туда своего внука, который живет с родителями в Челябинске, вторая — только родила и поставила младенца на учет в этот же садик. При этом в садике есть заведующая — мать заместителя главы района и три сотрудника. Все они получают зарплату и продукты. 

Сама Роза боится, что не переживет эту зиму, так как дом у нее ветхий, а в переселении отказали. Женщина всю жизнь работала в селе фельдшером. Видимо, говорит, не заработала на нормальную старость. Она записала на бумажку все жалобы их деревни, чтобы не забыть озвучить. Как и жители других окрестных деревень, она хотя и говорит, что никому они не нужны, но в глубине души надеется, что жить станет лучше.



Отправьте нам новость

У вас есть интересная информация? Думаете, мы могли бы об этом написать? Нам интересно все. Поделитесь информацией и обязательно оставьте координаты для связи.

Координаты нужны, чтобы связаться с вами для уточнений и подтверждений.

Ваше сообщение попадет к нам напрямую, мы гарантируем вашу конфиденциальность как источника, если вы не попросите об обратном.

Мы не можем гарантировать, что ваше сообщение обязательно станет поводом для публикации, однако обещаем отнестись к информации серьезно и обязательно проверить её.