Генеральный партнер проекта —

Первый всенародно избранный губернатор в России, первый спикер свердловского парламента, первый сенатор Совета Федерации от Свердловской области… Чиновник, не стеснявшийся выходить к людям и говорить с ними, даже если они митинговали против него, воевать с федеральными правительством и в то же время — танцевать, играть на баяне, и даже пилотировать истребитель. Эдуард Россель — человек-эпоха, и сложно представить, как без него выглядела бы сегодня Свердловская область, да и вообще Россия. Сам Россель хотел доработать в статусе свердловского губернатора до своих 80 лет. Юбилей Эдуард Эргартович отметит 8 октября, к чему весь регион, отдавая должное своему бывшему губернатору, готовился последние несколько месяцев. Проект «Россель 80» Znak.com и группы Синара — попытка вспомнить ключевые события в жизни свердловского руководителя. Ведь их последствия так или иначе коснулись каждого жителя региона.

Глава I

Беспризорник

1937-1957

«Должен сказать, что я очень плохо знаю биографию матери. 8 октября мне исполнилось четыре года, а 9 октября, в 1941 году, ее забрали НКВД. Мы жили только вдвоем, отец уже был расстрелян. Такое нельзя забыть, даже когда тебе четыре года. Я помню с того момента, как начали стучать в дверь: «Откройте, НКВД!» Она на себя что-то набросила, открыла… Заходят. «Одевайтесь. Его не одевайте, вы пойдете без него». Она говорит — а как же, дома никого нет, он здесь один. «Брать нельзя, останется здесь». Ну, тут был такой крик… Рассказывать спокойно это невозможно. Страшнейший крик, звериный… Ее бросили в телегу и увезли. И этот крик... До сих пор у меня в ушах стоит».

Любой разговор о жизни Эдуарда Росселя начинается именно с этого эпизода. Семья Росселей, проживавшая в поселке Бор Горьковской области (ныне Нижегородской), попала под завершающий этап переселения немцев Поволжья, когда за двое суток шесть тысяч человек были высланы в Казахстан и Сибирь. До сих пор неизвестно, по каким причинам самого маленького Росселя в ту ночь не забрали вместе с матерью, которую отправили на Крайний Север. Больше суток четырехлетний Эдик провел в доме один: как вспоминал Эдуард Эргартович позже, соседка просто боялась заходить в дом, где еще недавно жили Россели. Но вскоре все же зашла, взяла ребенка за руку и увела жить к себе.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя
Маленький Эдуард Россель

Так Россель нашел временный приют в многодетной семье. Помимо него, в доме уже было девять детей. Возможности прокормить такую ораву самостоятельно в военные годы не было. Еду добывали где только можно — попрошайничали, выскребали буквально по зернышку из соседних домов. В этих условиях дети начали умирать от голода. Сам Россель, не прожив и года в этой семье, тоже начал чувствовать себя плохо. «Нам сшили мешочек, в него ставился стакан, он одевался на шею. И мы ходили с гвоздиком, из щелей собирали зернышки пшеницы — рядом курятник был, конюшня, зерно возили. Я тогда своим детским умом думал: если останусь здесь, умру. У меня был бушлатик, я его надел. Ножичек был маленький. И решил пойти на станцию и уехать. Не знаю куда — уехать и все», — вспоминает сам Россель.

По путям Горьковской железной дороги пятилетний Эдик добрался до Кировской области, где и началась его беспризорная жизнь. Русский язык он знал плохо и больше говорил на немецком. Он прибился к другим малолетним бездомным бродягам и стал жить с ними. «Вы даже близко не представляете, что это такое, — рассказывал Россель позже. — Это человек двадцать, которые спят в теплофикационных колодцах, в сараях, черт знает где. В шесть лет беспризорники, которые были старше меня, выбрали меня главой. И я каждое утро распределял, кто должен идти на кладбище, кто на вокзал, кто в столовую — собирать подаяние. На это мы и жили».

Сам Россель в семилетнем возрасте тоже однажды решил ночевать на кладбище, «чтобы стать бесстрашным человеком». Засыпать без особых проблем он научился только к третьей ночи. Но тогда его разбудил шум, производимый работавшими неподалеку могильщиками. Поинтересовавшись, чего они тут делают (и изрядно их напугав), Россель свои ночевки на кладбище прекратил, решив, что стал достаточно бесстрашным.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина
Родители

К 1947 году десятилетний Эдуард Россель уже четырежды попадал в лагеря для беспризорников: такие были расположены в Верхнекамске и Кирове. Хотя лагеря предназначались для малолетних, охрана в них была, как и в любых других: автоматчики каждые 50 метров, колючая проволока, рвы вдоль заборов. Но несмотря на это, ни в одном лагере, по словам Росселя, он не был больше недели: сбегал, рыл подкопы, уводил с собой других ребят, и все начиналось по новой — колодцы, церкви, трассы. Летом — земляника, зимой — попрошайничество. «О том, что мы там творили, можно отдельную книгу написать. Я благодарен людям, которые были в моей жизни — кто кусочек хлеба давал, кто-то яичко, чтобы мне накушаться», — говорил о тех годах Россель.

В 1947 году советские власти решили открыть зону, в которой сидела мать Росселя

И хотя ни паспорта, ни возможности уехать с севера у нее не было, она смогла подать во всесоюзный розыск, чтобы найти сына, который на тот момент беспризорничал в Верхнекамске. Найти Росселя, который никогда свою фамилию не скрывал, оказалось чуть легче, чем его поймать. «НКВД меня знал наизусть. И тогда на рынке в Верхнекамске смотрю — на меня НКВДшник идет. Я от него драть. Он говорит: Эдик, остановись, мама едет за тобой. А я им не верил никогда. Я говорю: «Вот пусть она придет на базар сюда, я увижу, что это мама». Это очень длинная история... Но она приехала. Я узнал ее и уехал с ней», — рассказывает Россель.

Новый дом Эдуарда Росселя в деревне Гардиоль был буквально в нескольких метрах от женской колонии. В деревне было 17 дворов и пять тысяч женщин-заключенных. В десять лет он пошел в первый класс школы, и поначалу учеба давалась ему плохо: сказывалось незнание русского языка. Помочь мальчику решила жена одного местного политзаключенного, до высылки мужа преподававшая в Ленинграде литературу. Она предложила Росселю ходить к ней заниматься русским языком. «Она говорила: «Эдик, через год никто не узнает, что ты не русский». На это потребовалось два года, но говорил я потом уже без акцента», — делится Россель. Впрочем, и после этого он, по его же словам, учился кое-как: хорошо давалась только математика.

Появление дома едва ли сделало жизнь Росселя беззаботной. В 11 лет ему пришлось устроиться работать шофером, чтобы помогать матери кормить семью. К старшему возрасту у него появилось еще три брата по материнской линии. Возил сено, дрова и молоко на газогенераторной «полуторке» ГАЗ-42, которая трогалась с места когда растопишь «чурки»; ходил рыбачить. «Я ходил один. Спал в тайге один. Коми меня научили, как жить. У нас там рыси, медведи есть: я разводил два костра, между ними ложился, спал. Поднимался по рекам вручную, северные реки очень быстрые, там можно только с шестом подниматься, никакими веслами там невозможно – снесет. Бочку, две бочки хариусов наловишь, засолишь — и вот это была для нас рыба на всю жизнь. Мне, матери, трем братьям», — говорил Россель в интервью 1999 года.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина
На баяне Эдуард Россель научился играть самостоятельно

К слову, в той же деревне Россель научился играть на гармони, что потом неоднократно демонстрировал во время работы губернатором. Навык достался ему от местного зэка Васи Шмидта — «интересного человека», который отсидел на зоне 17 лет за убийство. Шмидт был деревенским гармонистом и научил Росселя играть на этом инструменте. Позже мать Росселя смогла купить ему баян, играть на котором он выучился уже самостоятельно. После седьмого класса Эдуард решил поступить в сельскохозяйственный техникум, для чего ему нужно было получить разрешение председателя поселкового совета в соседнем поселке Водный. «И он мне говорит — что, техникум? Ты же немец, ты возьми лопату и копай землю в деревне. Я пошел. Маме сказал, она сумела сделать так, что мы переехали в Ухту», — рассказывает он. Возможность отказаться от немецкой национальности у него появилась позже, при выдаче паспорта. Но он оставил национальность при себе и документ получил с двумя отметками — «Без права выезда» и «Обязательное ношение с собой».

В Ухте Россель доучился оставшиеся ему три класса и в 20 лет он наконец покинул школу. Правда, аттестат зрелости Эдуарду Эргартовичу так и не выдали — сразу отправили в военкомат на медкомиссию.

Генеральный партнер проекта —

Глава II

Строитель

1957-1990

«Я пришел. Там сидел очень интеллигентный — что бывает редко — полковник, образованный человек. Я говорю: «Хочу быть летчиком-испытателем». Он говорит мне — давай, заполняй бланки, но учти, что самое главное — это здоровье. Если пройдешь комиссию по здоровью, мы тебя направим. В Сыктывкаре, где была главная комиссия, нас таких было 260 человек. Комиссия — девчонки молодые, всем по двадцать с чем-то лет, всю нашу братию голую по очереди посмотрели. Из 260 человек отобрали 16. В них я вошел — летчик-испытатель, космонавт. Я получил направление в Даугавпилс, готовился к экзаменам. Потом меня вызывают в военкомат. Я попал на этого же полковника. Он говорит: Эдик, к сожалению, мандатная комиссия не пропустила ваши документы. Вы по национальности немец, отец расстрелян, дедушка расстрелян, мама в лагере сидела — не подходите. Я тогда к нему с просьбой — вы можете мне документы отдать? И он великое дело сделал. Он говорит: я не имею права это делать, но я понимаю, что это несправедливо. Я отдаю тебе документы, но в течение суток чтобы тебя не было в городе Ухты. Это было немыслимо, за такое расстрелять могли в то время. Но он отдал. И я уехал».

Что делать после приезда домой, Россель не знал — знал только, что из города нужно уезжать, иначе в следующий раз общение с военкоматом может пройти уже в иных условиях. Проблему выбора, определившего всю дальнейшую жизнь Эдуарда Росселя, а заодно и Свердловской области, ему помог решить младший брат Женя. «Он у нас с юмором такой парень. Говорит: давай подбросим справочник, где он откроется, туда и поедешь. Подбросили, открылось на букву С», — вспоминает Россель.

Ни Симферополь с Севастополем, ни Саратов Росселя не заинтересовали. Хотя куда конкретно ему нужно, он не знал. Будущий губернатор выбрал Свердловск из-за большого количества вузов, находившихся в городе. Россель сел на свой мотоцикл ИЖ-49, съездил на аэродром за авиабилетами, и уже в два часа ночи был в центре Свердловска.

На следующий день Эдуард Россель пошел выбирать себе альма-матер. По его словам, четкого желания обзавестись конкретной профессией у него в тот момент не было — зато было желание учиться в красивом здании. Одним из первых вузов, которые он посетил, стал медицинский институт. Его мать хотела, чтобы сын стал хирургом. «Она все говорила: «Эдик, ты женщину возьмешь за руку, она сразу выздоровеет — даже операцию делать не надо». Я зашел в медицинский, иду по коридору, смотрю — какая-то кирпичная стена. Спрашиваю: что за стена? А это СИЗО здесь. Мама моя родная! Я около зоны прожил очень долго, четыре метра до колючей проволоки. И еще семь лет буду смотреть в СИЗО? И ушел. Я парень непростой, с завихрениями какими-то, мне же нужно было, чтобы и здание нравилось, чтобы приятно было в него ходить, учиться», — рассказывает Россель.

Уральский политех, который к тому моменту уже закончил будущий президент России Борис Ельцин, показался будущему руководителю Свердловской области слишком мрачным. Пединститут отлетел, потому что учиться с одними девочками Росселю не хотелось. Так один за другим отошли все вузы, кроме Горного института. «Мне понравилось старое здание по улице Куйбышева, построенное в стиле каменного зодчества. Там еще тополь перед ним стоял, скамейка… Я сел на нее, подумал, посмотрел. И подал документы на энергетический факультет», — вспоминает он.

Впрочем, и на энергетическом Росселю учиться не пришлось

После подачи документов он встретил ребят, вместе с ним окончивших девятый класс средней школы. В разговоре выяснилось, что все они подали документы на шахтостроительный. Они предложили Росселю перейти к ним на факультет, чтобы он не был там один, — и он забрал только что поданные документы и подал заново, уже на шахтостроительный. «И из всех братьев экзамены сдал я один — все остальные завалили. А я так и остался», — говорит Россель.

Сдав экзамены на «отлично», Россель стал учиться по специальности «строительство горных предприятий». Здесь же, в институте, он встретил свою будущую жену Аиду Соболеву.

Люди
Аида Россель

Приметил он ее еще «со спины», лицом к лицу они еще не встречались, но он уже узнал, что она живет на третьем этаже общежития. Правда, в тот момент Аида была уже не совсем свободной девушкой, но Эдуард твердо решил добиться ее, в самом прямом смысле этого слова.

«В первый раз я ее увидел в лицо под фонарем на Ленина, 54, как она целовалась с кем-то. Я тогда думаю: надо меры принимать. Зашел в общежитие, там лампочка перегорела в прихожей, я ждал, когда этот процесс на улице закончится. Он закончился, она как воробей упорхнула на третий этаж. Смотрю — товарищ идет. Я его к себе. Сказал: «Чтобы я тебя, друг, с ней видел последний раз». А он был на третьем курсе, я на первом, ну какое отношение у третьекурсников? Салага! Он не знал, какую жизнь этот салага уже прожил. Я взял его за шкирку и головой ударил о чугунную батарею. У него из носа, из ушей пошла кровь. Я сказал: еще раз увижу, еще будет хуже. И таких я насчитал пять человек — и с каждым расправился, — рассказывает Россель. — Но не в такой степени, там интеллигентней уже было дело».

К следующему танцевальному вечеру все потенциальные соперники были ликвидированы, и к Соболевой уже никто не подходил. Наконец, подошел сам Эдуард Россель, пригласил ее на танец, а уже через месяц они поженились. «Я тогда сказал: дай мне клятву, что мы вместе будем с тобой каждый год отмечать вдвоем и жить будем до 80 лет. А в 80 лет отметим 60 лет нашей жизни совместной, и там определимся, что будет дальше. Она говорит: «Да ты что, с ума сошел, чтобы я с одним мужиком жила до 80 лет?» Я говорю: ну, когда не понравится, уйдешь к другому мужику», — вспоминает сам Россель, со смехом констатируя, что и спустя 59 лет жена никуда не ушла.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина

После окончания института в 1962 году Эдуард Россель пробует себя в научной сфере, разрабатывая новый метод бурения горных пород. Впрочем, вскоре он решает, что реальное производство ему интереснее. Вместе с Аидой он уезжает в Нижний Тагил, где живут ее родственники. Однако на реальном производстве должности выше проходчика ему не предлагают, и это ему — человеку с высшим техническим образованием — кажется несправедливым. Проболтавшись пару месяцев дома, в 1963 году Россель решается поступить на должность мастера в тресте «Тагилстрой», внутри которого он и начал постепенно двигаться вверх по карьерной лестнице. Его жена, как и ее брат, также работали в строительной отрасли.

Основной работой треста «Тагилстрой» было возведение различных объектов для «Нижнетагильского металлургического комбината», а также работа над инфраструктурой северных территорий региона. В тот год, когда в трест пришел Россель, на НТМК завершалось сооружение кислородно-конвертерного цеха. В структуре треста действовали девять строительных управлений и двадцать специализированных организаций на правах субподряда. Сам «Тагилстрой» входил в систему трестов «Главсредуралстроя», в подчинении которого было до 25 тысяч человек.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина

К 1976 году Россель успел пройти все промежуточные должности от прораба до главного инженера и стал начальником управления «Тагилстроя». За это время трест построил новый вокзал в Нижнем Тагиле, завод ЖБИ №2, несколько цехов НТМК, в том числе знаменитую доменную печь №6, ДК «Юбилейный», металлургические цеха «Уралвагонзавода», новое трамвайное депо и десятки других объектов.

Однако ключевой стройкой для карьеры Росселя стало создание универсально-балочного (широкополочного) стана НТМК, которое курировал лично первый секретарь свердловского обкома КПСС Борис Ельцин. Тут Росселю довелось работать вместе с будущим первым министром строительства России Борисом Фурмановым — в те годы он был главным инженером строительно-монтажного комбината «Тагилтяжстрой». В 1977 году Россель, который и до этого курировал основной производственный комплекс по строительству стана в статусе замначальника комбината, получил пост начальника «Тагилтяжстроя». Это случилось после того, как в отставку ушел Борис Тихомиров. В мемуарах Фурманов, который фактически поступил к Росселю в подчинение, вспоминает, что был против его назначения — причем исключительно потому, что Фурманов считал его «местным кадром», который не мог привнести в работу комбината никакой новизны и «сломать устоявшиеся традиции».

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина

«Моё предубеждение в отношении Росселя как представителя тагильской школы строителей, возможно, оставалось бы и дальше, не случись смена руководителей комбината и не прояви Россель стремления к налаживанию контактов, — пишет Фурманов. — Россель терпеливо выслушивал собеседника, старался разобраться в проблеме и, принимая решение, не объявлял его как окончательное, не допускающее критику. Убеждал разъяснениями, что именно таким оно должно быть». Фурманову Россель запомнился демократичным, уважительным отношением к сотрудникам и подчиненным, говорящим с ними не свысока, а на равных. По его словам, Россель безвылазно находился на стройке стана в течение всего периода основных работ. «Его организаторские способности, настойчивость и терпение, а также тактичность, проявлявшаяся в умении без конфликтов решать вопросы, не наносить зря обиды исполнителям, не подставлять их под удар властей, способствовали общему деловому настрою», — пишет он.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина

Проблема была в том, что несмотря на все старания Росселя и команды стройка отставала

За полтора месяца до декабря 1977 года предварительные расчеты показывали, что на все доделки уйдет еще несколько недель января. В работу вмешался Ельцин, которому стало известно, что рабочие Липецка намерены ввести аналогичный стан в эксплуатацию 21 декабря и стать первыми в СССР — а соответственно, получить все причитающиеся передовикам труда преференции. В связи с этим в ноябре Ельцин на заседании областного партийного штаба заявил, что стан должен быть сдан не позднее 19 декабря — ко дню рождения генсека ЦК КПСС Леонида Брежнева.

«Неимоверными усилиями производственных коллективов, давлением Ельцина на членов государственной комиссии ввод стана был оформлен, и в назначенный срок по этому поводу прошел грандиозный митинг. Стан выдал первую продукцию, и для строителей, монтажников, наладчиков разных министерств и ведомств, для заказчика в лице Нижнетагильского металлургического комбината это была заслуженная победа», — пишет Фурманов. Тогда говорили, что за ударный труд Росселя должны были представить на звание Героя Социалистического труда. Но никаких официальных наград он не получил вообще. Формально — потому что с момента присуждения ему предыдущей награды не прошло четырех лет.

Выход из ситуации нашел Борис Ельцин: он снял часы со своей руки и в присутствии большого числа людей вручил их Росселю. Часы были с историей: сам Ельцин получил их лично от Брежнева как подарок на день рождения. Кроме того, по распоряжению Ельцина о Росселе как о руководителе исторической стройки был снят цветной документальный фильм, который показывали по областному телевидению.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина

С тех пор между Росселем и Ельциным завязались отношения и в политической сфере. Эдуард Эргартович помогал будущему президенту избираться в Верховный Совет СССР, вести кампании на территории региона. В 1983 году Борис Ельцин впервые предлагает Росселю заняться исключительно политической работой — стать руководителем горисполкома Нижнего Тагила, то есть мэром второго по величине города Свердловской области.

В тот день Ельцин с самого утра приехал в Нижний Тагил, вел встречи и Росселя вызвал к себе только ближе к вечеру — прямо в кабинет председателя горисполкома, который на тот момент был без хозяина. «Я думал, что вызывает меня по строительству — жилье там, промышленность, я же начальник огромного строительного комбината — 25 тыс. человек, семь трестов. А он так издалека ко мне подплывает: «Вы знаете, что я сегодня с утра здесь?» Я говорю: знаю, как не знать — первый секретарь обкома в городе. Он продолжает: «Вы знаете, что у нас нет председателя горисполкома? Я с утра занимаюсь этим вопросом, переговорил со всеми членами райкомов, горисполкома, советом директоров, профсоюзами. И вы знаете, удивительная вещь, я такое встречаю в первый раз — они все называют вашу фамилию! И мне ничего не остается, кроме как сделать вам предложение»», — вспоминает Россель.

Эдуарду Эргартовичу уходить со своего места не хотелось совсем. По его словам, в лучшем случае человек на такой должности мог отработать восемь лет, после чего уходил либо заместителем по кадрам и быту на НТМК, либо на аналогичную должность в «Уралвагонзавод». «А мне сорок с небольшим лет. И я думаю: «Господи, ну что это я там буду в 48 лет!» И я сказал: «Спасибо Борис Николаевич, я от этого предложения отказываюсь». Молчание было, мне показалось, минуты три-четыре. Кто знает Бориса Николаевича, сидеть с ним молча три-четыре минуты — это годы жизни. Я ему говорю, чтобы разбавить как-то молчание: «Если вы считаете, что я человек, готовый для повышения дальше, я бы не отказался». Он молчит. У него в руках два карандаша было, он их как-то крутил, стучал ими. Вдруг сломал, да как бросит в стену! И говорит: «Идите. Я вам этого никогда не прощу». И я ушел», — рассказывает Россель.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина

Россель пришел домой и объявил, что теперь он безработный. Он считал, что на следующий день созовут бюро горкома партии, скажут, что отказался от партийного поручения, исключат из партии, снимут с должности начальника комбината. Но этого не произошло. Через несколько дней главой горисполкома назначили первого секретаря Тагилстроевского райкома КПСС Валерия Чердынцева.

Но готовность Росселя к повышению, видимо, не забылась. В тот же год он не без участия Ельцина был назначен заместителем начальника Главного управления капитального строительства в Свердловской области — «Главсредуралстроя». Это был крупнейший строительный главк в Советском Союзе, в котором работало в общей сложности около 150 тыс. человек.

Спустя шесть лет Эдуард Россель смог оказать Ельцину ответную услугу. «В 1989 году я был единственным человеком в Свердловской области, который принял Ельцина (тогда находившегося в опале в партии), когда секретарь обкома партии запретил это делать. Когда об этом узнал обком, мне тут же позвонил по правительственной связи секретарь и говорит, чтобы я отказал. Я говорю: «Я никогда не откажу, я с Борисом Николаевичем работал, он был нашим первым секретарем обкома, сделал много для нашей области, я буду проводить эту встречу». На что мне было сказано, что если я не сделаю этого, то не буду начальником главка — тогда я исполнял обязанности начальника — и вряд ли буду коммунистом. На это я сказал, что начальник главка сейчас избирается, а не назначается обкомом партии, слава Богу, и вряд ли все так дружно вас поддержат в том, чтобы меня исключили из партии, если я расскажу им суть нашего разговора», — вспоминает Россель.

Ельцин тогда посетил площадку «Главсредуралстроя» и выступил перед рабочими, а обком партии, как и было обещано, выступил против повышения Росселя. Но принимающий решение совет главка из 17 человек избрал Росселя единогласно, и обкому пришлось с этим решением согласиться.

Генеральный партнер проекта —

Глава III

Истинный федералист

1991-1993

Впрочем, начальником главка Россель проработал уже не так долго. Когда в регионе освободилось место руководителя облисполкома, коллегия «Главсредуралстроя» собралась (как говорит Россель, втайне от него) и приняла решение продвигать его кандидатуру на партийное повышение. Россель, будучи членом областного совета, соответствовал всем предъявляемым главе облисполкома требованиям. Оставалось только заручиться поддержкой областных депутатов и победить на голосовании. Оппонентом «красному директору» Росселю стал представитель демократического лагеря совета Геннадий Бурбулис. В начале Перестройки Бурбулис организовал в Свердловске первую дискуссионную трибуну на площадке ДК Железнодорожников, получил благодаря этому широкую известность и выиграл выборы в облсовет, сумев привлечь внимание Бориса Ельцина. Хотя на публичных выступлениях Бурбулис, десять лет преподававший диалектический материализм в институте и командовавший дискуссионной трибуной, смотрелся ярче, когда дело доходило до обсуждения реального положения области Россель был гораздо убедительнее.

Люди
Юрий Петров

После четырех туров голосования, в каждом из которых он получал все больше сторонников, начальник главка все же стал председателем облисполкома и 2 апреля 1990 года начал работать как руководитель области. Позже облсовет обратился к федеральному правительству с предложением провести выборы губернатора региона, однако на это был дан отказ.

Спустя три дня после избрания Росселя в Свердловскую область прилетел Михаил Горбачев. Пользуясь представившимся случаем, новоизбранный глава региона поставил перед ним вопрос о том, как открыть Свердловскую область, чтобы как-то поправить экономическое положение субъекта. До этого иностранцев в регионе не было, а если кто и приезжал, то по его следам тут же шли «товарищи» из КГБ. Горбачев сказал: «Будем решать». И с этого момента дело сдвинулось с мертвой точки.

В статусе главы облисполкома Росселю пришлось встречать самые тяжелые с точки зрения экономики годы в Свердловской области. Страна распадалась, возникали проблемы с обеспечением продовольствием, приходилось ездить в Москву к тому же Горбачеву то за мясом, то за зерном для региона. В области была развернута карточная система, проработавшая почти год.

В тот же год Эдуард Россель успел сделать и одну символически значимую для всей России вещь. 18 июля 1991 года Россель экстренно собрал президиум областного совета депутатов (который он в тот момент сам и возглавлял) и объявил, что инициативной группой произведено вскрытие захоронения останков семьи царя Николая II и его прислуги. Раскопки были предприняты по инициативе свердловского руководства — якобы потому, что на месте предполагаемого захоронения стали появляться частные лица, которые пытались самостоятельно провести раскопки перед очередной годовщиной убийства царской семьи.

Так Россель станет частью главной православной истории Екатеринбурга. Позже он закрепит память о себе в этом сюжете, став одним из инициаторов строительства Храма-на-Крови.

К слову, к этому моменту у Росселя были все шансы круто изменить свою карьеру. Став председателем Верховного совета РСФСР, Борис Ельцин предпринял еще одну попытку завербовать Росселя в свою команду, предложив ему стать заместителем председателя совета министров РСФСР, с последующей перспективой стать председателем. Но и на этот раз попытка договориться с Росселем успехом не увенчалась.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина
Люди
Валерий Трушников

«Я ему тут же отказал. Не потому, что я струсил, — я знал, что делать. Но я прекрасно знал, чем это закончится: я должен был пойти против него, а дальше можно только догадываться, что дальше было бы — потому что я не сдался бы. И он говорит: «Ну как так? Вот вам три дня — посоветуйтесь с женой, с товарищами, с профсоюзом» — и так далее. Я решил ему хитрый трюк его напомнить. Три дня я прожил в гостинице «Россия», никуда не звонил, ничего не делал. Вызывают меня. Я говорю: «Я поступил точно так, как вы сказали: переговорил с профсоюзами, с женой, с советом директоров и так далее. И вы знаете, удивительная вещь — все против. И я тоже». Он молчал — не знаю, вспомнил он свой трюк или нет. И сказал — идите. И после этого полтора года со мной не разговаривал».

Полуторагодовое молчание сменилось новым предложением. 16 октября 1991 года уже президент России Борис Ельцин своим указом назначил Эдуарда Росселя главой администрации Свердловской области. Говорят, что Россель не был единственным кандидатом на этот пост и на рабочем столе Ельцина лежало несколько проектов приказов о назначении на другие фамилии, в том числе на депутатов Верховного совета и других достаточно известных в политической элите людей. Но сам президент позже говорил, что не сомневался ни минуты в том, на кого именно взвалить Свердловскую область. Россель достаточно быстро сформировал свою команду. Директором департамента администрации Свердловской области стал Алексей Воробьев, знакомый Росселю по работе в облисполкоме. Своим заместителем Эдуард Эргартович назначил Валерия Трушникова, с которым они вместе работали еще в «Главсредуралстрое».

На Трушникова было возложено оперативное управление правительством, в то время как Россель занимался стратегическим планированием. Вскоре Россель, для которого перестроечный призыв к гласности не был пустым звуком, стал подыскивать себе и пресс-секретаря.

Эта проблема решилась только к концу декабря. Тогда, пересмотрев несколько кандидатов, Россель решил сделать предложение заместителю редактора «Вечернего Свердловска» Александру Левину.

Люди
Александр Левин

Воробьев позвонил в редакцию, озвучил предложение Левину, который тогда ударно трудился над новогодним номером газеты, и дал два дня на размышление. Спустя два дня Левина, еще сомневающегося в том, принимать ли предложение, пригласили в кабинет к Росселю. Для Эдуарда Эргартовича вопрос был уже решен: «Будем работать вместе. Кто вы такой, я знаю — характеристика у меня на столе. С завтрашнего дня выходите на работу». Левин слегка опешил, но предложение принял, и первое новогоднее обращение главы администрации Росселя к жителям Свердловской области выходило в эфир уже в его редакции.

Появление пресс-секретаря в команде оказалось как раз кстати. Весной в регионе разгорелся скандал из-за полученной областью в декабре 1991 года гуманитарной помощи от немецких компаний. Тогда Свердловская область получила поддержку на сумму 8 млн марок (более 50 млн рублей), однако выяснилось, что гуманитарная помощь продавалась в регионе по рыночным ценам советско-швейцарским предприятием «Интерурал», в соучредителях которой числился «Средуралстрой». 1 марта в «Московских новостях» появилась публикация, в которой затерявшийся след гуманитарной помощи журналисты связывали с появлением у Эдуарда Росселя коттеджа, который по их оценкам стоил порядка 5 млн марок. Чтобы расследовать инцидент, свердловский облсовет создал специальную комиссию.

Тогда, 13 марта, Эдуард Россель сам вышел к журналистам на первую для Левина в новом статусе пресс-конференцию. Россель подробно объяснил, что гуманитарная помощь реализовывалась по рыночным ценам, потому что всем бы ее не хватило, «а если бы хватило, то отобрали бы преступники». Появление коттеджа, который сам Россель оценил только в 300 тыс. марок (2 млн рублей), глава администрации объяснил удачно взятым кредитом, а также тем, что стройматериалы для этого он закупил еще по ценам 1990 года. Поначалу вопросов это не сняло, и свердловскому руководителю даже грозили международным скандалом. Но после разбирательства штаба никаких претензий к Росселю не появилось.

Собрать команду было проще, чем справиться с нарастающими экономическими проблемами.

Вместе с Перестройкой в стране началась кампания против военно-промышленного комплекса, что для закрытой Свердловской области с многочисленными оборонными предприятиями было крайне скверной новостью. Как вспоминает Александр Левин, работавший на тот момент зампредом российского правительства Григорий Хижа прямо заявил Росселю, что военную продукцию страна больше выпускать не будет.

Чтобы сохранить многочисленные заводы, глава свердловской администрации отправился в тур по оборонщикам региона и помогал им разрабатывать конверсионные программы, позволившие заводам начать выпуск гражданской продукции. Россель лично ездил на «Уралвагонзавод», «НПО автоматики», «ЗИК», «Уральский оптико-механический завод».

Люди
Николай Малых

Одной из наиболее удачных историй стало частичное перепрофилирование УОМЗ, которое стало головным предприятием по выпуску медтехники. В 90-х на ниве дружественных отношений региона и Росселя с немецкой землей Баден-Вюртемберг Свердловская область получила 15 кювезов — инкубаторов для недоношенных детей, производить которые самостоятельно регион не мог. Попытки сделать совместное предприятие с немцами также не увенчались успехом. Тогда Эдуард Эргартович поручил главе оптико-механического завода Эдуарду Яламову самостоятельно разобраться с техникой и начать производить аналогичные агрегаты на базе УОМЗ. Коллектив Яламова с задачей справился, и предприятие удержалось на плаву. Бывали, впрочем, и менее технологичные эксперименты — как с производством титановых лопат на ВСМПО-Ависма.

Проекты

Рассекретил область

После расчета всех конверсионных программ стало ясно, что только за счет своих сил заводы сохранить не удастся. Чтобы договориться о заказе, Эдуард Россель собрал директоров основных оборонных предприятий и с такой основательной делегацией отправился в Москву, в правительство России — с уже готовым проектом постановления о поддержке свердловских военных заводов. Переговоры с правительственными чиновниками, которые в тот момент нередко менялись, продолжались больше года, и в конце концов документ был подписан.

В 1992 году начались еще две истории, каждая из которых серьезно отразилась на судьбе региона. В начале года Эдуард Россель добился назначения гендиректора завода «Химмаш» Аркадия Чернецкого на должность главы администрации Екатеринбурга. Чернецкого пришлось четыре часа отпрашивать у рабочих «Химмаша», а потом столько же убеждать депутатов Екатеринбурга, чтобы они согласились с кандидатурой Чернецкого. Правда, отношения между Росселем и Чернецким испортились почти на следующий же день после назначения его главой города, 20 января. Реальной административной работе это не мешало, но межличностный конфликт затянулся, породив то, что после еще 20 лет называли «войной города и области».

Второй значимой историей стало появление «уральских франков», автором которых выступил предприимчивый молодой политик Антон Баков.

Люди
Антон Баков

Франки были отпечатаны им еще в 1991 году, но предложение пустить их в оборот было озвучено Росселю только в 92-м, когда в регионе физически не хватало денег. Это казалось не самым плохим выходом из положения. «Россель тогда снял трубку и позвонил Егору Гайдару, который был исполняющим обязанности председателя совета министров России, и сказал: есть франки на Гознаке, может, мы запустим их на территории области? Денег же нет, — вспоминает Александр Левин. — Гайдар попросил сутки на обдумывание. Потом перезвонил и отказал. Отказал, конечно, правильно. Если бы запустили, это могло бы стать бомбой замедленного действия для рубля, мы бы просто не удержали их в области. И поэтому на франках был поставлен крест».

Хотя на момент появления «уральских франков» о какой-то самостоятельности региона речи не шло, эта идея появилась очень скоро. Высказанная Росселем в начале года мысль об укрупнении регионов, не воспринятая всерьез в высоких кабинетах, начала пробиваться «снизу».

В 1993 году Эдуард Россель собрал в Екатеринбурге научно-практический семинар по проблемам региональной политики, где предложил соседним регионам рассмотреть идею создания единого промышленно-экономического района Российской Федерации.

Идею поддержали руководители представительной и исполнительной власти Курганской, Оренбургской, Пермской и Челябинской областей, но когда дело пошло к практической реализации, никто кроме Росселя реальных шагов не предпринял. Россель же в тот момент, когда во всей стране проходил референдум о доверии президенту и досрочных выборах народных депутатов России, провел опрос, считают ли жители Свердловской области, что регион по своим полномочиям должен быть равноправен с республиками РФ. 83% голосовавших ответили утвердительно, после чего проект Уральской республики стал приобретать реальные очертания.

1 июля 1993 года совет народных депутатов объявил Свердловскую область Уральской республикой в составе РФ. 27 октября депутаты приняли Конституцию Уральской республики, а 30 октября Эдуард Россель вышел в свердловский телеэфир и выступил с обращением к жителям только что созданного региона. Он объяснил, что ни своей армии, ни денежных единиц у региона не появится и выходить из состава РФ никто не будет.

Но уже 8 ноября в кабинете Росселя замолчали правительственные телефоны, 9 ноября Ельцин распустил свердловский областной совет депутатов, а 10 ноября отправил в отставку и самого Росселя.

В ночь на 11 ноября Александр Левин экстренно собрал пресс-конференцию в гостинице «Октябрьская», на которой Эдуард Эргартович сам все объявил. На проекте «Уральская республика» был поставлен крест, а исполняющим обязанности руководителя региона стал Валерий Трушников, которого позже сменил Алексей Страхов. Тем не менее основной цели Россель, можно сказать, добился — в Конституции РФ появилась строчка о том, что все субъекты России между собой равноправны. Другая же «объединительная» идея Росселя — прописать в основном законе единую и единственную нацию «россияне» — так и не прошла согласования.

Генеральный партнер проекта —

Глава IV

Спикер-оппозиционер

1993-1995

«Это не [дело] рук Бориса Николаевича. Есть вопросы большой политики. Если руководишь большим государством, то нет иного пути, чем идти по трупам. Надо было показать жертву, такая обстановка была, и выбрать не простого человека, а сильного. Я являюсь крепким губернатором — я хозяин, я не оглядываюсь. Я вел область совершенно уверенно, я знаю что делать, мне не надо подсказывать. А удобно иметь людей, которых за ниточку дергают — они поварачиваются влево, вправо…»

По удачному стечению обстоятельств на 11 ноября 1993 года, когда отстранили Росселя, в Екатеринбурге было назначено очередное заседание совета ассоциации экономического взаимодействия Уральского региона, куда входили главы областей, тесно сотрудничавших со Свердловской. Эта ассоциация не была пустым образованием, как многие нынешние межрегиональные советы: она юридически выступала соучредителем межрегиональных АО «Уралтитан», «Российский марганец», «Уральский никель», «Уральская золото-платиновая компания» и других компаний, по сути объединяя власть и промышленников крупнейшего макрорегиона страны. Председателем этой ассоциации был Россель, и хотя к утру этого дня Эдуард Эргартович фактически оказался безработным, он вышел к съехавшимся региональным руководителям, чтобы напоследок провести запланированную встречу.

Вслед за вступительной речью Росселя слово взял руководитель Оренбургской области Владимир Елагин, который предложил упразднить должность председателя ассоциации… и вместо этого ввести оплачиваемую должность президента ассоциации с окладом на уровне главы администрации области. Таким образом ассоциация выразила свое отношение к отставке свердловского руководителя. Разумеется, на новую должность был тут же назначен Эдуард Россель.

Вслед за ним на ставки в ассоциацию перешли два самых преданных члена его команды, ушедшие в отставку вместе с ним, — Алексей Воробьев и Александр Левин. Команда расположилась тут же, в здании, где сейчас размещается Уральский институт управления РАНХиГС, и моментально приняла решение вести Росселя в первый созыв создающегося Совета Федерации. Уже к 20 ноября бывший руководитель области был кандидатом №1, в его распоряжении было 75 тысяч подписей избирателей в поддержку выдвижения, а через два дня было учреждено новое внепартийное объединение — «Преображение Урала», которое стало предвыборной платформой Росселя.

Люди
Вениамин Голубицкий

В результате прошедших 12 декабря выборов Эдуард Эргартович впервые получил статус сенатора. В ходе той, первой для него открытой избирательной кампании, он обещал избирателям способствовать созданию Сената Урала для управления восемью субъектами федерации региона, входящих в Уральскую экономическую ассоциацию.

Было бы удивительно, если бы после такого старта он не претендовал на должность председателя Совета Федерации. Хотя шансы на это изначально были довольно невелики: Кремль вполне открыто лоббировал кандидатуру Владимира Шумейко, до этого работавшего в ельцинском правительстве. На этапе выдвижения Росселя поддержали только 10 сенаторов, против 78 голосов у Шумейко. Свердловскому представителю удалось войти в четверку финалистов голосования и получить право выступить перед советом с защитой своей кандидатуры. Вся защита, как писал в те годы «Коммерсантъ», неожиданно прошла под эгидой «русской идеи». Владимир Шумейко говорил, что он «хохол и бывший казак», и ратовал за «собирательство России», Александр Титкин гордился тем, что он «тульский, тем, что русский». Эдуард Россель признал свое немецкое происхождение, но отметил, что «мы все — россияне». Петр Романов в выступлении скромно называл себя сибиряком, однако в кулуарах заседания постоянно повторял фразу: «Моя фамилия обязывает меня…» Но отсылка к императорской семье Романова, вышедшего в финал голосования, не спасла, и Кремль получил своего председателя в виде Шумейко.

Эдуард Россель, однако, надежду стать спикером не потерял

Разочаровавшись в Москве, он вновь сосредоточился на Свердловской области. Уже в апреле здесь должны были состояться выборы первой областной думы, пришедшей на смену многочисленному совету народных депутатов. Для себя Россель решил, что ему работать главным в регионе на порядок интереснее, чем сидеть одним из сотни сенаторов в Москве.

Выборы проходили по семи четырехмандатным округам, и Эдуард Россель по понятным причинам взял на себя округ Нижнего Тагила. Правда, если в народе Россель был популярен, то административный ресурс и уже назначенный главой области Алексей Страхов были не на его стороне. Поездки кандидата по округу, вначале проходившие без особых проблем, ко дню выборов стали идти все сложнее. Дошло до того, что директор одного из тагильских заводов отпустил рабочих домой еще до обеда, зная, что в обед на завод приедет Россель. Росселю приходилось выступать и перед полупустыми залами из-за того, что местным администрациям удавалось под разными предлогами понизить явку. Но старания сенатора оказались вознаграждены, и в первую областную думу он легко прошел, проведя за собой еще с десяток «преображенцев». Верный соратник Росселя Алексей Воробьев выборы выиграть не смог, но позже был вознагражден за верность должностью руководителя аппарата областной думы.

Люди
Алексей Воробьев

До того, чтобы вновь получить статус областного лидера, Росселю оставалось выиграть выборы председателя. Эдуард Эргартович провел большую подготовительную работу, встречаясь с депутатами, но поддержать его соглашались не все. Например, Аркадий Чернецкий, также избранный в первую облдуму, отказал ему в помощи сразу же.

На самом заседании против Росселя выдвинули кандидатуру Владимира Волкова, известного после конференции ЦК КПСС 1988 года секретаря парткома «Завода имени Калинина». Он был одним из немногих делегатов, кто в 88-м публично поддержал опального Бориса Ельцина. Выступая перед депутатами, Россель напомнил, что именно его работа с советом народных депутатов в 1993 году позволила региону получить право на собственное законодательство: областная дума, в отличие от совнардепов, имела возможность заниматься законотворчеством. После представления программ кандидатов Россель получил 18 из 27 голосов присутствовавших депутатов и 28 апреля 1994 года приступил к обязанностям спикера.

Позже стало понятно, что сторонников у Росселя даже больше, чем выступило за него на голосовании — тот же Волков примкнул к «преображенцам», а позже даже возглавил росселевскую ассоциацию «Большой Урал». Это позволило руководителю законодательной власти региона основательно взяться за укрепление своих позиций, и в первую очередь — благодаря созданию первого Устава Свердловской области.

Проекты

Устав Свердловской области

Люди
Анатолий Гайда

К разработке Устава и других первых областных законов подключились уважаемые в городе юристы, например, ректор юракадемии Михаил Кукушкин и Уральский институт философии и права во главе с Анатолием Гайдой.

Процесс шел достаточно быстро, поскольку основа для Устава уже была — Конституция Уральской республики, которую от устава отличали незначительные изменения. Россель поехал с новой редакцией Устава в Москву, к Борису Ельцину, чтобы получить его одобрение, и он его получил — вместе с папкой компромата на себя, которую Ельцин отдал свердловскому спикеру в знак доверия.

Администрация Свердловской области во главе со Страховым, не воспринимающим законодателей всерьез, выкатила облдуме больше семидесяти правок в Устав: им не нравилось все, от наличия прямых выборов губернатора, которые тогда были запрещены, до создания двухпалатного Заксобрания, Уставного суда, регионального герба, флага и гимна. Одновременно с передачей своих замечаний думе Страхов наложил на законопроект вето. Тогда Эдуард Россель направил юридическую делегацию в государственно-правовое управление президента для защиты Устава. Подпись тогдашнего начальника ГПУ Руслана Орехова под уставом все формальные противоречия должна была снять.

Znak.com
«Сепаратист» Россель против «лысой феи» Страхова 1995 год. Как проходили первые выборы губернатора Свердловской области

Но Россель пошел дальше и добился еще одной встречи с Борисом Ельциным, на которой предварительно получил согласие на проведение первых в стране всенародных выборов губернатора. На этом попытки помешать принятию Устава прекратились, и в конце ноября документ был одобрен.

Чтобы вернуть себе всю полноту власти в регионе, Эдуарду Росселю оставалось только добиться того, чтобы Ельцин сдержал слово и назначил выборы — а также победить на них. Облдума приняла все необходимые законы, и весной президент подписал указ, что «в порядке исключения» разрешает региону провести прямые выборы губернатора. На них Россель по итогам второго тура одерживает убедительную победу.

Генеральный партнер проекта —

Глава V

Хозяин

1995-2005

В статусе всенародно избранного губернатора Свердловской области Эдуард Россель провел десять лет. Первый срок начинался для него крайне благоприятно: полностью контролируемая областная дума, состоящая из его сторонников, доверие президента, хорошие отношения с руководителями других регионов — например, с главой Татарстана Минтимером Шаймиевым, а также слава первого губернатора на общероссийском уровне.

Такие позиции позволили Росселю говорить уже о совсем невероятных на тот момент вещах. Например, вскоре после избрания Эдуард Эргартович заявил, что предложит Борису Ельцину подписать указ, по которому Свердловской области будет разрешено ввести собственный уголовный кодекс, что, по его мнению, было крайне важно для региона, который в 1994 году вышел на первое место в России по уровню преступности.

Сделать этого, конечно, не удалось. Зато 12 января 1996 года Борисом Ельциным был подписан другой исторический документ — договор о разграничении полномочий между органами власти Российской Федерации и Свердловской области. До этого такие соглашения заключались только с национальными республиками, которые в те годы усиленно брали «столько суверенитета, сколько могли».

Более того, отбившись от клейма «сепаратиста», Россель продолжил понемногу давить на федеральный центр, стараясь подтянуть под регион как можно больше самостоятельности. При участии других губернаторов Уральской экономической ассоциации Россель ставил перед Москвой ультиматумы по изменению федеральной экономической политики, которая привела к оттоку средств из реального сектора экономики в ценные бумаги, а также боролся за контроль над приватизацией госсобственности. И этот контроль, вместе с частью федеральной собственности, он получил.

Во время первого срока Эдуард Россель неоднократно выдвигал оригинальные идеи по развитию региональной экономики - вплоть до того, что предложил искать в Свердловской области нефть. Первый срок Росселя связан с еще одним во многом уникальным для страны явлением — становлением уральского бизнеса, который позже разросся до холдингов международного уровня. Следом за ОАО «СУАЛ», зарегистрированным в 1996 году, в регионе появились и другие холдинги: ЕВРАЗ, УГМК, а позже и группа Синара. Помимо промышленного, развивался и финансовый сектор Урала — например, был создан губернский банк Свердловской области, до кризиса 2008 года входивший в 150 крупнейших банков РФ по стоимости активов.

Как Россель помог вырасти свердловскому бизнесу

В начале 1990-х Россия болезненно переживала переход к рыночной экономике. Ситуация ухудшилась настолько, что в любой момент могло прекратить работу любое предприятие в любой отрасли, включая гигантские металлургические и оборонные заводы. Такие случаи происходили по всей стране. В Свердловской области ситуация мало отличалась от других регионов. Тем не менее за годы правления Эдуарда Росселя именно свердловский бизнес смог не только выжить, но и развиться до федеральных и даже транснациональных масштабов.

Выросшие при Росселе олигархи позже охотно отзывались на призывы губернатора помочь региону. Например, созданный им «Фонд губернаторских программ Свердловской области», через который частично финансировались такие проекты, как строительство Дворца игровых видов спорта или Храма-на-Крови, наполнялся за счет вложений именно таких крупных спонсоров. Как описывал этот процесс сам губернатор, он просто предлагал компаниям ежегодно выделять какую-то сумму фонду, после чего у Росселя была возможность решить, на что и каким образом направлять эти деньги.

Люди
Семен Спектор

Фонд позволил Росселю не только начинать социальные проекты вроде строительства областного онкоцентра, но и воплощать в жизнь видение того, как должно выглядеть устройство региональной власти, в том числе и на бытовом уровне.

Первым делом была реконструирована резиденция губернатора — под нее была приспособлена усадьба Тарасова, бывший Дом Учителя, который тогда находился в состоянии разрухи. Следом отреставрировали и соседний с резиденцией особняк, построенный более 170 лет назад по проекту архитектора Малахова. В нем с мая 1998 года работает Уставный суд Свердловской области — один из немногих уставных судов, созданных в Российской Федерации.

Проекты

Онкоцентры

На тот же период пришлась и работа по сохранению коллективов учреждений культуры, которые в 90-е страдали от недостатка финансирования. Так, указом Росселя в 1996 году был основан Театр Эстрады, который стал площадкой для международных джазовых фестивалей. При участии губернатора ДК им. Лаврова в качестве репетиционной базы получил Уральский государственный академический русский народный хор, который еще в 1992 вынужден был буквально с монтировками отбивать себе помещение Уральской биржи. До передачи им ДК Лаврова коллектив буквально оставался на улице. Но больше всего участия губернатор принял в судьбе свердловской филармонии, подписав указ о патронаже Уральского симфонического оркестра губернатором.

«Дмитрий Лисс (дирижер филармонии) приходит ко мне и говорит: такая вещь, филармонию надо спасти. Я человек понимающий в этом деле был. Я говорю: давай, пиши указ губернатора, как ты это понимаешь. Он написал. Я читаю, говорю: «Дмитрий Ильич, у нас театров-то сколько? А ты хочешь, чтобы я только филармонию поддерживал. Ну как я буду выглядеть среди директоров других театров?» И он мне сказал: пошли всех на три буквы и подпиши указ. Я подписал. И взял лично на себя нагрузку, договаривался со всеми. И мы сохранили оркестр, мы поменяли все инструменты», — вспоминает Россель. Особенно губернатор гордился появлением в Свердловской области скрипки работы итальянского мастера Страдивари. «[Владимир] Спиваков мне звонит, говорит: Эдуард Эргартович, я нашел скрипку Страдивари. Я говорю: «Сколько это удовольствие стоит?» 160 тысяч долларов! Ну что делать.. я не знал еще, где деньги взять, но сразу сказал: берем. На следующий день он звонит и говорит: такое дело, скрипка-то Страдивари — нужен и смычок соответствующий. А он стоит 12 тысяч долларов! Это целая автомашина! Я говорю: ну, что делать. Купили и это. И все это здесь. И вечно будет здесь», — рассказывает он.

Проекты

Восстановление Верхотурья

Россель чувствовал себя хозяином области, и в то время власть губернаторов на местах была прочной. В 1998 году Эдуард Россель вступил в одно из самых опасных противостояний с федеральной властью. Речь шла уже не о полномочиях: губернатор боролся за сохранение в регионе останков семьи Николая II, эксгумированных по его поручению. Он считал, что история последних дней царской семьи может объединить регион, и напрочь отказался отдавать мощи следователю Владимиру Соловьеву, приехавшему за ними. Борьба за мощи чуть не переросла в открытую стычку между ОМОНом из Екатеринбурга и московским ОМОНом, приехавшим на подмогу следователю.

Видео: 4 Канал
Передача останков Романовых. Екатеринбург

Идея создать Храм-на-Крови в Екатеринбурге и сделать его знаковым местом, разместив в нем мощи, была для Росселя настолько важна, что был в шаге от силового противостояния с Москвой по этому поводу. Специально для проекта «Россель-80», Эдуард Эргартович рассказал, как память об императорской семье стала особенной историей в его жизни и жизни Свердловской области.

Видео: Znak.com
Эдуард Россель о конфликте вокруг останков царской семьи

Впрочем, если давить на федеральное правительство Россель умел как никто другой, то в локальных сражениях побеждать ему удавалось не всегда. К 1998 году муниципалитеты, чьи полномочия и деньги постепенно перетекали на уровень региональной власти, сформировали свою коалицию во главе с мэром Екатеринбурга Аркадием Чернецким и дали Росселю бой на ближайших выборах в областную думу, лишив его приятной привилегии в виде полностью контролируемой региональной власти. В вину губернатору ставилось и то, что он слишком увлекся федеральной политикой и стал забывать о собственных проблемах региона — не только экономического, но и социального характера. Уровень криминализации, с которой Россель еще в 1992 году пытался бороться массовой продажей газовых пистолетов гражданским лицам (побочный продукт конверсии оборонных предприятий), по-прежнему оставался крайне высок. А самого Росселя начали подозревать в тесных связях с уралмашевской преступной группировкой, известной на всю страну.

Проекты

НИИ ОММ

Не помогло развеять эти слухи даже то, что на жизнь самого губернатора в 1998 году было совершено покушение. 14 января в 7 часов 40 минут утра на трассе Кольцово — Екатеринбург (традиционный маршрут проезда губернаторского кортежа) сработало маломощное взрывное устройство, эквивалентное 50-70 граммам тротила. В момент взрыва по этому участку пути проезжал автомобиль с главой области. Водитель среагировал на взрыв, направив автомобиль в сторону, и в результате инцидента никто не пострадал. Сам Россель как-то раскачивать эту тему в публичном пространстве не стал. Проблем хватало и без этого — столкновения студентов с ОМОНом, кризис строительства метро в Екатеринбурге, постоянные нападки со стороны местных властей и обвинения в недальновидной экономической политике. Со стороны губернатора в свою очередь шло наступление на муниципальную власть: он считал, что если мэр не справляется со своей работой, у глав региона должно быть право его снять.

Видео: Канал История Екатеринбургской городской Думы
В конце 90-х вопрос о том, что губернатору делать с буйными мэрами, обсуждался особенно остро. Чтобы расставить точки по этому вопросу, Эдуард Россель однажды пришел в эфир «4 канала».

На этом фоне Россель провел свои вторые губернаторские выборы. Именно к ним Эдуард Россель придумал тагильскую выставку вооружений Russia Arms Expo и даже сам пилотировал на ней истребитель МиГ-29 в качестве второго пилота в экипажа Юрия Левита.

Проекты

Ural Expo Arms

Znak.com
Какими выборы были раньше. Битва «города» и «области» за пост свердловского губернатора в 1999 году

Перестановки в федеральной власти, прошедшие на рубеже веков, отразились на отношении центра и Свердловской области. Эдуард Россель, который мог запросто позвонить президенту Борису Ельцину и поделиться своими соображениями по поводу каких-то вещей, после выборов Владимира Путина лишился такой роскоши. Сам Путин после избрания неожиданно воплотил давнюю мечту Росселя об укрупнении регионов, правда не в том виде, в котором о ней думал свердловский губернатор.

1 июня 2000 года Путин представил губернаторам Уральского федерального округа Петра Латышева — своего полномочного представителя на территории. Полпред расквартировался в Екатеринбурге, ставшим столицей округа. Президент объяснил, что Латышев нужен, поскольку «любой отход от норм Конституции влечет ущерб нашей государственности». Россель заявил, что готов принять полпреда в любое время.

Проекты

Дорога в ХМАО

Но отношения между ними не складывались решительно никак. Хотя на публичных встречах политики и улыбались, и жали друг другу руки, стоило им разойтись — и слова Росселя летели в повестку федеральных СМИ. «Присылают человека, […] смотришь: он в жизни руководил только тремя курицами», — выражал Россель сомнения в институте полпредов и напоминал, что немцы в середине прошлого века тоже назначали «гауляйтеров».

Собственно, и отношение к Латышеву было соответствующим. Долгое время уральский полпред был единственным в стране представителем президента, который работал без собственной резиденции. Предприимчивый Россель предложил ему на выбор здания Дома актера или Дома детского творчества (Дворца пионеров, шикарной усадьбы Харитоновых-Расторгуевых). Выбор полпреда пал на Дворец пионеров - тем более что идея Росселя возродить движение пионеров на Урале так и не пошла в ход.

Вскоре региональные СМИ рассказывали о том, что новый полпред собирается выселить на улицу детские кружки. Возмущение горожан не позволило Латышеву вселиться во дворец, и полпред переехал в административное здание на Октябрьской, 3. Но позже начал строить собственную резиденцию, чтобы обосноваться более капитально. Пытался губернатор выступать и против других структур окружного уровня, в то время формируемых центром. «Какой бы федеральный орган ни был, но если его руководитель назначен без согласия губернатора, то он для меня не существует", — прямо заявлял он.

Вместе с тем Эдуард Россель пытался сохранить свое влияние на федеральную политику

Например, он резко выступал против реформы Совета Федерации, куда вместо губернаторов и спикеров теперь нужно было сажать представителей этих органов власти. Россель видел в том угрозу губернаторскому корпусу. «Эти законы нужно отозвать — они вредны для России. [...] Кто лучше нас может знать положение? Ведь именно мы — губернаторы и законодатели — местными силами сохранили всю государственную структуру. Я в Совете Федерации когда выступал, прямо сказал, что государственная власть валялась на земле. Ее можно было подбирать, но у нас ни один губернатор не воспользовался бессилием федеральной власти, — говорил он тогда в интервью федеральному «Коммерсанту». — В нашем коррумпированном государстве сегодня туда можно насовать много случайного народу. Я уже не говорю, что это будут 178 бездельников. Мы, губернаторы, на Совете Федерации работали в среднем один раз в неделю и все успевали. А эти новые члены что будут делать остальную неделю? Во всем мире главы административных образований участвуют в принятии важных решений, договариваются друг с другом и правительством. Это принцип демократизма. Здесь же кто будет договариваться? Никто».

Люди
Виктор Якимов

Закон был принят, несмотря на сопротивление губернаторов. И хотя работать с новым президентом так же, как с Ельциным, уже не получалось, но Россель старался. Например, ему удалось заполучить визит президента на свое тагильское детище Russia Arms Expo, что придало выставке качественно новый статус. Давить на власть «снизу» Россель пытался в том числе и через Петра Латышева — например, предлагая на полпредских совещаниях «в качестве эксперимента дать региону право на собственное законодательное регулирование в сфере борьбы с наркоманией». Россель предлагал ввести на территории Свердловской области смертную казнь за торговлю наркотиками.

Особое внимание в начале нулевых, помимо борьбы с криминалом и наркоманией, Россель уделяет и духовно-просветительской работе — он не только начинает строить Храм-на-Крови, но и, например, крупнейшую на Урале мечеть в Верхней Пышме. За это Россель удостоился от верховного муфтия Талгата Таджуддина звания «главного мусульманина Свердловской области». Мечеть, разумеется, была построена не без помощи глав УГМК, Искандара Махмудова и Андрея Козицына, но славу у Росселя никто отнимать не стал. Вообще же, за период, пока Россель был у власти, в регионе было реконструировано и построено около 400 церквей, больше десятка мечетей, а также единственная синагога.

Фото: Личный архив Эдуарда Росселя / архив А. Семихина

В те же годы начинается реконструкция аэропорта «Кольцово» — как отмечал тогда инвестор проекта Виктор Вексельберг, Россель им «всю кровь выпил с этим аэропортом», объясняя, почему в проект нужно было вложиться. Не забывал губернатор и о других мегапроектах: в 2000 году он ежемесячно собирал совещания, проверяя, как идет строительство Дворца игровых видов спорта. На таких же планерках он пытался прорабатывать вопрос по строительству недостроенной телебашни в Екатеринбурге.

Проекты

Дворец игровых видов спорта

Предполагалось, что башню будут монтировать с вертолета, и уже была договоренность с организацией «Уралстальконструкция», которая была готова работать над объектом без предоплаты. Но телебашню региону из федеральной собственности тогда так и не отдали.

Не забывал Россель и про промышленность, активно лоббируя на федеральном уровне вопрос о строительстве стана-5000 на НТМК — под это дело даже создается АО «Завод труб большого диаметра» с Сергеем Носовым во главе. Сам стан в итоге так и не был построен — от объекта пришлось отказаться, поскольку часть заводов уже реализовала такой же проект. Но со многими другими начинаниями, например, со Средне-Тиманским месторождением для СУАЛа, свердловские власти работали вполне успешно. Если перечитать сообщения тех дней, заботливо собранные пресс-службой губернатора в сборник «Эдуард Россель: день за днем» (выпускаемый ежегодно), возникает ощущение, что в регионе вообще ни один сколько-нибудь заметный проект не проходил без непосредственного участия губернатора.

Люди
Валерий Язев

Помимо бесконечной войны с Латышевым, Эдуард Россель вел еще одну войну, но уже с более удачными последствиями — за свое сохранение на должности. Собственно, региональное законодательство запрещало Росселю занимать пост больше, чем два срока. Однако после точечной работы с депутатами губернатору удалось скорректировать Устав в свою пользу — тем более что преемника тогда у него еще не было. Одновременно с этим губернатору предстояло доказать, что он имеет в регионе больший вес, чем только что созданная «Единая Россия» и ее свердловский лидер, глава НТМК Сергей Носов. С такими исходными данными глава региона подошел к своему третьему переизбранию.

Проекты

Ирбитская ярмарка

Znak.com
Как прошли выборы губернатора Свердловской области в 2003 году

Впечатляющий результат на выборах, наглядно продемонстрировавший, что на региональном уровне у Росселя конкурентов нет совсем, не помог переломить федеральный тренд на ограничение губернаторов в их возможностях. К концу 2003 года Свердловская область едва не сменила свой статус, превратившись из региона-донора в реципиенты. Чтобы этого не произошло, областные власти, максимально урезав все возможные расходы, добились бездефицитности областного бюджета на 2004 год. Эдуард Россель заявил, что ради этого регион даже откажется от федеральных бюджетных трансфертов на 33 млн рублей.

«Это хитрость такая — дать нам трансферт. Минфин хочет взять в федеральную казначейскую систему бюджеты регионов, но бюджеты доноров взять нельзя, поэтому Свердловскую область решили сделали дотационной территорией. Нам нужно 10 млрд рублей, а не 33 млн рублей. Без этих денег мы обойдемся», — комментировал тогда губернатор ситуацию на пресс-конференции. Но попытка ослабить экономический контроль не позволила избавиться Свердловской области от политического закрепощения, как впрочем, и остальным регионам. В 2004 году Владимир Путин отменил прямые выборы губернаторов и таким образом стал основным избирателем для Эдуарда Росселя.

Генеральный партнер проекта —

Глава VI

Назначенец

2005-2009

«Я действительно был настроен работать до восьмидесяти лет, и я до сих пор не понимаю, почему это не получилось. Когда наступили очередные выборы, было все согласовано со всеми — и партийное соглашение, и в Кремле, и с Путиным соглашение... И на каком этапе, на каком перегоне это изменили — я не понимаю. Было очень много мыслей, обо всех не расскажешь. Но Свердловская область обладает колоссальными возможностями для роста — я здесь шестьдесят лет, и даже при своем опыте я смутно представляю, какие границы у нее есть. Но чтобы реализовать, нужно было время».

Хотя полномочия Эдуарда Росселя истекали только в 2007 году, в 2005-м он поставил перед Владимиром Путиным вопрос о доверии к себе, предварительно вступив в президентскую партию «Единая Россия» (до этого она удостаивалась от Росселя нелестных оценок). Ранее пример такого жеста продемонстрировал руководитель Татарстана Минтимер Шаймиев, и если весной 2005-го Россель не горел желанием переназначаться раньше времени (он говорил, что находит у президента понимание по всем вопросам и недоверия к Путину не испытывает), то в октябре заявление все же было написано. Уже в ноябре 2005 Россель был переназначен на новый срок по решению Законодательного собрания Свердловской области — с полномочиями до 2009 года. Как с сожалением констатировал тогда депутат Госдумы Антон Баков, теперь от воли народа ничего не зависело — все было в руках президента.

Для самого Эдуарда Росселя, кажется, принципиально ничего не изменилось — тем более что по сравнению с ситуацией 90-х годов экономика региона ушла в рост.

Проекты

Россельбан

Губернатор по-прежнему активно вмешивается в жизнь уральского бизнеса, то поручая Игорю Ковпаку усиленно развивать сеть супермаркетов «Кировский» в отдаленных районах и городах, то строя гигантский по тем временам выставочный центр «ИнЭкспо», то объявляя борьбу «с нерадивыми собственниками» — под раздачу попадали даже владельцы ОАО «Уралмашзавода». В 2006 году Россель признается, что хочет оставаться губернатором до 2015 года, потому что хочет завершить программу развития и размещения производительных сил, разработанную на этот срок.

Проекты

Титановая долина

Россель был готов лоббировать на федеральном уровне даже самые невероятные проекты — вроде создания особой экономической зоны «Титановая долина», которую он защищал перед премьер-министром Михаилом Фрадковым, обещая затащить в регион Boeing и даже Rolls-Royce, или «Большого Евразийского Университета», объединяющего все уральские вузы. Развиваются и другие проекты, пользовавшиеся повышенным вниманием главы региона. В 2007 году завод «Медсинтез» выпускает первую партию генно-инженерного инсулина человека (эту идею губернатор защищал на федеральном уровне еще в 2003 году), завод «Автомобильные моторы Урала» (АМУР) — первый легковой автомобиль в партнерстве с Китаем, а приехавший в Екатеринбург шеф протокола Ельцина Владимир Шевченко вместе с Росселем анонсирует создание «Ельцин Центра» в Екатеринбурге. Параллельно с этим Эдуард Россель пытается заманить на площадку Свердловской области производителей «Ауди» — правда, без особого успеха. Не боится Россель и ссориться с ключевыми инвесторами — отчитывает Вексельберга за проблемы с модернизацией «Кольцово» (одновременно пытаясь подселить к нему топливозаправочный комплекс от «Лукойла»), а руководство Evraz Group — за то, что из-за низкой зарплаты отдельным цехам НТМК грозит остановка. Впрочем, сколько в этих проблемах было реальной основы, а сколько — лишь игры с целью повлиять на инвесторов, сейчас сказать сложно.

Проекты

Кольцово

Самым же крупным проектом этого срока Эдуарда Росселя стала подготовка и проведение в Екатеринбурге саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), над которой работали с 2007 по 2009 год. Это мероприятие изменило статус Екатеринбурга.

Проекты

Саммит ШОС

На части проектов все же был поставлен крест — в основном, из-за кризиса 2008 года, который в первую очередь ударил по развитой банковской системе области. Сам Эдуард Россель в комментарии газете «Коммерсантъ» признавался, что никогда не думал, что ему придется преодолевать такой непростой период в жизни Свердловской области. «Осенью банки испытывали большие проблемы с наличными средствами — население массово забирало вклады. Ситуация была критическая, но за счет привлечения средств из Центробанка и Сбербанка России наши банки получили в два раза больше денег, чем вкладчики сняли со счетов», — говорил он. Не заладились дела и у застройщика Николая Кретова, которому область активно выделяла землю под крупные инфраструктурные проекты, вроде огромного парка отдыха «Рэд Парк». И уже в начале 2009 года Россель сетовал на «очень неприличное поведение» бывшего соратника Кретова, параллельно забирая уже выделенные областные земли обратно. Обанкротился и «АМУР». Шахматная академия, в том виде, в котором ее мыслил Россель, не смогла продвинуться дальше этапа закладки камня; сложности возникли и с проектами «Русский магний», «Урологическое здоровье мужчин», идеями развития цифрового телевидения и создания ягодного холдинга. Зато судьба спортивного комплекса на горе Белая сложилась более благополучно, и хотя в статусе губернатора Россель не застал ее триумфа, мечты сбылись — с прошлого года комплекс принимает статусные мировые соревнования по горнолыжному спорту.

Вопрос о том, кто же возглавит регион после 2009 года, долгое время оставался открытым. Сам Россель, как вспоминают в его окружении, изначально решительно не хотел готовить себе преемника. Со временем в регионе начали прорабатывать возможные варианты — в том числе и с назначенным в 2007 году председателем правительства Виктором Кокшаровым.

Но после удачного саммита ШОС Россель неожиданно начал реальную агитационную кампанию в своих лучших традициях: с поездками по предприятиям, прямыми линиями с жителями области, решением проблем, которые перед ним поставил президент, и телеэфирами. Один из таких эфиров и вовсе был уникальным: на «Вести-24» Эдуард Эргартович показал семью в программе «Без галстука», в очередной раз рассказывая о своей жизни от первого лица и прославляя Свердловскую область с ее фантастическими успехами несмотря на кризис. Было ли это сделано ради воздействия на рядовых жителей области, или ради двух ключевых избирателей — Владимира Путина и Дмитрия Медведева, — сказать сложно.

За полгода до предполагаемого переназначения Россель изъездил все проблемные точки, на которые ему указывало федеральное правительство, и основательно «подготовил» область к новому сроку. Тем более что послание Дмитрия Медведева на саммите было предельно конкретным: превратить «отмороженных» собственников в эффективных, «а кто не может — пусть отваливает». Реагируя на это, в конце июня Россель лично поехал на задолжавший работникам Баранчинский электромеханический завод и популярно объяснил, что задолженность нужно ликвидировать к 1 августа, а то предприятие сменит собственника. Конечно же, Эдуард Эргартович нашел полное понимание ситуации со стороны бизнеса. Без особых проблем прошла и выставка Russia Arms Expo — фирменное предвыборное шоу губернатора.

Даже авария, в которую попал Эдуард Россель, сам управляя автомобилем, не стала для губернатора поводом для отказа от планов продолжить работу в статусе руководителя области. Он все так же ходил на все встречи, выступал перед депутатами и даже провел первое за пять лет заседание ассоциации «Большой Урал», лично обзвонив всех губернаторов под благовидным предлогом выработки совместных мер по преодолению кризиса. В октябре президиум генсовета «Единой России», впервые воспользовавшись своим правом на подбор губернаторов, представил Дмитрию Медведеву три кандидатуры на пост свердловского губернатора — Эдуарда Росселя, Виктора Кокшарова и Александра Мишарина. Многие наблюдатели прочили Росселю очередной срок, но президент распорядился иначе и внес на утверждение Заксобрания кандидатуру Мишарина. 16 ноября Эдуард Россель провел свое последние заседание правительства, предупредив всех, что от области никуда не денется. «Мой телефон вы все знаете. Если понадобится помощь — звоните не раздумывая", — говорил он. А 23 ноября, в день инаугурации Александра Мишарина, Эдуард Россель официально покинул должность первого лица Свердловской области.

Генеральный партнер проекта —

Глава VII

Легенда

2009-∞

«Я думаю, обо мне просто забудут. Жизнь так устроена: пока ты живешь, работаешь на этом конвейере — ты нужен, тобой интересуются. А уйдешь — через три дня забудут. Такая грустная перспектива у всех. Даже Борис Николаевич, когда он перестанет быть президентом, никого не будет интересовать»

Слова, сказанные Росселем в 1999 году в интервью газете «Век», стали пророческими лишь отчасти. Еще около года пресса вспоминала об Эдуарде Росселе, уже назначенном сенатором, как о бывшем губернаторе, с которым постоянно сравнивали Александра Мишарина. В Совете Федерации к Росселю вскоре присоединился и покинувший пост главы Екатеринбурга Аркадий Чернецкий — два бывших оппонента оказались отставниками в соседних кабинетах.

Жизнь Росселя как сенатора, если начистоту, уже была не так интересна прессе, как жизнь губернатора, который всегда легко шел на контакт со СМИ и у которого всегда было что спросить. За время работы Эдуарда Эргартовича в верхней палате парламента появился только один законопроект с подписью свердловского политика на нем: о защите «советских» товарных марок. Однако он был отклонен Госдумой. Конечно, новые власти иногда привлекали Эдуарда Эргартовича к освещению крупных проектов, но не более того. В 2012 году он серьезно следил за возвращением выборов губернаторов и не исключал, что будет баллотироваться, если такая возможность представится. Но она не представилась.

Фото: Яромир Романов/Znak.com

И все же регион не забыл Росселя. Каждого следующего губернатора неизбежно сравнивали с «дедушкой», ностальгически вздыхая по «временам Росселя». Живы и проекты, о которых мечтал Россель: строится вторая очередь «Титановой долины», которую он защищал перед Фрадковым, а Центральный стадион, проект которого Синара по распоряжению Росселя переделывала в 2007 году ради крупных турниров, готовится принять чемпионат мира по футболу. Работают до сих пор Уставный суд и Заксобрание (пусть и однопалатное), переехавшее в здание, специально построенное для законотворчества. Возвращаются и к идеям нового возрождения Верхотурья и строительства Шахматной академии. «Кольцово» стал одним из лучших региональных аэропортов России. Каждое появление Росселя в прессе и по сей день расходится на цитаты.

Сам Эдуард Эргартович, который был готов работать губернатором до 80-ти лет, сейчас не хочет, чтобы его сравнивали с другими губернаторами. «Вы же меня сталкиваете с моими преемниками, чтобы я сказал, что они что-то не сделали. А мне с ними жить», — говорит он, когда мы встречаемся в его рабочем кабинете на 14-м этаже «белого дома».

Россель говорит, что у Свердловской области нет границ для развития. Этот потенциал во многом был заложен в регионе самим Росселем. Он всегда относился к Свердловской области, по сути, как государству в государстве. Наверное, он не был идеальным губернатором — как не бывает ничего идеального. Но, видимо, он был тем, кто нужен Свердловской области — талантливым, харизматичным, деятельными и инициативным политиком, умевшим превратить поражение в триумф и защищавшим интересы региона до конца, даже под угрозой лишения должности. Он был Росселем. И, наверное, этого уже достаточно.

Видео: Znak.com
Эдуард Россель о потенциале Свердловской области

При подготовке материала использовались книги Александра Левина «Как стать губернатором в бывшем СССР» и «Феномен», сборники «Эдуард Россель: День за днем» 2000-2008 годов, фильмы "Эдуард" (Свердловская киностудия) и "Канатка", брошюры «Эдуард Россель, губернатор Свердловской области» ГИД «Ведомости» (составитель А. Стуликов), материалы сайта Rossel.ru, а также публикации ИД «Коммерсантъ», РИА «Новый регион», и «Областной газеты» 1994-2010 годов.

Генеральный партнер проекта —